Стратегия блицкрига - Алексей Фомичев

Мелкая стычка скоро забылась, поисковики поплыли с торговцами дальше, до самого Камюка – первого настоящего города, стоящего на Бреаше. Там пути Охочи и землян расходились. А так как отношения с торговцем и шпионом были довольно щекотливые, поисковики вынуждены были сочинить для него небольшую легенду. В основу легенды и легла версия найма в качестве брантеров.

Охочи принял историю вполне благосклонно, но, конечно, до конца в нее не поверил. Пожелал поисковикам удачи и двинул на кораблях дальше. А поисковики остались в Камюке. Знакомиться с обстановкой и обдумывать свое не самое легкое положение.

3 Артем Орешкин. А помнишь, как все начиналось?

Все началось с того, что мы поехали с баронессой Этур в ее владения. В гости, так сказать. Сколько она приглашала, сколько уговаривала, вот и уговорила!

Конечно, о нашем отъезде знали во дворце. Конечно, король дал добро, во всяком случае, не возражал. И его советники тоже. А ведь среди них был тот, кто науськал на нас городскую шайку. Кстати, о погоне Михаила за бандитом узнали быстро. И о том, как эта погоня проходила, тоже. На Мишку смотрели как на чудо. А к нам стали относиться еще более настороженно и… приветливо.

Словом, свалили мы из столицы, предварительно обговорив с Охочи время и место встречи. Торговец из империи согласился отвезти нас туда на своем корабле. Он даже был рад такому повороту дела, видимо, из-за своих соображений.

Владения покойного барона Рамжевера, а теперь его вдовы баронессы Этур лежали на полночь от столицы где-то в двенадцати верстах от Бреаша. Довольно удобно с точки зрения встречи с кораблями Охочи – им как раз проплывать мимо.

Кроме леса, полей и угодий, покойный Рамжевер владел небольшим дворцом, выстроенным на месте старой крепости. Стены давно уже срыли, вместо них возвели двухэтажное здание, деревянное, конечно. Внешне дворец напоминал обычную загородную виллу, обнесенную высоким тыном.

Еще семейству принадлежали несколько поселений и небольшой городок, в котором проживала пара сотен человек. Городок, как и сами владения, носил имя Рамжевер. Родовое гнездо многих поколений предков Самердорона Рамжевера, а теперь его сына. Ему владеть всем, когда подрастет. А пока тут хозяйничала моя дорогая Узна.

Прием нас ждал теплый, в духе местных обычаев. Самые лучшие комнаты, самые изысканные яства, самые горячие служанки, умеющие согреть постель и ублажить высокого гостя. Впрочем, последнее – для парней. Мою же постель согревала сама баронесса. Макс по этому поводу пошутил:

– Мы-то ладно, а ты, Тём, прямо в рабство попадаешь. Изъездит ведь всего!

Я показал Максу кулак, но промолчал. Если бы дело было только в этом!

Хотя началось все, как Макс и говорил. Нас представили младшим дворянам – вассалам Рамжеверов. Таковых было немного, в королевстве количество вассалов строго регламентировано и бароны могли иметь не больше пяти таких подданных. А вот крестьян сколько угодно.

Во дворце были в основном отпрыски вассалов, а те сами либо служили в армии, либо при короле, либо сидели у себя. Младшие вассалы не имели собственных земель и арендовали у сеньоров участки. А чаще были управляющими поселений.

Титул вассала всегда переходил только к старшему сыну, остальные могли рассчитывать лишь на принадлежность к благородному сословию. Но на хлеб зарабатывали сами.

Младшие сыновья дворян искали удачу в рядах армии или при дворе. Многие уезжали в империю, кое-кто предлагал свои услуги владетельным дворянам, как Знатт Рамжевер – брат покойного барона.

Дочери либо жили во дворце сеньора, где им подыскивали мужей, либо, если повезло, сразу выходили замуж.

В королевстве, размером с Кубу или Гондурас, практически все дворянство было в ближнем или дальнем родстве и на всех уже не хватало места ни во дворце короля, ни в армии. Так что агрессивные планы обоих королей доминингов учитывали и это обстоятельство.

Словом, нас представили, рассказали, кто такие, поведали о подвигах, о спасении баронессы и наследника владений, о благосклонности, которую проявил к нам король, и о том, что мы будем здесь знатными гостями.

По взглядам, которые бросала на меня баронесса, многие догадались о наших особых взаимоотношениях. И несколько пар сердитых глаз сразу начали буравить меня с явным намерением провертеть дырку.

Взгляды принадлежали вассалам и управляющему дворцом некоему мэору Охтару. Виктор сразу прозвал его Мухтаром.

Чем я пришелся не по душе этому типу, не знаю. Может, он претендовал на внимание баронессы к своей персоне? Хотя и выглядел старо и статью не мог похвастать.

Я не стал заострять на этом внимание, как и на сердитых вассалах. А тем хватило ума не задирать меня. Рассказы баронессы с довольно откровенными подробностями охладили бы пыл и не таких молодцов.

Вот так все началось и пошло само собой, опять же по сценарию Макса. Мои друзья нежились в ласке и заботе, я нежился в объятиях баронессы. Хотя некие правила приличия мы соблюдали. Но дураков во дворце не было и наши отношения большого удивления не вызывали. В конце концов, я благородный мэор, знатный воин, принят королем. А баронесса – вдова и ей просто необходим мужчина и хозяин. Владения без хозяина долго не могут, а Геро еще слишком мал, чтобы управлять ими.

Нам было хорошо. Тихо, спокойно, никакой слежки, никаких пакостей, никаких бандитов. И король далеко, не мельтешим перед его венценосными глазами, не напоминаем о себе. Вдруг да забудет о своем желании видеть нас среди верных слуг?!

Правда, баронесса о своем долге перед короной не забывала. И в перерывах между постельными утехами и редкими выездами не раз сворачивала разговоры на тему возможной службы. Причем говорила об этом, как о деле почти решенном. И еще прозрачно намекала, что король в уплату за верность может наградить всех нас землей. Тогда мои владения и владения Рамжеверов можно будет соединить.

– Его Величеству нужны такие люди! Способные не только мечом махать, но и думать. Верные дворяне могут рассчитывать на многое! Тем более в скором времени. Когда придет срок.

– Срок чего? – спрашивал я невинным голосом, даже не глядя на Узну.

Баронесса уклонялась от точного ответа, настойчиво повторяя:

– Нельзя упускать шанс. Король вам благоволит.

Милость монарха – вещь непостоянная. Так что «благоволение» Седуагана могло быстро стать опалой. Если мы вдруг не дадим согласие служить ему. Поэтому я тянул с ответом, сводя разговоры на нет и отвечая уклончиво.

Судя по реакции баронессы, время на размышление пока было. Видимо, король еще не определился с датой начала тех самых важных событий.

Я отшучивался, но ухо держал востро. Узна не та особа, которую можно обманывать. Характер у нее еще тот, недаром она легко заменила погибшего мужа и стала шпионкой короля. Наши отношения напоминали пляску на бочке с порохом. Рвануть могло в любой момент.

Парни тоже не скучали. Каждый нашел себе подружку, причем не из служанок, а из дочерей и внучек вассалов. Засидевшиеся в девках молодки особой скромностью не страдали, а присутствие таких богатырей только подогревало их любопытство и страсть.

Макс, как всегда, отличился, сумев увлечь сразу двух красоток, что осложнило и без того натянутые отношения с дворянами баронессы. Но те, как и прежде, позволяли себе лишь суровые взгляды. Потеря предмета воздыхания не шла ни в какое сравнение с возможностью потерять жизнь.

Пути отхода мы готовили с самого начала. Пару раз выезжали на охоту, благо это пристрастие было в большом почете у дворян. Разок совершили прогулку по окрестностям. Вроде как развеяться. На самом деле прикидывали, как лучше и незаметнее исчезнуть, дабы не навести возможную погоню.

Срок отплытия Охочи из столицы подходил, и мы уже высчитывали время его появления в условленном месте.

Говорить о наших планах баронессе я не собирался. Кто знает, какие инструкции она получила от короля и его людей. Может, всем на нас наплевать, а может, и нет. Проверять же это на себе желания не было.

В последнюю ночь Узна, словно чувствуя что-то, с особым пылом уговаривала меня принять предложение короля. И впервые упомянула о некой угрозе в случае отказа.

– Что, значит, немилость? – спросил я, сжимая баронессу в объятиях. – Изгонят из страны?

– Н-нет, – без особого желания ответила Узна. – Но могут подумать, что вы замышляете недоброе, раз не хотите служить.

– В таком случае нам лучше уехать, – задумчиво произнес я. – Граф Мивус охотно примет нас. Не требуя ничего.

– Он же заставил вас служить ему!

– Но потом отпустил. Мы нужны были графу на время. А твоему королю придется служить всегда. Или нет?

– Не обязательно! – тут же откликнулась баронесса и стала убеждать меня, что никто закабалять дворянина не может.

Она до того увлеклась, что начала противоречить сама себе. Но я не стал ловить ее на этом, согласно кивал и просил время еще подумать.