Учитель для ангела - Елена Райдос

Вран расслабленно перевёл дух. Перспектива потерять эту женщину, ставшую буквально частью его самого, оказалась для него настолько ужасающей, что представлялась настоящим концом света. По большому счёту, её интимные похождения Врана вообще не волновали, потому что ему нужна была её душа, а не тело. Нет, тело, конечно тоже было важно, но не более чем футляр важен для скрипки. Он уже собрался объяснить бедняжке свою прогрессивную позицию в сфере свободной любви, когда Эвиана продолжила свой монолог.

— Ты только не думай, что я тебе изменила по собственной воле, он взял меня силой, — в её глазах заблестели слёзы, а ещё в них была такая мольба, что Вран чуть сам ни расплакался. — Наверное, я не должна была соглашаться на эту прогулку вдвоём, без сопровождения, но ведь раньше мы с Линнетом много раз так гуляли, и он вёл себя достойно.

— Тебя изнасиловал мой племянник? — слова с трудом протискивались сквозь сжатые зубы Врана. — Но в этом же нет никакого смысла, — прошептал он, как бы отвечая своим мыслям, — разве что он сделал это с целью помешать нашему венчанью. Это так?

— Да, Линнет на самом деле не испытывает ко мне никаких чувств, — подтвердила его догадку Эвиана, — он просто не хочет, чтобы мы поженились.

— Значит, он собирается обнародовать свой «подвиг», — Вран уже едва сдерживал свой гнев.

— Только если мы не уступим, — женщина кивнула, и повисшие на её ресницах слезинки покатились по бледным щекам. — Рэй, милый, не нужна мне эта свадьба, просто позволь мне остаться с тобой, не гони. Я без тебя не смогу.

— Всё будет хорошо, — Вран прижал к груди щуплое дрожащее тельце и принялся гладить женщину по волосам, успокаивая как маленького ребёнка, — я сумею заткнуть рот этому мерзавцу. И не вздумай себя винить, вся вина лежит только на нём.

— Ты же не убьёшь своего племянника? — Эвиана резко отодвинулась и уставилась в глаза своему решительному утешителю.

— Как ты могла подумать, что я омрачу убийством нашу свадьбу? — тут же отозвался Вран. — Пусть тебя это больше не беспокоит, у меня есть план, и он точно сработает.

На самом деле никакого плана пока не существовало, Врану было понятно лишь направление удара, который он предполагал нанести по зарвавшемуся «племянничку», но он счёл это достаточным, чтобы успокоить свою невесту. Уже ночью, убаюкав бедняжку, Вран приступил к детальной проработке своих дальнейших шагов. Это дело оказалось совсем не простым. Чего уж там, ратава-корги сумел застать врасплох своего клиента, и нанёс точечный удар по его матримониальным планам, которые считал опасными. При этом Ро, разумеется, даже не подумал учесть желания самого клиента, ведь сталкеры никогда этого не делали, они свято верили в собственную непогрешимость и право распоряжаться чужими судьбами.

Наверное, впервые Вран ощутил на собственной шкуре, каково приходилось его клиентам, и даже сподобился ощутить что-то вроде раскаяния, впрочем, ненадолго, поскольку ему было не до сантиментов, его ждала работа. Через неделю подготовка к нейтрализации последствий нападения ратава-корги была закончена, и Вран решительно толкнул дверь в покои своего «племянника». Неспешным шагом он величественно прошествовал к отдыхающему в кресле у камина Ро, чем привёл того в откровенное замешательство. Ратава-корги уже давно поджидал визита разъярённого клиента и готовился к откровенной агрессии, поэтому спокойствие Врана его озадачило. На всякий случай Ро вскочил на ноги и развернулся лицом к приближающемуся воплощению возмездия.

— Нет нужды приветствовать меня стоя, — насмешливо бросил Вран, усаживаясь в соседнее кресло. — Присаживайся, «племянничек», нам с тобой нужно кое-что обсудить.

— Что, даже не съездишь мне по физиономии? — Ро ехидно подмигнул своему клиенту, как бы приглашая того превратить разборку в игру. — Давай, будет легче смириться с неизбежным, я даже сопротивляться не стану.

— Ты всерьёз считаешь, что всё закончится мордобоем? — в тон ему поинтересовался Вран. — Вообще-то, у меня другие планы. Я не собираюсь тебе мстить, если ты так подумал, — пояснил он, — я просто лишу тебя возможности делать пакости нам с Эвианой.

— Значит, полученный урок тебя ничему не научил, ты так и не отменил венчание, — Ро резко помрачнел, было видно, что он собирается предъявить ультиматум. — Ну тогда не обессудь, дорогой «дядюшка», о том, что твоя невеста порченная, узнает куча народу, и от ваших репутаций останутся только ошмётки. Можешь не сомневаться, я сумею сделать так, что мне поверят.

— Нет, не поверят, — в голосе Врана сквозила прямо-таки железобетонная уверенность. — Дело в том, что кастрат физически не может никого изнасиловать.

— Но я вовсе не кастрат, — возмутился Ро, однако буквально через секунду до него дошло, что хотел сказать его собеседник, и лицо бедняги покрылось мертвенной бледностью. — Ты же это не всерьёз? — пролепетал он.

— Прости, Ро, но своими непродуманными и жестокими действиями ты не оставил мне иного выхода, — взгляд Врана не выражал никаких чувств, словно это говорил автомат, и именно эта бесстрастность заставила ратава-корги поверить в серьёзность его намерений. — Кстати, заранее хочу предупредить, если ты всё же решишься распускать слухи, то я потребую освидетельствования твоей состоятельности как мужчины, и остаток этого воплощения ты проведёшь в тюрьме за клевету на дочку герцога.

— Ты не посмеешь меня кастрировать! — выпалил Ро, пытаясь убедить скорее себя, нежели своего оппонента.

— Не беспокойся, я нашёл для тебя самого лучшего доктора из тех, что имелись поблизости, — спокойно парировал Вран.

Его ответ сыграл роль спускового механизма в сознании Ро, вызвав приступ неконтролируемой паники, он вскочил на ноги и бросился к выходу. Вран, видимо, ожидавший подобной реакции, даже не пошевелился, он тихо свистнул, и дверь сама отворилась навстречу отчаянному беглецу. Через узкий проём в комнату тут же просочился небольшой отряд, состоявший из полудюжины личных гвардейцев лорда, и окружил его племянника плотным кольцом. Только после этого Вран вылез из кресла и подошёл к Ро. Дальнейшая беседа между аэрами шла телепатически, чтобы не провоцировать состояние когнитивного диссонанса у местных аватаров.

— Ты совершил большую ошибку, — бесстрастно констатировал Вран, — не стоило использовать Эвиану в своих подлых махинациях. Но эта ошибка была не единственной, вдобавок ты недооценил мои возможности и при этом переоценил мои якобы дружеские чувства по отношению к своей особе. Поверь, в настоящий момент я не испытываю к тебе ничего, кроме презрения.

— До чего же ты докатился, если ради аватара готов изувечить своего соотечественника, — Ро уже немного пришёл в себя и пошёл в атаку в надежде, что наглость и самоуверенность избавят его от уготованной участи.

— Очень советую со смирением принять приговор, — прокомментировал его выступление Вран, — иначе добьёшься того, что моё презрение сменится