Свободная как ветер - Грейс Редли

Джейн почувствовала, что сердце ее вот-вот остановится.

Я… понимаю, — пролепетала она.

В его лице теперь не было и тени насмешки.

Не уверен, — сказал он. — Ты думаешь, что все встанет на свои места, достаточно лишь произнести несколько слов правды. Увы, ты все еще слабо представляешь, что именно поставлено на карту. Самой лучшей помощью для меня будет, если ты уедешь. Тогда хоть из-за тебя меня не будет мучить совесть…

На глаза Джейн навернулись слезы, но она сделала над собой усилие и гордо подняла голову. Нет, он не узнает, что снова причинил ей почти невыносимую боль.

Ты просто вежливо даешь мне понять, что я путаюсь у тебя под ногами. Я ведь не забыла, ты как-то сказал, что в твоем доме женщинам места нет. Слишком велик риск того, что они из милашек превратятся в мегер.

Он слегка улыбнулся.

Я польщен, что ты запомнила глупость, которую я когда-то сказал. Но я ведь сказал еще, что женщины имеют привычку сожалеть о том, чего уже нельзя изменить. Хотя бы от этого я обязан тебя избавить. Тем более что я совсем не уверен в успехе.

Джейн почувствовала, что слезы подступили совсем близко.

Ты все еще полон решимости защитить меня от самой себя. А что, если я готова пойти на риск?

Нет-нет, — повторил он нежно. — Ты решила выйти замуж за графа Макгрегора, потому что по- няла, что не готова пожертвовать всем и связать свою жизнь с моей. Я знаю, что женщинам живется тяжелее, чем мужчинам, и не виню тебя.

Но я приняла его предложение только потому, что ты дал мне понять, что в твоей жизни нет для меня места! — воскликнула она, чувствуя, что у нее уже совсем не осталось гордости.

Неужели?

Она встретилась с ним взглядом, и ей стало стыдно. Ведь он был прав. Она и впрямь не была готова рискнуть всем, считая, что женщина может потерять гораздо больше, чем мужчина. Она и сейчас не могла решиться на это, как бы ни любила его. Смогла бы она жить в бедности, постоянно подвергаться опасности, стать изгоем — и не жаловаться? Именно это ждало бы ее, если бы Маккарти проиграл. Выходит, что они снова зашли в тупик.

Он прочитал ответ в ее молчании и грустно улыбнулся.

— Ну вот видишь, моя прелесть. Все против нас. А теперь возвращайся, пока Макгрегор не хва- тился тебя.

Глава 22

Джейн с трудом могла вспомнить, как добиралась до Макгрегор-холла. Щемящая пустота воца- рилась в ее душе. Она больше ни в чем не была уверена, особенно в себе.

Она сама заварила кашу, и теперь ей придется ее расхлебывать. Тобиас прав. Она с самого начала себя обманывала. Она приехала в Шотландию в по- исках приключений, но теперь видеЛа, что не соби- ралась рисковать ни своей безопасностью, ни ком- фортом. Именно поэтому она и выбрала графа Макгрегора. Он посулил ей привычную надежность.

Ничего удивительного, что человеку, подобному Тобиасу, она казалась просто лицемеркой: сам-то он лишился всего, к чему привык с детства, даже собственного имени, ему пришлось полагаться только на самого себя. Ей же было приятно пощеко- тать нервы, но он сразу понял, что она не собирает- ся идти дальше. Обнаружив, кто он на самом деле, Джейн тут же побежала к графу и приняла его предложение. Тогда она считала, что ею движет лишь досада и злость на Тобиаса из-за его обмана, но теперь она уже не была уверена в этом. Может быть, она хотела таким образом обезопасить себя от соблазна? Выйдя замуж, она навсегда останется в своем спокойном маленьком мирке и ей больше ни о чем не придется беспокоиться. Тобиас наверняка понял и это.

Ну что ж, теперь ей ясно, что она не нужна Маккарти. А если ему удастся вернуть титул, то получится, что по иронии судьбы, сама того не желая, в своем стремлении к покою и надежности она потеряла как раз то, что хотела найти.

Конечно, это не имело особого значения. У Эдварда Макгрегора были какие-то владения и в Англии, где они могли бы достаточно комфортно устроить свою жизнь. Конечно, эта перспектива нисколько не привлекала ее, но, с другой стороны, выйти замуж все равно придется. И будет гораздо лучше, если ей не придется жить там, где она будет постоянно сталкиваться с Тобиасом. К тому же нельзя отрицать, что из Эдварда Макгрегора получится гораздо лучший муж, чем из его кузена. У графа было все, чего могла желать женщина: довольно мягкий характер, надежность, здравый смысл. Видимо, именно поэтому она его и выбрала. Еще одна злая шутка судьбы: ей некого винить, кроме себя.

Что касается Тобиаса, он явно стал бы ужасным мужем. Слишком он ценит свою независимость и свободу. Джейн сомневалась, что ему будет достаточно управлять своим поместьем, а свободное время проводить в кругу семьи. Даже если титул вернется к нему, он все равно скоро заскучает и от- правится в Ирландию, или во Францию, или в Аме- рику, или даже в Индию. Он слишком долго жил вне закона, чтобы стать образцовым семьянином.

Да, надо быть до конца честной: она никогда не сможет быть спокойной за него, никогда не будет знать, в безопасности он или арестован, а может, лежит мертвый в какой-нибудь канаве. Этого не вынесла бы ни одна женщина. Он был прав, когда сказал, что ей нет места в его жизни.

И все же… И все же… Она с болью призналась себе, что уже не та, какой была до приезда в Шотландию. Благодаря Тобиасу она узнала вкус свободы, вкус страсти и уже не была уверена, что сможет существовать без всего этого. Наконец-то она поняла, хотя бы отчасти, почему он сам выбрал для себя такую жизнь. Зачем ему комфорт и покой, когда он может плавать по ночному морю и чувствовать на своем лице дождь и ветер? Только трусы вроде нее сознательно выбирают то, к чему давно привыкли, как бы скучно и душно им ни было.

Но об этом лучше не думать, лучше не спрашивать себя, что победило — рассудок или сердце. Они с Тобиасом без конца воевали бы— слишком уж они оба упрямы и вспыльчивы. С Макгрегором же ей будет спокойно, надежно и… скучно…

Джейн запретила себе думать о том, какой могла бы быть семейная жизнь с Тобиасом и о будущем, в котором ему нет места. Она сама виновата в том, что он отверг ее, но от этого ее боль не утихла. Ее ожидали недели, месяцы и даже годы глухой тоски. Впрочем, нет, ерунда. Время лечит. Жизнь продолжается, несмотря на боль и отчаяние. Когда-нибудь — через пять, десять лет — она вспомнит сегодняшний день и будет рада, что оказалась такой разумной и не испортила себе жизнь из-за какого-то каприза…

Джейн надеялась, что у нее будет хоть немного времени, чтобы побыть одной, в одиночестве зализать душевные раны, но ее надежды были тщетны. Она не проехала и двух третей пути, как наткнулась на графа Макгрегора, который ожидал ее на лужай- ке, сидя верхом на лошади.