Бракованная попаданка или истинная для Верховного - Песцова Любовь

— То есть в нашу первую встречу. Мило. Удивлена, что не арестовали.

— Ну что вы, разве я могу арестовать такую милую леди? — Улыбнулся Велтон.

По ногам потянуло сквозняком и я, опустив голову, увидела знакомый туман. Ясно, Реймонду наш разговор явно не нравится.

А что, удобно его настроение отслеживать. Полезная штука эта ваша магия.

— Очень не советую продолжать диалог в таком духе, — сказало это драконище следователю.

Да, именно ему. Меня, кажется, продолжали игнорировать.

Ну и ладно. Сосредоточившись на Велтоне, я спросила:

— Неужели стило того, чтобы устанавливать за мной такую слежку? А вдруг я его бывшая прислуга, которая не хочет встречаться с ненавистным начальством. Например, подсвечник свистнула?

— Сомневаюсь. Учитывая, что барон Паксон давно у меня на карандаше и фугирует в нескольких весьма странных делах, я предположил, что дело не в подсвечниках.

— Думаете, крупнее? Покусилась на святое — на его косметичку?

Велтон фыркнул, оценив образ мистера Пакости, который рисовало мое больное воображение. А вот Реймонд почему-то не спешил веселиться.

— Все это невероятно забавно. Но мне бы хотелось узнать, кто ты такая и почему скрывала свой дар.

Я вздохнула. Что ж, деваться некуда. Врать дальше смысла не было. Эти двое все равно узнают, особенно если объединятся. Нужно только как-то повернуть рассказ так, чтобы умолчать о попаданстве.

— Меня зовут Адалин Фолкер и я с сожалением должна признать, что мистер Пакость… то есть барон Паксон, является моим супругом.

Велтон присвистнул, не сдержав эмоций. А вот Реймонд повел себя достаточно странно.

— Невозможно!

Мы с Велтоном оба повернулись к дракоше, у которого в голове явно происходил какой-то разрыв шаблона.

— Почему? — Спросила я. — Потому что леди Фолкер не стала бы терпеть ваши нападки и издевательства? Или потому что она не стала бы зарабатывать честным трудом, сбежав от мужа, который хотел ее убить?

Мне показалось, или в этих синих глазах мелькнула какая-то странная эмоция, напоминающая боль? Как будто ему было невыносимо это слышать.

— Мы с леди Фолкер были представлены, — выдавил он из себя.

— Ну да, я волосы покрасила. И веснушки замазываю каждый день. Так что я бы на вашем месте, лорд Хольт, не винила себя за то, что не узнали. Меня в этом образе родной супруг не узнал. Но если так угодно… Мистер Киндаун, не подскажите, где у вас уборная?

— Эм… Разумеется, леди. Прямо по коридору, вторая дверь направо.

Оставив мужчин переваривать свалившуюся на них информацию, я технично смылась. Жаль, не в прямом смысле этого слова.

Если честно, был соблазн улизнуть через окошко в уборной. Но меня останавливало несколько вещей.

Во-первых, бессмысленность такого мероприятия. Все равно найдут. Это не мистер Пакость, это целый Верховный. Он будет искать на совесть.

Во-вторых, здесь не было окошка.

Ну кто так строит? Ироды!

Так что я потратила пять минут на то, чтобы смыть макияж подручными средствами. И еще десять на то, чтобы успокоиться и перестать прокручивать в голове разные варианты собственной смерти от рук обманутого мной Верховного.

А когда я вышла обратно в гостиную, Велтон и Реймонд сидели в таких же позах и, кажется, вообще не шевелились и даже не дышали все то время, пока меня не было.

— Ну как-то так, — сказала я, показывая всем свое конопатое лицо и шею.

Ох, благословите местные закрытые наряды за то, что мне не так много гримировать приходилось. На руках веснушек почти не было, так что из открытых участков оставалось только лицо и шея.

Мужчины смотрели на меня с недоумением. Возможно, пытались понять, что изменилось. Я бы не исключала и такой вариант.

— Не то чтобы мы вам раньше не верили, леди, — сказал Велтон.

— Почему Адалин Фолкер числится мертвой? — спросил Реймонд.

Я только развела руками, мол, у муженька моего спрашивайте.

— А тело видели?

И тут уже настала очередь Верховного кривиться и точно так же пожимать плечами. Тоже мне, ответственный за юстицию.

— Но дело даже не в этом. Как я уже говорил, мы с Адалин Фолкер были друг другу представлены, — он на секунду прикрыл глаза, выдержав драматическую паузу. — И она не была моей истинной.

Ну здорово. А ведь хотела обойтись без рассказа о попаданстве. И с какого такого Хуана Павловича Адалин не его истинная? А кто тогда? Я, что ли?

Глава 55

Итак, было бы здорово, если бы у меня была способность придумывать правдоподобную ложь на ходу. Увы, я такими навыками никогда не обладала.

— Почему вы так уверены, что Адалин… то есть я не была вашей истинной раньше?

— Есть… способы определить. Мы виделись на императорском балу около десяти лет назад или чуть больше. Там все участники очень тщательно отслеживают, не откликнется ли магия при знакомстве.

— И как магия откликается?

— Ее видно в глазах. Ну и по другим признакам… Как ты можешь этого не знать?

Бедный мужик, мне его даже жаль стало ненадолго. У него явно когнитивный диссонанс сейчас все мозги разъест. Ну не должна так выглядеть и так вести себя леди. Дракон, воспитанный поколениями таких же крылатых ящеров.

— Ну здесь муж постарался. Не знаю, что он со мной сделал, но вместе с ногами я и память потеряла.

Правильно, Вика, вали все на амнезию. Будет как в лучших бразильских сериалах.

В голове заиграло незабываемое «Камйо долор…».

Господи, надеюсь, Реймонд не окажется моим потерянным в детстве братом!

— Ногами?

Взгляд обоих мужчин внезапно устремился на мои ноги. Хорошо хоть юбкой были закрыты, иначе я бы такие взгляды за домогательства приняла и тростью обоих поколотила.

— Ну да. Я когда пришла в себя, ходить не могла вообще. Да что там, я и лежала-то с трудом. И помогать никто особо не спешил…

В следующий час я рассказала почти все из своих приключений с тех пор, как заняла место бедняжки Адалин. Даже почти ничего не приукрасила и не умолчала. Ну за вычетом попаданства.

Велтон хмурился, а у Реймонда был такой вид, словно он сейчас повесится.

— На этом все, — сказала я, когда история закончилась, а мужчины так и продолжали молчать.

— А твоя вторая ипостась…

— Ее нет. Я пыталась обратиться, но ничего не получается. Да и не чувствую я в себе ничего такого. Только магия осталась как напоминание о том, что этот дракон вообще когда-то существовал. Мне кажется, я теперь обычный человек.

— Нет, — веско сказал Реймонд.

— Что «нет»? Это не вопрос был, а мои выводы. Или вы мне не верите?

— Верю, — отозвался крылатый.

Ну хоть на этом спасибо.

— Но если бы у тебя не было второй ипостаси, ты бы не выжила.

— Спасибо, я это отлично поняла еще тогда, когда муж начал меня активно хоронить при жизни. Как видите, выжила.

Реймонд нахмурился и замолчал. Не знаю, какие мысли бродили в этой голове, но он, по уже сложившейся традиции, делиться ими с окружающими не торопился.

Зато отмер Велтон. Он что-то сложил в своей голове и обратился к Верховному:

— Лорд Хольт, я знаю, что прошу очень много, но я обязан это сделать. Я буду очень признателен, если вы не будете убивать барона Паксона в ближайшее время.

Реймонд вскинул одну бровь, как будто услышал какую-то отменную чушь. А затем откинулся на спинку кресла и, закинув ногу на ногу, с интересом посмотрел на следователя.

— Назови мне хотя бы одну причину не делать этого.

Эм, они что вот так серьезно рассуждают об убийстве моего муженька? Нет, я говорила, что не против овдоветь. Но не нужно все так буквально воспринимать! Развода и суда для него будет достаточно.

— А моим мнением по этому вопросу никто поинтересоваться не хочет?

— Нет, — ответил Реймонд.

Ну какой милашка, я не могу. Так и тянет сковородкой приложить.

— Лорд, леди, если позволите, я вмешаюсь в ваш диалог, — подал голос Велтон. — У меня действительно есть причины просить отсрочки для барона Паксона, и они связаны, в том числе, с леди Фолкер и ее отсутствующей ипостасью.