Огонь ведут "Катюши" - Алексей Нестеренко

Развертывая батарею на прямую наводку, мы не заметили, как два немецких танка, прикрываясь железнодорожной насыпью, подошли к нам на расстояние 300–400 метров. Они открыли пулеметный огонь. Водители наших машин проявили исключительную выдержку. После залпа они развернули установки на 180 градусов и быстро вывели их из-под обстрела. Мы с Лобановым находились на подножке последней машины.

Когда подъехали к переправе у Тацина, дивизион 49-го полка дал залп по юго-восточной окраине Целины, откуда выходили вражеские танки. Огнем 49-го полка дальнейшее продвижение фашистских танков было остановлено.

Однако вскоре противнику удалось захватить станцию Средний Егорлык. Создавалась угроза нашему левому флангу.

По радио связываюсь с Москвиным и приказываю ему отбросить врага. Москвин уже выслал вперед разведку на автомашинах, а дивизион по полевым дорогам двинулся следом за ней. Наступала ночь. Путь «катюшам» освещал факел горящего элеватора. Навстречу попадались беженцы, которые говорили, что немецкие танки близко,часть из них якобы пошла на Белую Глину и Развильное. Получалось, что дивизион идет в мешок. Но Москвин не изменил направления движения. Он надеялся на свою разведку, но был готов, как и комиссар Юровский, к любым неожиданностям. Москвин и Юровский ехали на подножке головной машины, держа в карманах бушлатов ручные гранаты.

Наконец появилась разведка. Она уже выбрала боевые позиции и подготовила данные для стрельбы по скоплению танков врага.

Залп дивизиона был положен удачно. Теперь перед моряками стояла задача оседлать дорогу и не допустить танки противника в станицу Песчанокопская. Дивизион расположился в посадках. Для стрельбы прямой наводкой под передними колесами боевых установок моряки подрыли землю. Разведка обосновалась в километре от боевых позиций, на гребне небольшой возвышенности. Связь с разведчиками поддерживалась по радио и морским семафором.

Вот показались танки, идущие развернутым строем. Дали залп одной установкой. Впереди идущий танк окутался дымом, остановился, остальные повернули назад. Минут через сорок танковая атака возобновилась, но снова была отбита. В третий раз танки появились с фланга, замаскированные кустами. Их заметили гвардейцы и открыли по ним огонь. Уцелевшие вражеские танки ушли обратно в балку.

Так дивизион моряков сорвал несколько попыток гитлеровцев пройти в Песчанокопскую. Однако натиск противника не ослабевал. Разведка снова донесла о приближении танков. Они двигались полным ходом по дороге, стреляя по нашим разведчикам, отходившим на машинах.

Батарея Бериашвили дала залп. Но на этот раз он оказался не совсем удачным. Другие батареи из-за отсутствия снарядов вступить в бой не могли. Совершенно неожиданно на помощь морякам пришел 58-й дивизион капитана Сидорова (8-й гмп), который дал залп по атакующим танкам врага. Загорелось несколько машин. Остальные замедлили ход, изменили направление, но продолжали широким развернутым фронтом двигаться на Песчанокопскую.

Нужны были снаряды. За ними в Развильное выслали взвод боепитания. Возвращаться он должен был черезПесчанокопскую. Но туда уже входили вражеские танки. Как быть? Москвин поставил перед лейтенантом Петровым задачу: на полуторке с максимальной скоростью проскочить Песчанокопскую и предупредить взвод боепитания. Через несколько минут Петров с разведчиками как вихрь промчался через станицу на виду у изумленных гитлеровцев. Десять машин с боеприпасами, подходивших к Песчанокопской, свернули на другую дорогу, в обход станицы, и благополучно прибыли в дивизион.

Моряки находились в напряженных боях уже восьмые сутки, и им решено было дать передышку.

В ночь на 2 августа дивизион прибыл к месту отдыха. С утра приводили в порядок материальную часть и автотранспорт. А чуть позже командир и комиссар дивизиона собрали гвардейцев, чтобы поговорить о прошедших боях, указать на недостатки в действиях батарей, отметить отличившихся.

Были названы имена младших сержантов Н. К. Глинина, И. А. Дранкова, краснофлотца И. И. Исаева, не раз выводивших свои установки на прямую наводку под ожесточенным артиллерийским огнем и бомбежкой противника.

Сержант В. Ф. Россохин, краснофлотцы наводчик П. Д. Шадринов и заряжающий П. Т. Анпилов вывели из-под огня несколько подбитых машин, в том числе и боевую установку. При этом Анпилов подбил из противотанкового ружья немецкий танк. Старший сержант В. В. Гагарин под обстрелом противника исправил повреждение в электропроводке боевой машины и произвел два залпа прямой наводкой. Во всех дивизионах рассказывали о мужестве старшего сержанта Искакова Орумбая Искаковича. Под сильной бомбежкой он перезарядил на выжидательной позиции боевую машину и под артиллерийским обстрелом вывел ее на огневую.

Несмотря на тяжелые бои, настроение у моряков было бодрое, боевое. Они организовали даже концерт художественной самодеятельности. Вальс-чечетку исполнял начальник штаба дивизиона старший лейтенант А. Н. Виноградов, лейтенант Е. М. Бискупский, подражая артисту Хенкину, читал «Ночь на даче», причем, увидев в воздухе «мессера», изменил концовку. Вместо слов «где-то джаз заиграл», он прочитал «мессершмитт» залетал», что вызвало дружный смех. Затем хором спели «Катюшу».

Об этом самодеятельном концерте мне рассказал полковой комиссар Дрожжин, находившийся в то время в дивизионе.

Правый фланг подвижной группы прикрывал 271-й дивизион капитана Л. П. Кашкина (49-й гмп). В бою возле хутора Поливанский, что в семи километрах от Развильного, отважно действовала батарея старшего лейтенанта И. Л. Койфмана. Она заняла огневые позиции южнее хутора. Нещадно палило солнце. Куда ни посмотришь, всюду простиралась безмолвная степь, кое-где пересеченная балками с редким кустарником.

Батарея замаскировалась и замерла. На крышах хуторских домов и стоявших возле них деревьях устроились наблюдатели. Вскоре они заметили, что к станице Николаевская подошли танки и мотопехота противника. Боевые машины были наведены в цель, которая хорошо наблюдалась и находилась в досягаемой зоне. По команде командира батареи установки дали залп по врагу. В раскаленное, белесое небо поднялись столбы черного дыма. А через несколько минут из станицы стали выходить группы танков и спускаться в лощину. Очевидно, фашисты решили скрытно подойти к батарее и атаковать ее. Этот обходный маневр первый заметил гвардии рядовой Левин. Он крикнул: «Танки обходят нас сзади, они выходят из балки!..» Командир батареи приказал фланговую установку развернуть в сторону танков. Для снижения угла прицеливания машина задними колесами наехала на отлогий скат кургана. Этот маневр быстро и четко выполнили лейтенант Алексей Бартеньев и командир боевой машины Смирнов со своим расчетом.