Милость Монтуна (СИ) - Немченко

может, сам Монтун и вырыл этот тоннель, раз он вел к его логову. В любом случае, об удобстве людей, которым вздумается здесь пробраться, существо не задумывалось.

Кенрону пришлось прыгать с камня на камень, чтобы пробраться вдоль грузовоза кабине. Он быстро понял, что даже, если не получит травм, передвигаясь таким образом, выдохнулся бы уже через час пути. Для пешего путника это место было почти непроходимым. Он перебрался через огромный валун с заостренной верхушкой, об который и порезаться было недолго, когда услышал позади жалобный стон.

— Помогите мне, кто-нибудь! Господин Кенрон, где вы?

Голос, кажется, принадлежал Лиаре. И что удивительнее всего, судя по звуку, у нее хватило ума выбраться из кузова. Пожалуй, кобольдам было еще труднее перебираться по раскиданным как попало булыжникам хотя, в этом Кенрон не был до конца уверен. В любом случае, камни доставят немало проблем любому, кто не умел парить над землей. Тем более было не понято, почему Лиаре вздумалось выбраться из безопасного по ее мнению убежища.

— Я застряла, помогите!

Поначалу он решил не обращать на жалобные крики внимания. Было то, ради чего Кенрон мог рискнуть жизнью — здоровье близких или собственная мечта стать первым дайгонцем, повидавшим другие страны, а вот из-за чужой глупости рисковать жизнью ему не хотелось. Он не желал умирать или получать тяжелые травмы из-за того, что кому-то в голову пришла какая-то нелепая идея, он не собирался.

Случайно Лиара могла привлечь птиц, хотя, в этом был плюс, хотя бы можно было понять, куда запропастилась хищная стая. Мысль была приятной и Кенрон не без удовольствия представлял, как Лиару окружат птицы и меняющееся выражение ее кобольдской физиономии, когда она наконец, поймет, какую глупость затеяла.

Глава 20

Кенрон закатил глаза. Сейчас он жалел лишь о том, что некому было пожаловаться о том, какие никудышные попутчики ему достались. Лиара все еще призывала помочь ей, рискуя привлечь ненужное внимание. Тяжело выдохнув, Кенрон принялся перелезть через пыльные острые камни к обратно к задней части грузовоза.

Лиара и вправду выбралась наружу, и ее нога тут же застряла в щели между двух крупных камней.

«Если тебе тут нравится больше, чем в кузове, может, останешься здесь на пару деньков?»

Размышляя подобным образом, Кенрон протянул Лиаре руку, та тут же ухватилась за нее, он уперся ногами в камень и стал тянуть ее за руки вверх все сильнее и сильнее. Пот выступил на лбу от натуги, а толку все не было. Кенрон решил, что, если приложит еще силы, то ненароком вывихнет ей руки.

— Как тебя угораздило так сильно застрять?

— Камень сдвинулся, когда я попыталась выбраться и зажал ногу еще сильнее.

Кенрон уперся спиной в один камень, а ногами в другой.

— Знаешь, что? Будь на небе хоть одна птица, я бы оставил тебя здесь, если бы тебе повезло чуть меньше.

— А, если бы повезло чуть больше, я бы и вовсе тут не застряла.

Ногами он стал толкать камень и тот в самом деле мало-помалу стал двигаться, хотя, по виду тянул весом килограмм на пятьсот.

Лиара выбралась из западни.

— Благодарю. Я уж думала, ты меня здесь оставишь.

— И в мыслях не было, — буркнул Кенрон. — Теперь дуй обратно в кузов.

— Если ты к мастеру Венни, я тоже. Хочу знать, что он скажет обо всем этом.

На спасательную операцию и так ушла уйма времени, стоять и припираться Кенрону не хотелось.

— Если снова застрянешь между камнями, будешь там ночевать.

Он снова принялся перелазить по камням знакомым уже маршрутом. Несколько камней лежали так удачно, что по ним можно было пройти, примерно в середине стены борта грузовоза виднелись три отверстия, которые проделала птица. Под ними была тонкая щель, которую Кенрон проделал мечом, а еще ниже две группы из нескольких небольших отверстий. Раньше Кенрон думал, что птица уцепилась за крупный топор, который был закреплен снаружи кузова, но нет, хоть оружие и все еще покоилось на положенном ему месте, птица не стала использовать рукоять, как опору для атаки.

— Похоже, у этих птиц и когти стальные, — сказал Кенрон. — Тварюга вцепилась в борт, чтобы наделать дыр клювом.

— Ну и что? — удивилась Лиара. — Клюв ведь гораздо опаснее когтей.

— Дело не в этом. Кажется, их способность работает не так, как я думал. Что еще они могут превратить в сталь, кроме клюва и когтей?

— Это так важно?

— Когда мы говорим о том, что может нам навредить, все важно, каждая мелочь.

— Каждая мелочь? — переспросила Лиара. — Может, тогда попросишь отца помочь нам? Он же лучший охотник в стране, а сидит в кабине без дела.

— Сама проси, если хочешь, — отмахнулся Кенрон. — Но вряд ли он тебя послушает.

— Каждая мелочь ему важна! — фыркнула Лиара.

Вскоре они подобрались к кабине. За узкими стеклами виднелись очертания кобольдской головы. Кенрон боялся, что Венни мог потерять сознание от удара. Здоровье этого кобольда его совершенно не волновало, а вот то, что грузовоз мог остаться без опытного рулевого не на шутку беспокоило. Кенрон и сам был бы не прочь попробовать вести грузовоз, но сейчас было не лучшее время и место для обучения управлению этой иноземной диковиной.

Дверь кабины выглядела не просто прочной, а непробиваемой, толстые листы стали были скреплены множеством крупных заклепок, внутри запросто можно было хранить хоть все богатства одного из кобольдских денежных домов. Кенрон постучал в дверь кабины рукоятью меча в ножнах, силуэт головы дернулся и принялся озираться по сторонам.

— Открывай, Венни! — крикнул Кенрон.

— Мастер Венни, пожалуйста, объясните нам, что делать, — обратилась ко стальной двери Лиара.

Ни один из призывов не сработал. Кенрон постучал снова, а затем, понимая, что времени потеряно слишком много, со всей силы пнул дверь ногой. С этим кобольдом он церемониться не собирался.

— Если сейчас же не откроешь, я потом выбью из тебя весь дух! — пообещал он.

И эта угроза видимого эффекта не возымела. Венни как будто притворялся, что не слышит обращенных к нему слов.

— У нас в кузове полно еды и воды, а как с этим дела в кабине? — спросил Кенрон.

— Но мы ведь все вы… — начала Лиара, привычным движением Кенрон зажал ей рот рукой.

— Все равно придется выйти, но потом будет хуже.

В двери что-то щелкнуло несколько раз, а затем она открылась. Венни и вправду был в сознании, в кабине не было видимых повреждений. Дарлид сидел рядом, скрестив руки на груди и наблюдал за происходящим с чуть заметной ухмылкой.