Будешь моей - Екатерина Котлярова

Клим кинул на меня укоризненный взгляд, покачал головой и молча положил лоточек с голубикой в корзину. Туда же отправил и малину.

— Я сейчас, — провела рукой по спине мужчины и пошла к полке с глазированными сырками. Взяла пять штук, обернулась и увидела, что Клим стоит в отделе с вином, а рядом с ним переступает с ноги на ногу женщина. Нахмурилась. Тут же испытала острый укол ревности. Двинулась быстрым шагом в сторону любимого, испепеляя взглядом флиртующую с ним незнакомку.

— Вон ту бутылочку, достаньте, пожалуйста, — женщина наматывает чёрную прядь волос на палец. — Не знаете, это вино крепкое? Я этот вечер проведу одна, не слишком ли много мне будет?

Клим молча берёт с верхней полки вино и протягивает ей. Забирая бутылку, женщина накрывает ладонью руку мужчины. Я готова зарычать и наброситься на неё, расцарапать ногтями лицо. Клим одёргивает руку и кладёт бутылку с вином в её корзинку.

— Весна моя, — с ласковой улыбкой оборачивается ко мне, явно почувствовав моё приближение, — всё выбрала?

Я тут же рядом с ним оказываюсь и прижимаюсь. С трудом борюсь с желанием поцеловать на глазах у назойливой дамочки. Будет выглядеть глупо. К тому же, со стороны Клима интереса нет.

— Да, — улыбаюсь. — Снова не смогла выбрать один. Все люблю.

— Хорошо, — даже не посмотрел в сторону застывшей женщины. — Пойдём, — мои пальцы уже привычно ложатся в его руку.

— Что она хотела? — интересуюсь, когда чуть отходим.

— Чтобы я достал бутылку вина и составил компанию на вечер, — отвечает со смешком. — Вновь ревнуешь, — не спрашивает, а констатирует факт.

— Ревную. И ревность совершенно нормальное чувство, когда любишь кого-то. Главное, что я доверяю тебе. Верю, что ты не станешь изменять мне. Ну, как изменять… Мы вроде как не пара… и…

— Маленькая, вот сейчас опять глупости начинаешь говорить, — перебивает.

— А кто тогда? Кроме того, что истинная пара?

— По человеческим законам, ты моя невеста.

— Невеста?

— А по законам оборотней ты уже моя жена, девочка, — замер и повернулся ко мне всем телом. — На тебе моя метка, ты поставила свою. Мы обменялись кровью. В твоих венах течёт моя кровь. В моих течёт твоя. Но для того, чтобы сама перед Луной был заключён наш брак, необходимо закрепить метку, — глаза любимого полыхнули.

— И как же? — голос отчего-то сел.

Усмехнулся кривовато и потянулся к полке над моей головой. Что-то кинул в тележку. Почесал бровь, после чего всё же ответил:

— Ещё месяц закрепить её я не смогу.

Меня окатило жаром, когда поняла, о чём идёт речь. Пришлось расстёгивать куртку и снимать шапку.

— Тебе от этого тяжело? — хмурюсь. — Просто Эля говорила мне что-то про закрепление метки, а я толком не вникла.

— Чёрт, маленькая, место для разговора ты выбрала неподходящее, — сжал пальцами переносицу. — Да, мне сложно. Я чувствую запах твоего желания. Чувствую тебя всюду. Мой волк требует закрепить метку, сделать так, чтобы мой запах впитался в твою кожу. Чтобы я оставил в тебе своё семя, — на этих словах я краснею, отчётливо ярко представляя эту картину. — Мне тяжело сдерживать волка. И с каждым новым днём мне будет ещё тяжелее. И тяжело будет не только мне. Твоё желание тоже будет острее.

— А что если метку оставляют против воли? — попыталась перевести хоть немного тему разговора.

— Метка ставится обоюдно.

— Ну, я тебя укусила, не зная правил. Ты поставил метку. Получается, я даже не понимала этого.

— Луна приняла наш союз. След от зубов остался на коже, — показывает свою ладонь.

— А в ином случае тогда не останется? Если кто-то из пары против?

Клим кивнул. Я прикусила губу и задумалась. Ведь я мучать его буду, если месяц не позволю прикоснуться к себе. А я этого не хочу. Ведь это только мои принципы, заскоки, обиды. Но я сама этого не желаю. Клима я хочу. Очень сильно хочу. Хочу почувствовать, как во мне будет двигаться его напряжённая плоть. Хочу видеть его лицо во время оргазма. Хочу слышать его стоны, которые украдкой сорвутся с его губ. Теперь взятое с него обещание кажется совершенно бессмысленным. Глупым.

— Тебе ещё что-то взять нужно? — вырвал из мыслей.

— Апельсиновый сок, если можно. Клим, мне и в тетрапаке подойдёт, — попыталась возразить, заметив, как мужчина берёт свежевыжатый сок.

— Там одни красители. Пить эту гадость я тебе не дам, — отрезал.

Вновь в груди тепло разлилось от такой незаметной заботы. Заулыбалась, как дурочка, посеменила следом за толкающим тележку Климом. На кассе самообслуживания взяла глазированные сырки и бутылку свежевыжатого сока из тележки, начав пробивать. Достала из кармана банковскую карточку.

— Снова чудить собралась, Сеня? — перехватил руку.

— Что такое?

— Свою любимую женщину я буду обеспечивать сам. Полностью.

— Но…

— Привыкай, — поцеловал в лоб и отодвинул меня в сторону, со спокойным лицом пробивая продукты.

Чёрт. Минуту назад казалось, что любить Клима больше невозможно. Но я ошибалась. С каждым новым его словом, с каждым поступком влюбляюсь в своего мужчину всё больше и больше. В машине вновь не могу отвести взгляда от его лица.

— Люблю тебя, ты ведь знаешь? — прижавшись щекой к спинке сиденья, сказала я.

— Знаю, — кинул на меня быстрый взгляд. И ровным голосом сказал: — Люблю.

В уютном молчании доехали до дома Клима. Когда вошли в лифт и створки закрылись, мужчина вдруг опустил пакеты на пол, схватил меня в охапку, вжал в стенку лифта и поцеловал. Жадно, страстно, языком врываясь в рот. Застонала в его губы, пальцами зарываясь в волосы на затылке мужчины. Ноги закинула на талию любимого, ненавидя слои одежды, которые сейчас сковывали движения. Робко скользнула языком между его губ. Сама стала исследовать его рот. В груди что-то взорвалось восторгом. И осознанием, что мне мало. Мало Клима. Мало просто прикасаться и целовать. Мне хочется срастись с ним. Стать единым целым. Чувствовать каждый миллиметр его кожи. Я одержима им. Его запахом. Тем, как он дышит. Говорит. Двигается.

Створки лифта отворились аккурат в тот момент, когда перестало хватать дыхания. Мужчина отстранился, разорвал поцелуй и, не спуская меня с рук, подхватил