Полный курс уголовного права. Том III. Преступления в сфере экономики - Коллектив авторов

Впрочем, установление потенциальных поражающих свойств примененных орудий также не гарантирует правильное решение вопроса об интенсивности насилия, так как их реальное использование часто непредсказуемо по тяжести последствий. Например, использование газового оружия с близкого расстояния может повлечь настолько широкий спектр последствий – слезотечение, жжение в глазах и дыхательных путях, рвота, ожоги слизистой оболочки полости рта, поражение роговицы глаз, ожог кожи, отек легких и смерть, – что предварительное соотнесение данной разновидности насилия с названными видами оружия может утратить всякий смысл. Поэтому суды не признают достаточным основанием для признания разбоем фактов применения виновным газового оружия в виде аэрозольной упаковки (баллончика). В прецедентах по данным делам указывается, что для правильного решения необходимо проведение судебно-медицинской экспертизы о характере и степени тяжести фактического вреда здоровью, полученного в результате применения газового баллончика, о воздействии его содержимого на организм человека и его потенциальной опасности для жизни или здоровья человека.[270]

Например, Ф. осужден за разбой, выразившийся в том, что он попросил Н., владельца автомашины, отвезти его на кладбище, после посещения которого с целью завладения автомашиной напал на Н., применив баллончик со слезоточивым газом.

Не согласившись с квалификацией указанных действий в качестве нападения, соединенного с насилием, опасным для жизни и здоровья, кассационная инстанция указала на то, что оценку содеянного суд дал, основываясь только на показаниях потерпевшего. Последний пояснил, что, садясь к нему в машину, Ф. несколько раз брызнул ему в лицо газом из баллончика и пытался завладеть ключом зажигания. Он (Н.), отворачиваясь от струй газа и не дыша, сумел забрать ключ зажигания и выскочить из машины.

Ф. подтвердил, что применил газовый баллончик, который купил в коммерческом магазине в Москве. Однако розыскные действия для его обнаружения результатов не дали, в связи с чем провести экспертизу не представилось возможным. Из заключения же судебно-медицинского эксперта следует, что отравление Н. неизвестным газом объективными данными не подтверждено. При таких обстоятельствах действия Ф. должны быть квалифицированы как покушение на открытое хищение, соединенное с насилием, не опасным для жизни и здоровья потерпевшего.[271]

Что касается квалификации, то насилие, выразившееся в причинении вреда здоровью, какой бы степени он ни достигал, всегда охватывается составом разбоя и не требует дополнительного вменения ст. 115, 112 или 111 УК (умышленное причинение легкого, средней тяжести или тяжкого вреда здоровью). Дифференциация ответственности осуществляется в данном случае за счет квалификации либо по ч. 1 ст. 162 (если в нападении, в результате которого умышленно причинен легкий или средней тяжести вред здоровью, отсутствуют отягчающие обстоятельства, предусмотренные ч. 2–4 этой статьи), либо по п. «в» ч. 4 ст. 162 (разбой, совершенный с причинением тяжкого вреда здоровью).

И лишь в случае, когда причинение в ходе нападения тяжкого вреда здоровью влечет по неосторожности смерть потерпевшего, содеянное следует квалифицировать по совокупности ч. 4 ст. 111 УК и соответствующей части ст. 162 (за исключением п. «в» ч. 4), поскольку лишение жизни не охватывается составом разбоя.[272]

По этой же причине убийство, учиненное в процессе разбойного нападения, квалифицируется по совокупности п. «в» ч. 4 ст. 162 и п. «з» ч. 2 ст. 105, а в случае, если оно совершено с целью скрыть преступление или облегчить его совершение, – также и по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК,[273] поскольку состав убийства не охватывает собой посягательство на собственность, а состав разбоя не предусматривает такое последствие, как смерть.

Имея в виду возможную конкуренцию в подобных ситуациях между п. «з» (убийство из корыстных побуждений или сопряженное с разбоем) и п. «к» ч. 2 ст. 105 (убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение), равно как и коллизию между квалифицирующими признаками, предусмотренными п. «з» ч. 2 ст. 105, необходимо отметить, что действия лица, напавшего с целью завладения имуществом на потерпевшего, убившего его и после этого похитившего данное имущество квалифицируются только по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 162 и п. «з» ч. 2 ст. 105. Дополнительная квалификация этих действий по п. «к» ч. 2 ст. 105 является излишней, так как убийство было совершено при разбойном нападении.[274] При квалификации же убийства необходимо указывать лишь один признак п. «з» ч. 2 ст. 105 УК – «сопряженное с разбоем» и дополнительно приводить квалифицирующий признак «из корыстных побуждений» не требуется.

Например, Ч. с целью завладения деньгами убил знакомого предпринимателя и его водителя. Содеянное было квалифицировано как разбой, совершенный с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевших, и как убийство двух лиц, совершенное из корыстных побуждений и сопряженное с разбоем.

Однако Военная коллегия изменила приговор, указав, что квалифицирующий признак убийства, содержащийся в п. «з» ч. 2 ст. 105 УК, – «сопряженное с разбоем» – предполагает корыстный мотив совершения данного преступления, в силу чего признак убийства «из корыстных побуждений», предусмотренный тем же пунктом названной статьи, в этом случае является излишним.[275]

Вместе с тем для признания убийства совершенным из корыстных побуждений необходимо установить, что намерение извлечь материальную выгоду из убийства возникло у виновного до его совершения. Поэтому не может квалифицироваться содеянное по п. «з» в случае убийства по иным (некорыстным) мотивам с последующим «ограблением трупа» или завладением имуществом убитого, если мысль воспользоваться имуществом потерпевшего возникла после лишения его жизни.[276] Особое значение в связи с этим приобретает также отграничение признаков деяний, одни из которых квалифицируются только как корыстное убийство, а другие – по совокупности разбоя с убийством из корыстных побуждений. Критериями их отграничения служат:

1) характер мотивации, в соответствии с которым вопрос о совокупности с разбоем возникает лишь тогда, когда преступник стремился в результате насилия над личностью завладеть его имуществом путем изъятия, а не получить какие-либо иные материальные блага (например, уклониться от передачи долга, что совершенно не свойственно для разбоя как разновидности хищения);

2) способ убийства, с учетом которого при совокупности необходимо доказать, что имело место нападение с целью завладения имуществом либо с целью удержания имущества непосредственно после завладения им, т. е. причинение смерти в процессе нападения, поскольку именно так характеризует разбой диспозиция ст. 162 УК, тогда как «чистое» убийство из корыстных побуждений (например, путем бездействия), не будучи связанным с нападением, охватывает иные способы лишения жизни;

3) момент, когда убийца рассчитывал завладеть имуществом, в зависимости от которого совокупность возникает лишь тогда, когда виновный рассчитывал завладеть имуществом в момент убийства или непосредственно после него (с незначительным разрывом во времени), т. е. когда содеянное (лишение жизни и завладение имуществом) охватывается единым умыслом и представляет собой непрерывную цепь преступных действий, тогда как стремление завладеть имуществом не сразу, а через определенный промежуток времени полностью охватывается составом корыстного убийства.

Однако в последнем случае убийство из корыстных побуждений может быть квалифицировано по совокупности с кражей (ст. 158), поскольку п. «з» ст. 105 предусматривает только корыстный мотив убийства, но не сам факт незаконного завладения имуществом, для которого убийца совершает затем иные требующие отдельной оценки преступные действия. Причем в таких случаях убийство необходимо квалифицировать и по п. «к» ст. 105 УК как совершенное с целью облегчения другого преступления – последующей кражи. Такая квалификация возможна в двух случаях:

а) виновный лишает жизни потерпевшего с целью завладения его имуществом, но не сразу после убийства, а с разрывом во времени и приложением дополнительных преступных усилий для завладения имуществом, например для тайного изъятия его из жилища убитого;

б) завладение имуществом осуществляется сразу же после убийства, но причинение смерти не было связано с нападением.

В частности, Верховный Суд не признал состава разбоя в действиях осужденных, которые договорились завладеть путем обмана квартирой потерпевшего, а в случае, если им это не удастся, – убить хозяина квартиры. Для осуществления задуманного виновные предложили потерпевшему продать им квартиру, но последний ответил отказом. Тогда, действуя по намеченному плану, они приехали вместе с потерпевшим на берег реки, где распивали спиртное. Когда потерпевший уснул, осужденные нанесли ему удары камнями по голове, отчего он умер. После этого осужденные завладели ключами от квартиры потерпевшего и впоследствии пытались продать эту квартиру различным лицам.