Принц-леопард - Элизабет Хойт

Вокруг кричали люди и вставали на дыбы лошади. Его били и хватали чьи-то руки, Гарри не глядя, вонзал нож куда придется. Быстро и отчаянно. Еще один, охнув, повалился в воду. Потом его самого сбили с лошади. Кто-то схватил руку, в которой Гарри зажал нож. Тогда он сжал в кулак правую руку, ту, на которой не хватало пальца, и стал наотмашь бить, куда попало. Но нападавших становилось все больше, на смену тем, кто не успевал увернуться от его ударов, приходили другие. Он же был один.

Его поражение стало только делом времени.

Глава 14

– Кое-какая польза от мужчин все же есть, – словно признавая свое поражение, проговорила леди Беатрис Рено, – но давать советы на тему дел сердечных уж точно не их конек. – Она поднесла к губам чашку чая и сделала небольшой глоток.

Джордж с трудом подавила вздох. Всю неделю, проведенную ею в Лондоне, ей удавалось избегать встречи с тетушкой Беатрис, если не считать сегодняшнего утра. Во всем виноват Оскар. Это он беспечно оставил письмо от Вайолетт на самом видном месте. Если бы не он, тетушка Беатрис никогда бы не узнала о существовании Гарри и не почувствовала острую необходимость прийти и поучить Джордж искусству флирта. Оскар умудрился оставить это чертово письмо в верхнем ящике стола, хотя каждому идиоту в доме известно, что Беатрис всегда в первую очередь перебирает лежащие в этом самом ящике бумаги, как только отсылает лакея из кабинета.

Определенно во всем виноват Оскар. – Они ведь так сентиментальны, бедняжки, – продолжила свою тираду тетушка Беатрис. Она откусила кусочек пирога и тут же нахмурила брови: – Джорджина, этот пирог с черносливом? Я же тебя предупреждала, что мне нехорошо от чернослива.

Джордж бросила взгляд на злополучный кусок пирога.

– По-моему, это всего-навсего шоколадный крем, но если настаиваете, я попрошу принести другой десерт.

В лондонский дом Джордж тетушка нагрянула внезапно, оккупировала позолоченное кресло в самой красивой бело-голубой гостиной и потребовала принести ей только чаю. Джордж подумала, что кухарка и так сделала все возможное, учитывая, что гостей не ожидали вовсе.

– Хм. – Леди Беатрис потыкала лежащий на тарелочке кусок пирога, пытаясь выковырять начинку. – Очень похоже на чернослив, но если ты уверена, то ладно. – Она положила в рот еще один кусок и тщательно разжевала. – В результате они хорошо разбираются, хотя тоже не всегда, в управлении государством, но абсолютно беспомощны при решении обычных домашних проблем.

Джордж некоторое время соображала, о чем идет речь, пока не вспомнила, что до черносливовой начинки тетушка рассуждала о мужчинах.

– Верно, тетушка.

Может, тетушке просто хочется выпустить пар… Но, зная Беатрис, она готова была поручиться, что та будет говорить и говорить, пока Джордж не примет сеточку зрения, и лишь потом продолжит читать основную нотацию. Лучше сидеть и спокойно слушать.

– Не обращай внимания на то, что скажут мужчины, – продолжала тетушка Беатрис. – Знай, что один два романа и даже больше очень полезны женщинам. Наш ум оживает, душа расцветает, а щеки розовеют.

С этими словами леди Беатрис прикоснулась наманикюренным ноготком к своей щеке, которая, конечно же, была нужного розового цвета, но скорее от обширно наложенных румян. На щеках у тетушки темнели еще три черные бархатные мушки – две в форме звездочки и одна в форме полумесяца.

– Самое важное для любой женщины качество – это благоразумие. – Тетушка отпила еще чаю. – Например, если девушка помолвлена одновременно с двумя или более молодыми людьми, она должна следить, чтобы они не знали друг о друге.

Тетушка Беатрис была младшей из сестер Литтлтон. Старшая тетушка – Клэр – оставила Джордж свое состояние, средняя, Сара, была матерью Джордж. Когда-то сестры Литтлтон славились своей феерической красотой; сногсшибательные девицы заставили страдать немало достойных мужей. Но в браке все три оказались несчастливы. Тетушка Клэр вышла замуж за истового религиозного фанатика, который умер молодым, оставив вместо потомства лишь солидные средства. Муж тетушки Беатрис, намного старше ее, упорно стремился продолжить свой род, поэтому до самой его смерти она постоянно ходила беременной. К несчастью, все младенцы рождались мертвыми.

Что касается Сары, ее матери… Джордж отпила чаю. Кто может достоверно знать, что на самом деле происходило между ее родителями? Ей точно известно одно: ни мать, ни отец никогда особенно не интересовались друг другом. В общем, леди Мейтленд, в конце концов, на долгие годы приковала себя к постели какими-то воображаемыми болезнями.

– Даже самые умудренные опытом мужчины в момент превращаются в настоящих младенцев, когда дело доходит до их любимых игрушек, – продолжала леди Беатрис. – Мой девиз: не меньше трех мужчин одновременно, именно тогда будет достигнут необходимый баланс.

Джордж подавилась крошками.

– Что это еще с тобой, Джорджина? – леди Беатрис раздраженно посмотрела на девушку.

– Ничего, – задыхаясь, прошептала Джордж. – Я немного подавилась.

– Право, иногда я начинаю серьезно волноваться о будущем английской нации…

– Какое счастье вместо пустой комнаты увидеть сразу двух прелестных женщин. – Дверь гостиной распахнулась. На пороге стоял Оскар, за ним – какой-то молодой человек, который поспешно поклонился дамам.

Оскар подошел и звонко поцеловал тетушку, на что та недовольно нахмурилась.

– Дорогой, мы тут заняты, тебе лучше уйти. А ты, Сесил, останься. – Неизвестный молодой человек начал пятиться к двери. – Останься. Только ты сможешь поддержать меня, потому что у тебя, по моим наблюдениям, есть хоть немного здравого смысла.

Сесил Барклай улыбнулся и снова поклонился.

– Вы так великодушны и добры ко мне, Ваша светлость. – Вопросительно изогнув бровь, он быстро глянул на Джордж, которая поглаживала диванную по душку. Сесила и его младшего брата Фредди она знала с детских лет.

– Раз остается Сесил, прошу оставить в комнате и меня. – С этими словами Оскар сел и отрезал себе кусок пирога.

Джордж пристально посмотрела на брата. Одними губами Оскар прошептал ей: «Что?» Джордж в раздражении театрально закатила глаза.

– Хочешь чая, Сесил?

– Да, пожалуйста, – ответил тот. – Сегодня Оскар потащил меня в Таттерсолл смотреть лошадей. Он убежден, что не сможет найти в Лондоне достойную пару лошадей для своей новой коляски.

– Определенно, джентльмены слишком много денег тратят на лошадей, – провозгласила леди Беатрис.

– На каких же еще животных прикажете, тетушка, тратить наши кровные? – Озорная искорка блеснула в расширившихся глазах Оскара.