Плач по тем, кто остался жить - Юрьев Сергей Станиславович

Так что для рабочей гипотезы можно принять, что старший лейтенант госбезопасности Хатько пропал без вести в октябре 1941 года, когда дивизия действовала там, где позднее был образован Волховский фронт, то есть вне блокадного кольца.

Участие в боевых действиях 191-й дивизии начинается с Лужского рубежа, откуда она постепенно отступала до образования периметра Ораниенбаумского плацдарма.

15–18 октября из Ораниенбаума морем переброшена в Ленинград, а затем на восточный берег Ладожского озера.

«24 октября 1941 года погружена на рейдах Морье и Осиновец, переброшена судами Ладожской военной флотилии на восточный берег Ладожского озера и к концу октября 1941 года сосредоточилась в районе Матвеевская Харчевня (Харчевня) – Ситомля в сорока километрах юго-западнее Тихвина. К исходу 30 октября 1941 года дивизия под ударом была вынуждена оставить Ситомлю, с 1 ноября 1941 года участвует в контрударе в направлении Будогощь – Грузино».

Впрочем, по документам на «Памяти народа» сказано, что стрелковые полки перебрасываются на самолетах, а артиллерия на судах военной флотилии. Из-за чего она прибыла позже, уже в начале ноября, и некоторое время пришлось воевать без нее.

Согласно «Краткому описанию боевого пути 191-й сд» полки высадились с самолетов и занимают оборону по реке Хвошня с 26 октября.

С текущими, а не обобщающими документами 191-й сд на «Памяти народа» за нужный период дело обстоит плохо, доступен только ЖБД 559-го полка дивизии. Остальные ЖБД дивизии и полков относятся к более позднему времени.

Фамилия Хатько в нужный период времени не всплывает.

Согласно ЖБД 559-го стрелкового полка, 16–17 октября он прошел Ленинград и расквартирован в некоем селе, где занят боевой учебой. Это место в ЖБД подвергнуто многочисленным исправлениям, так что сложно понять, какая редакция должна считаться окончательной. 21 числа полк еще занят боевой учебой.

22.10 вечером получен приказ о переброске на другой участок фронта. В 4:00 23-го начата погрузка в эшелоны. Затем приказание отменено и получено новое: сосредоточиться на двух аэродромах на погрузку в самолеты. Из-за плохой погоды вылеты задержаны. Из полка по воздуху должно было быть переброшено 1000 человек. К вечеру 860 человек и 6 станковых пулеметов переброшены на аэродромы неподалеку от Тихвина. 8 самолетов переадресованы на другой аэродром. Переброшенный личный состав получил приказ совершить марш и сосредоточиться в районе Чудовских бараков.

25.10 получено распоряжение о выброске 2-го батальона полка для занятия обороны по реке Хвошня.

Полк имел 1040 человек, 10 станковых пулеметов и 16 ротных минометов. 82-мм минометы оставлены в ППД. Впрочем, на складах армии к ним не было мин.

Из транспорта – только 3 автомашины. Пулеметная рота распределена по батальонам (это означает, что передвигать станковые пулеметы можно только усилиями пехоты).

Следующая страница зачеркнута, и правильность тамошних записей неизвестна.

В незачеркнутых строках снизу сказано, что противник своим огнем не дал продвигаться вперед. То есть имелся боевой приказ о наступлении.

27-го описано продвижение подразделений полка в район Ситомли и снова про отсутствии мин к 82-мм минометам.

Затем описано, что 28.10. противник прорвал оборону в районе деревни Матвеевская Харчевня. Проведена контратака 3-й стрелковой ротой, которая эффекта не добилась, но потеряла больше 50 процентов убитыми и ранеными. Попытка командования полка организовать оборону Матвеевской Харчевни не удалась. Полк не имел никаких средств борьбы с танками, артиллерия отсутствовала, а танки противника безнаказанно расстреливали в упор подразделения полка.

Между Матвеевской Харчевней и Ситомлей полк несколько раз ходил в контратаку, но танки противника расстреливали полк в упор и в 14:00 ворвались в Ситомлю, «Подразделения полка оказались в тылу противника и вынуждены были через лес отходить к своим», противник вышел на рубеж реки Хвошня, но там был остановлен пулеметной ротой.

Последующими контратаками, организованными полком совместно с разными подразделениями, отходящими по шоссе, противник отогнан к деревне Ситомля.

29.10. Противник после артиллерийской и авиационной подготовки перешел в наступление, стремясь сбить наши войска с дороги. Им был занят мост и северный берег реки Хвошня, потом он был остановлен. 1-й батальон и командование полка вновь оказались в тылу противника и снова выходили лесами на соединение со своими.

В бою отличились ответственный секретарь бюро ВЛКСМ младший политрук Небоженко, начальник штаба старший. лейтенант Титов и красноармеец Кудрявцев.

30.10. Полк приводит себя в порядок, обороняясь северо-восточнее реки Хвошня по левую сторону шоссе. Противник ведет артиллерийско-минометный и пулеметный огонь. Попытки его перейти в наступление успехом не увенчались, так как подошли наши».

Дальнейшие записи относятся уже к периоду ноября.

В начале месяца, 3.10, до прохождения Ленинграда обстановка описывается как попытка полка небольшими силами продвинуться через шоссе близ Туюзи, в прочие дни отмечался лишь обстрел противником и оборонительные работы.

С точки зрения обстоятельств пропажи без вести начальника ОО дивизии, это наиболее вероятно в период 28 и 29-го, когда подразделения полка попадали в окружение и выходили лесами к своим. Еще возможна пропажа самолета в период переброски дивизии по воздуху.

Разумеется. Хатько мог оказаться на участке другого полка и там пропасть без вести при иных обстоятельствах. Хотя на участке другого полка тоже могло повториться описанное.

Так закончилась его жизнь.

Часть седьмая. «Вновь открывшиеся обстоятельства», которых не было

Наступил 1967 год, и о Свиридове вспомнили. По какой причине – сложно сказать.

Дело в том, что исследователям выдаются слегка обработанные дела. Сначала автор удивлялся тому, что в делах нет документов, на основании которых у следствия появилась информация, что имярек – польский шпион или кто еще. Причем у довольно солидного процента дел. В деле Солимчука прямо упомянут документ Разведупра РККА, даны его реквизиты, на основании которого товарищ Гравель и занялся этим студентом-разведчиком, но самого документа нет. Потом автору пояснили, что некогда исследователям предоставляли полное дело, а потом уже слегка «отформатированное». Поэтому сейчас и непонятно, что и отчего подвигло НКВД на тесное знакомство с будущими подследственными.

Вот и сейчас непонятно, но итог ясен.

16 марта 1967 года г. Киев

Помощник военного прокурора Киевского военного округа подполковник юстиции Кураков, рассмотрев архивное следственное дело № 10990 по обвинению Свиридова Николая Семеновича в связи с запросом ГУК МО СССР.

УСТАНОВИЛ:

1 ноября 1937 года Военным Трибуналом Харьковского Военного округа осужден (далее следуют данные Свиридова и о решении ВТ, о том, что Военная коллегия ВС СССР ходатайство Свиридова отклонила).

Суд нашел установленным, что Свиридов в 1918–1920 годах, будучи в казацком повстанческом контрреволюционном отряде под командованием полковника Попова, принимал активное участие в боях против Красной Армии. Будучи активным белогвардейцем, Свиридов принимал активное участие в массовых расстрелах красноармейцев и красногвардейцев из отряда товарищей Кривошлыкова и Подтелкова, терроризировал мирное население.

Участие Свиридова в карательной деятельности основывается на показаниях свидетелей (они перечислены), но они в судебное заседание не вызывались.

Осужденный Свиридов виновным себя в причастности к расстрелу красногвардейцев, а также в избиении мирных жителей не признал и пояснил, что все свидетели оговаривают его (ссылка на лист дела).

При таких обстоятельствах не представляется возможным сделать вывод об обоснованности осуждения Свиридова, а также руководствуясь ст. 399 УПК УССР.