Волчья стая - Kan

— Все, ниже не буду, мне так неудобно и выматывает, — капризно сообщила похитительница. — А я хочу с тобой вымотаться, но не так!

Пора!

— Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три, ищите где-то здесь! — пробормотал я в микрофон.

Затем вывернул голову. Взглянул девушке на лицо — привлекательная, спору нет, только не в моем вкусе.

Резко согнул правую руку в локте, утыкая ствол пистолета ей в подбородок. Девушка успела удивиться, распахнуть пухлые губки.

И короткое движение пальца разнесло ей черепушку к херам. Аж фонтан из макушки брызнул.

Мы стремительно понеслись вниз. Я и мой мертвый груз, крепко сцепивший руки на моей груди. Падение длилось недолго, но достаточно для двух вещей. Первое — успел крикнуть «падаем!». Второе — начали вращаться, так что вся эта груда дохлого мяса не должна была ушибить меня слишком уж сильно.

Две секунды.

Привет, земля!

Глава 14

Разумеется, я уебался обо что-то головой и потерял сознание.

В бессознательном состоянии было… странно. Несмотря на то, что понимал, что меня вырубило — все вокруг казалось одновременно и реальным, и туманно-мимолетным. Словно не весь мой побитый мозг работает, вот и не дорисовывает галлюцинации до конца, оставляя меня вместе со смутной, плывущей картинкой.

Зато — я стоял на своих ногах, ага. В той же белой комнате, которая за прошедшие дни ушла в дальние заколки памяти, помеченная как «любопытный курьез». Все тот же офисный стул и стулья, компьютер, стопки бумаг. Закрытые жалюзи, за которым на самом деле ничего нет. И двери нет. Нет и женщины в офисном. Просто я — и все.

— Есть кто? — выдавил я из горла, превозмогая воздушную пробку.

Огляделся. Ничего не изменилось. Тогда решил навернуть круги по комнате, насладиться хоть здесь рабочими ногами. Приятно! Лишь… ватные они какие-то. Как в кошмаре. Когда сколько усилий не прикладывай, а все равно не сбежишь.

— Рада вас видеть, — прозвучало за спиной.

Резко обернулся. Там… А там похитительница моя стояла. Темно-фиолетовая кожа, янтарные глаза с вертикальными зрачками, ноги от ушей, рожки мелкие. Одета в блейзер да короткую юбку-карандаш. И длинные каблуки — все, больше ничего. Блейзер был скорее расстегнут, чем застегнут, там всего одна пуговица его держала.

— А я не очень-то, — пробормотал я.

— Пожалуйста, займите позицию, — сказала она, растягивая пухлые губки в улыбку. — Настало время ежедневной кормежки!

Одновременно она подступила ближе, проводя когтистыми руками по груди. Тут я понял, что надо бы бежать — если есть куда. А если нет, то просто круги наворачивать, словно в мультике. Я ж без сознания, башкой ударился, вот и чудится хрень, пока лежу мордой в траве и каску кровью заливаю.

Ну, я и побежал. Прочь. Только вот какая штука — правила тут были кошмарного сна, совсем не мультика. Ватное тело. Догонят.

Но я честно пытался. Жалкие пару метров до ближайшей стены заняли у меня как бы не минут пять отчаянных усилий, под ехидное хихиканье за спиной.

— Не сопротивляйся, просто прими наши правила, — соблазнительным, с придыханием, голоском сказала она. — Их тебе никто не сказал, но незнание от ответственности не освобождает!

Дальше меня резко развернули. С девицы этой вся офисная одежда пропала, остались только колечки пирсинга на сосках стоячей груди. В паху у нее горела алым какая-то сложная татуировка, складывающаяся в форму сердца.

Намек ясен. И взгляд ясен, и шарящие по моему телу руки тоже вполне однозначны.

Только вот что — я отказываюсь!

Собрав силы в кулак, попытался врезать девушке по лицу, чтобы лопнули эти пухлые губки. Старался как мог. Даже вата чуть отступила из тела, позволив мне ударить хоть слегка сильно. И врезал ведь! И долетело!

И обиженное-недоуменное лицо девушки дорогого стоило. Она поверить не могла, что я сопротивлялся ее поползновениям. Так что, чтобы донести как следует, ударил еще раз. Получилось слабее. Зато рогатая отшатнулась от меня, вся растерянная.

— Слышала когда-нибудь о таком концепте, как «согласие»? — выдавил я. — Так вот, я не согласен!

Тут-то девушка показала истинное лицо. Такую злобную рожу скорчила, что ею только людей в переулках пугать. Взвизгнула разъяренно…

Не замечая, как стала растворяться. Вместо со всей комнатой теряя объем и плоскость одновременно, распадаясь на бесформенные облака.

А я же — очнулся.

Приходить в себя было больно. Голова-то ладно, как-то привык за последнее время, что она то и дело болит. Вот в груди — словно пару-тройку розочек воткнули меж ребер, и шерудили ими с каждым вдохом и выдохом. Переломы. Много. С руками попроще, там, вроде, только синяки. Ноги? Как не чувствовал, так и не чувствую.

А, собственно, я где нахожусь-то?

Ощущения в теле были противоречивы. Я лежал на животе — не слишком-то лучший вариант, когда сломаны ребра. Вроде бы, не на траве. Более того, если присмотреться, то перед глазами была дорога. И явно не ночная. Уже точно взошло солнце.

Так и где я? Собственно, это даже не важно. С кем я?

Шлема на голове не было, но гарнитура осталась. Нужно только немного, аккуратно пошевелить руками, начать передачу…

— Тебе лучше не двигаться, незнакомец, — сказал басовитый женский голос где-то справа. — У тебя сломаны ноги, ты едва дышишь и был весь в крови, когда мы тебя нашли.

Не, это точно не мои. И по обращению, и по голосу. Плохо! Нужно выйти на связь, дотянуться…

— Я же сказала! Ты меня понимаешь?

— Не горячись, сестра, — второй женский голос. Уже более спокойный, даже немного мелодичный, прямо надо мною. — Ты упал, незнакомец, в обнимку с суккубой. Твоя гром-палка вышибла ей мозги, так что ее мы у тебя отняли и пока подержим у себя. Просто потерпи, мы доедем до пещеры и окажем тебе помощь.

Тем временем, я понял, что еду в телеге. А на землю смотрю через внушительные щели в полу. Развлечение сомнительное.

— Дай ему выпить, пусть полежит, — басовитая.

— Придется перевернуть. Остановись и помоги положить его нормально, — мелодичная.

Телега остановилась, покачнулась. Несколько секунд спустя меня ухватили за подмышки, приподняли. Больно? Не то слово, блять, очень больно! А когда стали переворачивать спиной вниз, так и вовсе показалось, что ребра мне внутренние органы кромсают на части… Вполне могло быть реальностью, ага.

Перевернули. Солнце с размаху врезало по глазам, заныли покрытые синяками руки и спина. Разглядеть чего-то не представлялось возможным, вот совсем — все размыто, сфокусироваться не получается. Но есть одна штука — разгрузку я