Спорим? - Юлия И. Леманн

— Потому что влюбилась, — не отважилась признаться в любви, пока сама в себе не разобралась. Но ведь влюбленность, это тоже безумно сильное чувство. — Я никогда не играла с твоими чувствами Артем, — искренне выдохнула, проводя рукой по его скуле.

— И больше никаких пряток?

Прикусив губу, покачала головой.

— Ника, ты уверена? Ты понимаешь, что сейчас говоришь. Какие будут последствия, понимаешь?

— Да.

— Я знал, что не ошибаюсь в тебе, — с диким облегчением выдохнул Тема, снова приближаясь к губам, — Люблю тебя, — прошептал он, не сводя с меня глаз, и едва-едва касаясь губ, заставляя саму тянуться за большим. А затем и вовсе подхватил под ягодицы, подняв над полом и прижав к себе, — и если ты еще раз посмеешь заикнуться о свободе или убежать, найду и придушу.

Радостно улыбаясь, обвила его талию ногами. Руки жили собственной жизнью, скользя по его телу, восполняя ту нехватку тактильных ощущений, что я испытала за эту неделю, убивая тоску по нему.

— Если еще раз скажешь, что устал от меня, или ни дай бог, велишь уйти, я сама убью тебя, понял?

Он улыбнулся, а я лишь головой покачала. А ведь я серьезно. Не только у мужчин есть инстинкт собственника. У меня он тоже есть, причем гипертрофированный. И я безумно ревнива к тем, кого считаю своими. К тем, кто сам моим стать согласился. Поэтому поссорься мы сейчас, после его признания, и вели он уйти, я бы уже не убегала. Я бы снесла башню обидчику, показала, что лучше меня никогда не будет, заставила бы забрать свои слова обратно, но не ушла.

Не знаю, что из всех моих мыслей умудрился прочесть в моих глазах Артем, но глаза его загорелись, рука потянулась к панели, и тут же загорелась цифра 15, лифт тронулся, возвращая нас домой, а он снова поцеловал. Не грубо и не нежно, как-то жадно, напористо…словно занимался сексом с моим ртом, вырывая тихие стоны.

Сжала ноги сильнее, убеждаясь, что вся эта ситуация, ссора, признания, завели не только меня. Ногтями до боли впилась в его плечи, ненавидя футболку, мешающую добраться до тела. Сама себя убеждала, что нужно потерпеть, совсем скоро я окажусь дома, и смогу сделать с ним все, что захочу, и почти убедила, вот только оказалось, что и Артема наполняют те же неконтролируемые желания, потому что, рыкнув, он прикусил меня за губу, и нажал на «стоп».

Платье поползло вверх, а он не сводил взгляда со своих рук, оголяющих мои бедра, поглаживающих их, посылая мурашки удовольствия по телу. Пришлось снова прикусить губу, чтоб своими стонами не привлечь ненужное внимание. Глаза закрыла, не в силах контролировать первобытные инстинкты, которые вызывал один его вид. И тут же распахнула, стоило ему поставить меня на пол. Перевела на него удивленный взгляд, и ахнула, когда он опустился на колени, и принялся целовать мой живот, спускаясь к линии бикини но, не касаясь меня там, намеренно возбуждая еще больше. Руки самовольно зарылись в его волосы, сжимая их, притягивая ближе к себе, перебирая. Боясь, что не устою, спиной и затылком привалилась к стене, в очередной раз, закрыв глаза от нахлынувшего удовольствия.

Его поцелуи, оставляющие следы на моем теле, перемешивались с легкими укусами, и поднимались выше. И сам он поднимался, перебираясь от живота к груди в кружевном лифчике.

Потянулась, чтоб снять его и получила по рукам с приказом не мешать ему.

Никогда не думала, что поцелуи сквозь кружевную ткань могут быть настолько чувственны, доставлять такое наслаждение, сводить с ума.

Случайно повернула голову, и замерла, заворожено следя за нашим отражением в зеркальной стене. Вид Артема, намеренно подводящего меня к пику, заставил сердце застучать еще быстрее, лишая остатков контроля.

— Тем, пожалуйста, — простонала я, стараясь заставить его подняться.

Тело горело, хотелось немедленно почувствовать его в себе, однако он и не думал смиловаться.

Стоило мне это понять, и просительные нотки исчезли из моего сознания. Оттолкнув, не ожидающего этого, парня, вследствие чего он приземлился на пол, удивленно глядя на меня, с горящим взглядом села к нему на колени, своими действиями показывая, что не буду ждать. На его губах тут же расплылась дьявольская усмешка, а руки до боли стиснули мою талию.

В считанные секунды меня снова подняли, прислоняя к холодной стене с одной стороны и вжимая в горячее тело с другой.

— Нетерпеливая, — прикусывая мне губу, мурлыкнул Тема, повторяя те слова, что говорил в наш первый раз.

— Тормоз, — хмыкнула я, вспоминая, что и тогда добилась своего, заставив перестать сводить меня с ума своими ласками.

Он не стал снимать с меня одежды. Разорвав на мне трусики и задрав платье, потянулся к своей ширинке, а затем, глядя прямо в глаза, вошел и тут же заткнул сорвавшийся стон, поцелуем.

Как мы оказались в квартире, я так и не поняла, пребывая в мире наслаждения. Все тело горело, не желая успокаиваться так скоро. Даже тот факт, что мы оба кончили, не помогал. Хотелось еще и, судя по тому, что меня уложили на постель, Артем тоже не собирался останавливаться на достигнутом.

Поцеловав меня в губы, он резко отстранился, попросив оставаться на месте.

— Что ты делаешь? — настороженно выдохнула я, когда запястий коснулась холодная сталь наручников, приковывающая руки к изголовью кровати.

— Теперь ты мне не помешаешь, — обжигая меня предвкушающим взглядом, протянул Артем, и до безумия медленно принялся покрывать тело поцелуями.

Эта была самая настоящая пытка, смешанная с диким наслаждением. Он больше часа подводил меня к пику и резко отстранялся, дожидаясь пока я слегка остыну, а затем начинал все по-новому. Моя нетерпеливая натура рвала и метала, каждый раз заставляя дергать руками в попытке освободиться, а страсть, которую Артем разжег во мне наоборот, поглощала, заставляя подчиниться его желанию.

И когда, наконец, освободив мои руки, он вошел в меня, я не продержалась и пяти минут, с восторгом получая разрядку.

— Еще раз доведешь, и это повториться, только будет длиться дольше, запомнила?

— Ты устанешь, каждый день проводить подобные марафоны, — блаженно выдохнула я, устраиваясь у него на груди и млея от сильных объятий.

— Я предупредил, куколка, — хмыкнул мне Тема в макушку и, сжав еще сильнее, провалился в глубокий сон.

Нет, я точно больная, и зависима. Потому что, подавив усталость, полчаса любовалась его умиротворенным лицом, а затем все же уснула, уткнувшись носом в его шею.

Глава 16

Все тело приятно гудело. Вставать