Бешенец - Стая Диких Чебурашек

Думаю, что ничего удивительного не было, что мы попытались задержать его, чтобы он и впрямь не успел сдать нас своему отцу... Накостыляли мы тогда друг другу знатно. Причем с Орми мы по большей части мешали один другому, чем помогали.

Ободранные, уставшие, но довольные до невозможности, мы так и повалились кучей под лактейном. Дин, так звали мальчишку, к тому времени уже и забыл про отца, а мы про великих и ужасных магов, которыми хотели стать. Намного интересней ведь было поболтать с этим забавным пацаненком. От него мы многому научились...

Оказывается, если заклинание бумеранга прикрепить к рогатке, а сам снаряд измазать в грязи, а затем, прицелившись, запустить этим в наставников, то они моментально становятся не такими уж и чопорными... Во всяком случае, орут так, что заслушаться можно. А сколько новых слов мы узнали... Даже порка после этого не так страшна, особенно если вспоминаешь, как они выглядели после нашего рейда...

А как замечательно провели день, когда Дин приволок откуда-то целый мешок какой-то клейкой субстанции... Мы сразу же нашли ему применение. Обмазали ночью все двери и косяки в покои наставников, замуровав их в комнатах... Они сутки выбраться не могли. Двери так и не удалось ни открыть, ни выломать... Слуги даже вызывали мастеров, способных разобрать кладку, ведь стены были пропитаны магией упрочнения, а она рикошетила все заклинания.

Наша новая дружба продлилась недолго... Кажется, уже через седмицу наставники сообразили, что все эти новые идеи по третированию их, явно неспроста у нас появились.

Когда в очередной раз со всеми возможными предосторожностями выбирались в сад к Дину, даже не подозревали, что нас там ожидает...

Под нашим лактейном мы и нашли его... Распростертое на земле изломанное тело, широко распахнутые глаза и невидящий взгляд, устремленный в небо... Вот таким он мне и запомнился навсегда.

Я сначала и не понял кто это. Только надрывный крик Орми вывел меня из того ступора, в котором я неизвестно сколько времени простоял.

Разум долго не хотел совмещать того встопорщенного паренька с заразительным смехом, с этим, лежащим на траве телом, похожим на большую неживую куклу, которую выбросили за ненадобностью.

Наверное, это было первым моим настоящим потрясением в жизни. До этого момента как-то не задумывался о том, что кто-то из тех, кто мне дорог, может вот так вот в один момент исчезнуть из моей жизни.

А вот в воспоминаниях он остался навсегда, я ведь еще несколько лет по ночам просыпался от слез...

А еще помню, как наставники прятали глаза, когда мы умоляли их найти тех сволочей, которые убили нашего друга.

Вот таким способом нам и дали тогда впервые понять, что мы не имеем права на дружбу ни с кем, кроме друг друга. Не взирали ни на сословия, ни на род, ни на расу. И ведь нам в открытую никто и не запрещал общаться... Только трупы потом...

Если после Дина еще теплилась надежда, что это была какая-то ужасная ошибка, и может еще всё наладиться, а мы не так всё поняли, то уже после второго трупа... Мы чуть ли не колючки стали выпускать, стоило кому-то к нам подойти.

Мальчишку-конюха мы нашли прямо под копытами нашего любимца ящера. Всё указывало на то, что парнишка сам по неосторожности погиб под мощными лапами зверя. Но мы-то знали добрый норов ящера, не мог он такого сотворить... А ведь у этого парнишки мы даже имени не успели узнать...

Когда мы немного подросли, возникли новые трудности - приемы.

Ведь там почти каждый желал с нами пообщаться. Отцы специально науськивали своих сыновей, чтобы те поближе сошлись с принцами... А где это осуществить, если не на таком вот приеме, ведь в остальное время мы и вовсе дичились чужих.

Наверное, тогда-то мы и научились одевать маски. Орми лучше удавалось их поддерживать, а вот мне было поначалу трудно.

Ничего удивительного, что с демоном мы стали не разлей вода, словно братья.

Хотя родные братья у нас и были, но там были сложности в другом. Их с рождения воспитывали так, чтобы они боготворили своих старших, то бишь нас с Орми. Мы даже какое-то время подозревали ментальное вмешательство в их разум. Нет, я, конечно, понимаю, что в будущем никому не нужны междоусобицы между братьями за власть, но не до такой же степени.

С братьями Орми я почти не общался, но могу сказать за своих - это невыносимо, когда тебе постоянно заглядывают в рот, а любое твое высказывание, даже самое идиотское, воспринимают как истину в последней инстанции. Меня хватало максимум на пару часов в их обществе, а потом возникало просто неимоверное желание схватить их в охапку и трусить до тех пор, пока не вывалится из них вся эта муштровка, и они не станут думать своими мозгами. Хотелось понять - о чем они думают, о чем мечтают... Ведь на любой вопрос, они заученно отвечали - любят то же, что и я... Правда с уточнениями возникали заминки, я ведь и сам толком не всегда знал, что именно люблю... А потом и на это плюнул, бросив попытки достучаться до них.

В общем, из-за этого вынужденной изоляции мы с Орми попеременно то ненавидели друг друга, то воспринимали один другого как что-то неотъемлемое, без которого попросту теряешь часть себя. Наверное, этого и добивались наши отцы.

Вот только даже в этой изоляции мы не воспринимали один другого иначе, чем братьями. Никаких других порывов по отношению друг к другу у нас уж точно не возникало.

Особенно это ощущалось на фоне моей первой влюбленности.

Как ни странно, но любовные отношения с другими нам не запрещалось заводить. Это мы не сразу поняли. Но когда дорвались...

Вот только стоило грани влюбленности начинать переходить во что-то большее, тогда уже...

Но в отличие от Орми, который частенько влюблялся, и всегда "раз и на всю жизнь", как он сам говорил, мне хватило первого раза, чтобы понять, что и это мне не светит. Уже после первого ошеломления от полученных впечатлений, я стал подозревать какую-то ненатуральность в поведении моего "любимого". Не помню, что именно меня на это сподвигло, но я все-таки повесил на него жучок для подслушивания, который и дал понять, что подозрения были не напрасными.

А ведь сколько мучился совестью, что недоверие может поломать наши хрупкие отношения... Я же так хотел верить, что всё наладилось, и теперь у меня есть родное и любимое существо, которому могу доверять во всём, которое даже ближе, чем Орми.

Всё оказалось банальным до слез. Отцы специально подыскали нам наставников, которые должны были сделать всё возможное, чтобы принцы поднаторели и в любовных утехах. И любовь эта была, как выяснилось, только с моей стороны. С его же - простая рутинная работа по постельным премудростям для принца.