Эта девочка Моя (СИ) - Царева Вероника

— Нет, — кричу я, бьюсь телом о стену, пытаясь заставить его отпустить.

— Да, блядь, да! Я ждал этого целый блядский месяц, пытаясь добраться до тебя. Больше тридцати дней, Ди, нам нужно наверстать упущенное.

Это не может повториться.

Схватив меня за обе руки, он резко встряхивает меня, моя голова ударяется о стену, мое сознание содрогается, а перед глазами появляются звезды.

Колени подгибаются, и я почти падаю на пол, но Игорь дергает меня вверх за одежду, пытаясь снять с меня майку, и это вызывает во мне прилив гнева.

Нет. Я не позволю ему сделать мне больно!

Вместе с гневом приходят ясность и сила. Я прекращаю махать руками и просто опускаю их вниз. Я перестаю бороться с ним и вместо этого прикидываюсь сломленной, эта тактика срабатывает почти мгновенно, сбивая его с толку, и он не замечает мое колено уже летящее к его паху, пока не становится слишком поздно.

Из его горла вырывается болезненный хрип, и он падает на пол, прижимая руку к своим яйцам.

— Я убью тебя, — рычит он, в его темных глазах такая ненависть, какой я никогда раньше не видела.

Как только он отпускает меня, я бегу обратно вверх по лестнице и попадаю в свою спальню как раз в тот момент, когда он добирается до нижней ступеньки.

Я захлопываю дверь и запираю ее на замок, но я не глупая, я знаю, что эта хлипкая деревяшка не остановит его, но я ни за что на свете не позволю ему войти сюда. Я оглядываю комнату, думая о том, что можно поставить перед дверью, чтобы помешать ему войти.

Когда мой взгляд останавливается на комоде в другом конце комнаты, я понимаю, что он ни за что не пройдет через эту штуку. Я подбегаю к нему и начинаю двигать тяжелую мебель к двери. Я задыхаюсь, мои движения поначалу медленные.

Я уверена, что эта штука весит больше меня, и это понятно по тому, как мои мышцы вопят от внезапной нагрузки. Но благодаря адреналину, бурлящему в моих венах, я обнаруживаю, что могу двигать его так, как будто делаю это ежедневно.

Я ничего не слышу из коридора и надеюсь, что, возможно, он просто ушел. Ведь он мог уйти, верно?

Это всего лишь принятие желаемого за действительное, говорю я себе. Он не стал бы проделывать такой путь только для того, чтобы просто уйти. Я смотрю на дверь, и ужас охватывает меня изнутри.

Я бегу к тумбочке и хватаю свой телефон, он скользит в моих потных руках, и я несколько раз чуть не роняю его. Значок на экране показывает пять пропущенных вызовов. Я разблокирую его и набираю первый номер, который приходит мне на ум.

Кирилл отвечает после первого гудка.

— Диана.

— Он здесь, Игорь здесь.

Слова вылетают так быстро, что я не знаю, понимает ли он меня.

— Он ворвался, а я не знала. Мне удалось убежать, и я прячусь в своей комнате. Я заперла дверь, но я думаю, что он все еще здесь.

— Я знаю, детка, мы уже идем. Мы уже в пути. Пять минут, мы будем там через пять минут.

Я слышу, как на заднем плане ревет двигатель автомобиля.

— Мне страшно, — шепчу я, не сводя глаз с двери.

Тот факт, что с той стороны не доносится никакого шума, только усиливает мой страх. Что он делает? Куда он пошел? Почему он не нападает?

Я пытаюсь успокоить дыхание, сердцебиение, но не могу. Я не могу избавиться от страха, потому что он здесь… он снова пришел за мной.

— Все хорошо, просто оставайся на месте. Я не позволю ему снова причинить тебе боль. Еще четыре минуты, не больше. Если нужно, спрячься в шкафу.

Голос Кирилла доносится через телефон, и хотя я слышу в его голосе страх, сам звук его голоса успокаивает меня достаточно, чтобы остановить надвигающуюся паническую атаку.

Но это небольшое успокоение испаряется, когда я слышу, как он идет по лестнице, а после по коридору.

Я слышу, как что-то скребет по стене…

— Выходи грязная сука, буду тебя ебать…

Приглушенный голос Игоря доносится через закрытую дверь, и мое тело начинает дрожать, а зубы стучать друг об друга.

— Кирилл… он… он прямо за дверью, — шепчу я в трубку.

— Три минуты, Диан, просто… успокойся, родная…

Страх в голосе Кира пугает меня еще больше.

Глава девяносто два

Удар.

Игорь пинает дверь, громкий звук пугает меня настолько, что я роняю телефон на пол. Дрожащей рукой я поднимаю его обратно.

— Диана?! — испуганный голос Кирилла заполняет мои уши, как только я снова прижимаю телефон к уху.

— Я здесь, он пытается выбить дверь.

Снова удар эхом разносится по комнате. Звук такой громкий и яростный, что я чувствую его в своих костях. Я чувствую гнев и его энергию, которую он выплескивает с каждым ударом.

— Две минуты, Ди, две минуты, — уверяет меня Кирилл.

— Я не знаю, выдержит ли дверь столько времени, — говорю я, с ужасом наблюдая, как комод двигается с каждым ударом.

Удар и комод отодвигается от двери на приличное расстояние, а от следующего от двери отваливается ручка. Каждый удар разрушает то единственное, что защищало меня от него.

Мое сердце колотится так быстро, что я уже не чувствую отдельных ударов. Я просто чувствую, что все мое тело вибрирует от страха.

— Диана, ты здесь?

Я не отвечаю, слова застревают у меня в горле, когда я вижу, как Игорь толкает дверь. Я вскакиваю, бросаю телефон и бегу к комоду, пытаясь прижать его обратно к двери.

Я толкаю с одной стороны, а он толкает с другой, почти как в перетягивании каната. Я использую каждую каплю своей силы, но я чувствую, как он одолевает меня. Я упираюсь пятками в пол, но продолжаю скользить, комод отодвигается от двери с каждым толчком.

— Я получу истинное удовольствие от того, что ты истекаешь кровью, сучка.

Голос Игоря теперь звучит гораздо громче, и когда я поднимаю глаза, то обнаруживаю, что он уже наполовину проник в комнату. Протискивая свое тело через небольшое пространство, он входит внутрь.

Я в ловушке… в ловушке, мне некуда бежать.

— Это действительно было необходимо?

Его глаза сверкают яростью, когда он бросается ко мне. Его рука обхватывает мое горло, и через несколько секунд я оказываюсь прижата к ближайшей стене. Воздух в моих легких стремительно кончается, потому что хватка Игоря настолько сильная, что кажется, будто я дышу через соломинку.

— Теперь вместо того, чтобы просто трахнуть тебя… я собираюсь трахнуть тебя, а потом перерезать тебе горло. Я уверен, что твоему дружку Кириллу понравится найти тебя здесь, всю в моей сперме, в то время как ты будешь беспомощно лежать на полу, захлебываясь собственной кровью.

Его сильные руки начинают рвать мою одежду, он разрывает ткань одной рукой, а другой крепко сжимая мое горло. Мне становится все труднее дышать, все труднее держать глаза открытыми, но это не мешает мне бороться с ним.

Я буду бороться с ним до последнего вздоха, если придется. Я царапаю, бью, шлепаю и пинаю его, как дикий зверь. Я делаю все, что угодно, лишь бы он не прикасался ко мне. Я царапаю его лицо и попадаю ему в глаз, заставляя его шипеть от боли и крепче сжать мое горло. Он добавляет вторую руку и сжимает до тех пор, пока мое зрение не затуманивается.

Нет!

Я впиваюсь ногтями в его кожу, чувствуя, как они пронзают плоть, но он не двигается, пока не слышит громкий звук удара о дверь. Он поворачивается к двери, глаза его расширяются.

Он отпускает меня в тот момент, когда Кирилл и Марк появляются в комнате. Игорь замахивается кулаком на Кира, но тот слишком быстр и в следующее мгновение, он сам получает удар в лицо. От удара Игорь отшатывается назад, и тут его настигает Марк, он валит его на пол и начинает сыпать градом ударов.

Мое тело дрожит, вся комната кружится вокруг меня, и тут передо мной появляется Кирилл, стоящий на коленях.

— Ты в порядке?

Его глаза блуждают по мне, как будто он сканирует меня на предмет травм. Он поднимает руки, чтобы коснуться моих плеч, но я не позволяю ему, вместо этого я бросаюсь на него, обхватывая его руками.