Затмение - Ева Райт

можно сказать, коллеги и живем в одном доме, – возмутился Джек и, кажется, даже немного расстроился. – Ты думаешь, я туда миниатюрную бомбу засунул? – нахмурился он еще сильнее.

– Ну, ты же рядом стоишь, так что вряд ли, – усмехнулась я и медленно протянула руку, чтобы все-таки взять подарок. Он оказался довольно легким, на бомбу и правда не тянул.

– Да открой уже!

Я быстро размотала ленту, аккуратно открыла коробку и буквально потеряла дар речи.

– Это что…

– Ну да, ты же вчера сказала, что тебе пришлось убегать из дома даже без телефона чтобы тебя не нашли, вот я и решил подарить тебе новый. Ведь не может семнадцатилетняя девочка жить без телефона, не так ли?

– Мы ведь почти не знакомы, – прошептала я едва слышно, но лишь потому, что еще не могла отойти от шока.

Для меня была ужасно странной сама мысль, что кто-то может вот просто так взять и подарить мне подарок. А учитывая, что это происходит второй раз за неделю, я и вовсе могла к такому привыкнуть.

– Да перестань! Я могу себе позволить сделать подарок красивой девушке. Просто прими его и пошли внутрь, холодно здесь уже, – проворчал он и зашел в бар.

Я же еще пару минут постояла, переводя взгляд с лежащего в коробке телефона на почти безлюдную улицу. Наконец, не придумав ни единой причины почему я не могла его принять, я сунула коробку в карман и вошла внутрь следом за Джеком.

Нашелся он возле барной стойки, за которой сегодня, как ни странно, стоял уже другой бармен. Джек сидел на том самом барном стуле, на котором я и увидела его в первый раз пару дней назад:

– Сегодня я буду учить тебя нашему мастерству, – торжественно объявил он и закинул ногу на ногу, подзывая бармена.

– Звучит обнадеживающе, – я приземлилась на стул рядом и выжидательно уставилась на него.

– У тебя все равно нет выбора, детка. Теперь ты с нами и должна сделать все, чтобы Итан не пожалел о своем решении. Да и я тоже, – он окинул меня задумчивым взглядом и спросил: – Или хочешь вернуться к своей старой жизни?

Тяжело вздохнув, я уверенно мотнула головой, признавая, что он прав. Выбора у меня сейчас действительно не было. К тому же это не самое худшее, что могло случиться – мне всего-то предстояло продавать разного рода запрещенные вещества в местах типа этого. Незаконность этого опровергалась тем, что закон сейчас в принципе не на моей стороне. Поэтому сегодня, дав мне выспаться, освоиться и немного прийти в себя, Джек потащил меня в уже знакомый мне бар, под предлогом обучения.

– Я тебя внимательно слушаю.

– Не просто слушай, но и запоминай. Твоя работа заключается в том, чтобы продать как можно больше, как можно быстрее и при этом не попасться никому на глаза.

– В каком это смысле? Как я буду искать покупателей и при этом не мелькать?

– Ты должна научиться, – спокойно ответил Джек, отпив виски из стакана, протянутого барменом. – Кстати на работе ни в коем случае не пить, но сейчас исключение, мы ведь только учимся, – он кивнул на второй стакан, который бармен протянул и мне. – Так вот, ты должна быть невидимкой, незаметной для других, но при этом замечать всех остальных, быть нигде и везде одновременно и при этом все видеть и слышать. Ты должна быть той, о ком мечтают все, кто приходит в клуб или бар, даже для того, чтобы просто выпить кружку пива.

– Я думала мы просто находим покупателя, продаем товар и все.

– Между прочим, это целое искусство.

– Что еще я должна знать?

– Три правила. Первое – внешность, но с этим у тебя как раз все в порядке – ты маленькая симпатичная девочка, тебе хочется доверять, с тобой хочется проводить время. Думаю, отчасти, поэтому Итан без всяких сомнений взял тебя к себе. Обычно, он более дотошен в этом плане. Второе – характер, очевидно, тут ты тоже подходишь идеально – еще в день знакомства с тобой я понял, что тебе палец в рот не клади, иначе откусишь всю руку. И это прекрасно, именно такой человек идеально вписывается в эту среду. И третье – опыт, ты наверняка не раз уже слышала за свою недолгую жизнь, детка, что все приходит с опытом. Со временем ты научишься лучше видеть, слышать, замечать каждую мелочь и подмечать каждую деталь, изменившуюся в поведении человека. Мы работаем, чтобы другие развлекались. Наша задача расслабить человека и заставить его отдать нам как можно больше денег, а не вырубить его после первой же дозы. Иначе какой в этом смысл, – он рассмеялся от своей же шутки, но для себя я не видела в этом ничего смешного.

– Все, что ты рассказываешь, звучит до ужаса просто. И где подвох?

– А ты не промах, детка. Подвох в том, что в любом месте, где ты будешь работать, может быть «свой человек» у местного отделения полиции, который накроет тебя «по горячим следам», даже пискнуть не успеешь, не то, что убежать. Кстати про побег, негласное правило номер четыре – всегда заранее ищи пути к отступлению, готовь себе подсказки.

– В каком это смысле? – нахмурилась я, – и предупреждаю: еще раз назовешь меня деткой, и я пырну тебя вот той вилкой, – я метнула головой в сторону, где недалеко от нас на столе лежала вилка, которую оставил только что ушедший посетитель.

– Если ты точно так же проявишь себя в работе, то добьешься невероятных успехов, – усмехнулся он, следуя за моим взглядом. – А насчет путей к отступлению решай сама. Не до конца прикрытая дверь, оставленные незаметные подсказки, фотографическая память или, в случае ее отсутствия, заучивание карты района наизусть – все, что хочешь, главное, чтобы ты смогла сориентироваться в экстренной ситуации, даже если тебе приставят дуло пистолета к виску.

– И такое тоже может быть? – я выдохнула и залпом опустошила свой стакан, на что Джек только сочувствующе улыбнулся.

– Чего только в нашей работе не бывает.

Все, что он говорил, будто не хотело откладываться в моей голове. Все это казалось таким диким, неправильным, а сердце будто вопило, что это того не стоит. Но теперь бежать уже было некуда, да и в очередной раз убегать и прятаться как-то неправильно.

– Что еще?

– Для кого-то это очевидно, но я все же лучше уточню: наша задача – продавать товар, мы не имеем права употреблять его. Как бы не хотелось расслабиться, отключить мысли, ты всегда должна быть начеку. По