Искусство войны - Ирина Оловянная

– Отлично! – обрадованно воскликнул я. – Пусть Алекс там посидит тихонько, а как «драконы» отступят, сразу же доложит.

– Есть, – откликнулся Гвидо.

В 9:47 мы были метрах в трехстах к северу от лагеря Скандиано.

– Ари, выстави заслон с севера и держи с ними связь.

– Есть.

Ну, вперед. Медленно и осторожно мы приблизились к краю поляны, на которой раскинул свои палатки мой главный на этой неделе недруг.

– Энрик! – услышал я в наушнике голос Лео. – Там часовой. Большой камень у ручья.

– Э-э-э, вижу. Берн, зайди с запада.

– Тут караульный, – сообщил Берн, – но он зевает, ему скучно.

– Сейчас мы его развеселим, – пошутил я. – Лео, иди за Берном и полезайте наверх. Ари, возьми на прицел этого, за камнем. Роберто, ручей.

Я быстро забрался на нижнюю ветку толстого дуба. Через десять минут Лео доложил:

– Я на дереве, лагерь как на ладони.

– Лео, мне нужен пленный, и это должен быть Франческо, если он здесь.

– Ага, понял.

– Пошли, – скомандовал я.

Оба часовых упали на землю почти одновременно. Один из них громко вскрикнул, он, наверное, думает, что так кричат смертельно раненные. Всё равно, спасибо ему, потому что в лагере поднялся маленький переполох и «драконы» выскочили из своих палаток, прямо под меткие выстрелы Лео.

Через тридцать секунд в лагере остался только Франческо (как я угадал), который залег как дурак у всех на виду и пытался понять, где мы попрятались. Я хорошенько прицелился и попал ему в правую руку повыше локтя.

– Не вздумайте в него стрелять! – приказал я. – И возьмите в плен. Быстро! Пока он не сообщил своим. Берн, прочеши лагерь, только заходи в палатки не с той стороны. А то мы уже одного парня так потеряли.

– Понял, – согласился Берн.

– Лео, прикрой Берна. Ари, как там с севера?

– Пока тихо.

– Отзови своих ребят поближе, и полезайте наверх. Смотреть на север.

– Ясно.

– Роберто, давай на ту сторону.

– Угу.

– Энрик! Тут только четверо «убитых», – доложил разочарованный таким маленьким уловом Берн. Его ребята держали Франческо.

– Та-ак. Тащи сюда пленного. И сосчитай разложенные спальники в палатках.

– Энрик! – вновь услышал я голос начальника штаба.

– Два.

– Пятнадцать. «Драконы» начали отступать.

– Прекрасно. Пусть Алекс двигает домой.

Я посмотрел на часы: 10:21, потом бросил взгляд на карту: идти им километра три с половиной. Отстреливаясь. Минут через пятьдесят будут здесь.

Мои бойцы подвели Франческо к дереву, на котором я устроился.

– Если Валентино с тобой свяжется, – обратился я к нему, – скажешь, что в лагере все в порядке. Понял?

Он обреченно кивнул.

– Забирайтесь вместе в палатку, – приказал я одному из парней Берна. – И следи за ним.

– Есть, – тот послушался, но скорчил недовольную мину: не дают в бою поучаствовать.

– Энрик, – Берн докладывал на общем канале. – Ночью их здесь было пятнадцать.

– Ясно. Ребята, слушайте все. На сегодня последнее усилие. Минут через сорок-пятьдесят здесь будут все оставшиеся «драконы». Берн, займи оборону по северной границе лагеря, понизу. Их, наверное, будет человек пять, как подойдут поближе – начинаешь стрелять. И не торопись.

– Понял! – обрадованно согласился комроты.

– Лео, только ты сам, переберись на ту сторону ручья и – на дерево.

– Ясно, сейчас мои устроятся поудобнее, – Лео хмыкнул.

Я залез повыше по стволу своего дуба. Устроившись метрах в пяти над землей, я перевел дух и оглядел мир сверху: ручей от меня заслоняли невысокие кусты, но, если по воде пойдет человек, я его спокойно достану из бластера. Подальше от воды подлеска почти нет, так что тоже подстрелю кого угодно. Правило «не стрелять в голову» само подсказывает прекрасную тактику: обстрел на уровне земли заставляет противника залечь, а тогда он теряет мобильность и становится легкой добычей сидящих на ветвях снайперов.

Посчитаем: восемнадцать «убитых» «драконов» мне еще утром Гвидо обещал. Еще четверых они вполне могли потерять во вчерашнем бою с «дельфинами», которого мы не видели. Сходится. И здесь еще пятеро. И «дельфины» их тоже постреляли. Да, наверное, назад придут человек пять. И упустить их нельзя, теперь у Скандиано одна стратегия: схватить продовольствие и спрятаться в лесу на двое суток. Он не Эрнесто, на это его сообразительности хватит. А если Джорджо будет преследовать противника до его логова, то мы и с ним повоюем. Замечательно.

– Энрик, – связался со мной Лео, – мы все на позициях.

– Отлично. Всё, ребята, ждем.

Минут десять все молчали.

– Ну, скоро они? – не выдержал кто-то напряжения. – Я сейчас просто засну.

– Интересно, – ехидно спросил я, – что капитан Ловере считает «злоупотреблением полномочиями»?

– А что?

– Как бы мне спустить с тебя шкуру и не злоупотребить?

– Понял. Заткнулся.

– То-то. Смотрите в оба.

Через несколько минут Скандиано связался с Франческо, на глазах моего парня тот сказал, что в лагере все в порядке. Похоже, они не договорились о паролях. Или забыли. Валентино приказал Франческо срочно сворачиваться.

Парни Скандиано подошли к своему лагерю в 11:00. Хоть часы по ним проверяй. И было их шестеро. Они бежали по галечному ложу ручья, не оглядываясь и не разговаривая. Такие хмурые лица могут быть у настоящих покойников. Заметить, что в лагере нет никакой суматохи, сопровождающей сборы, они не успели.

Ну, мне это уже надоело: ребята Берна пристрелили одного (мажут они так, что хоть умри), после чего «драконы» лениво залегли на берегах и каждый получил по шарику краской от моих сидящих на ветвях бойцов, главным образом от меня и Лео. Всё. Второй блин намазали. Ничего нового не внесли в военную науку «тактику».

– Не высовываться! – приказал я. – Вдруг «дельфины» заявятся.

– Энрик! – простонал Роберто. – Тогда бы эти оглядывались.

– Знаю. Но, может, им уже настолько все равно, что… Посидите еще пять минут.

Пять минут проползли в тревожном ожидании.

– Всё, можно спускаться.

Я съехал по стволу, «убитые» уже начали подниматься с земли и вылезать из воды, с вызовом поглядывая на моих ребят: только попробуйте поиздеваться!

Да у нас просто сил на это нет! Даже если у кого-то и было желание. Роберто стоял у ручья и смотрел на Валентино, как мясник на быка, – сейчас разделает. Я положил ему руку на плечо: остынь. Морду мы ему набьем потом, а сейчас он просто поверженный противник, и даже сказать ему что-нибудь враждебное или злорадное – недостойно. Роберто просто дрожал от ненависти и никак не хотел успокаиваться.

– Сходи помародерствуй, – приказал я ему. – У нас разведчик без комма остался.

Роберто кивнул и отправился обыскивать палатки. Убедившись, что мы ведем себя прилично, «драконы» начали облегченно вздыхать и даже улыбаться. Хм, похоже, они мало огорчены. Кроме самого Скандиано, конечно. Я поинтересовался у Франческо, надо ли его подстрелить или он и так готов признать себя убитым. Франческо охотно согласился. Этот парень на лишние синяки не набивается.