Офисные записки (СИ) - "Кьяза"

* * *

Утро началось поздно, в десять часов. Это была единственная приятная новость. потому что через пять минут я уже выскакивала из дома, с сумкой на плече и зажав телефон в руке.

— Вероника, я просила проверить, чтобы водитель выехал и у него был телефон Липатова и табличка в руках!

— Но водитель говорит, что он был, и табличка была, мне даже ее фотографию скинули.

— Я буду через полчаса! Ищи Липатова! Звони всем остальным!! Да не могли четыре человека испариться посреди вокзала!!!!!

Так быстро я еще не бегала. Влетел в вагон поезда, снеся параллельно пару человек, бормоча извинения, я перевела дух. Радует что прямая ветка. Быстрый взгляд в окно вагона, чтобы судорожно начать приглаживать всклокоченные волосы. Не накрашена, взъерошенная. В кроссовках с разноцветными шнурками, в джинсах и топе на одно плечо под толстовкой на меху. Причем топ не мой, слишком обтягивает грудь. И толстовка брата. вон рукава как висят. И еще ленточка бюстгальтера торчит. Отвернувшись, пытаясь не привлекать внимание, отстегнула ее и спрятала в сумку, подвернула рукава, застегивая молнию до конца, чтобы спрятать позорный топ пошлого розового цвета со стразами. Все, забыли о внешнем виде. Надо решить проблему.

Меня разбудила Вероника, которая сообщила. что Липатов не заселился в гостиницу. На мой резонный вопрос, это почему, мне трагичным голосом сообщили, что он исчез. Дальнейшее я слушала через громкую связь, поспешно одеваясь. Оказывается Веронике позвонили из гостиницы, которым позвонил водитель с вопросом. Что он уже тридцать минут торчит на вокзале, а к нему никто не подошел, хотя поезд пришел двадцать минут назад и даже успел уйти. Телефон Игорь Валерьяновича не отвечал. Что, где? Я терялась в догадках.

Пробежка вверх по одному из самых длинных эскалаторов до колик в боку, а Вероника мне не перезванивала. Сцепив зубы, я сама начала набирать номер Липатова. Абонент не абонент. Да бред! Не может быть! Я лично проверила все документы, все путем. Стоило восстановиться дыханию, как я вновь перешла на бег, упрямо набирая номер откомандированного. Махнув рукой охране на первом этаже, влетела в лифт и снова нажала вызов. Пошли гудки. Когда лифт остановился на этаже, я медленно вышла, боясь разрыва связи. На столпотворение на ресепшн не обратила внимание.

— Ландыш, — бросилась ко мне Вероника, но я отмахнулась, призывая к тишине.

Треск соединения и ответ:

— Алло.

— Игорь Валерьянович? — решила я уточнить.

— Да, я, а вы кто?

— Это Ландыш, добрый день. Игорь Валерьянович, а вы где? — я бросила сумку на диван и сама плюхнулась рядом.

Мне с трудом удавалось сдерживать эмоции и дыхание, чтобы говорить ровно. Тем более собеседник был спокоен. Краем глаза я поняла, что на ресепшн находилась вся большая архитектура, бухгалтерия, секретариат…. Да проще было сказать кого не было — Вишневского. Все остальное бюро толпилось и следило за мной.

— Ой, Ландыш, здравствуй, не узнал — богатой будешь. Странный вопрос — мы в гостинице.

— Мы это кто?

— Ландыш, ты меня пугаешь. Все кто собирался в командировку. Сейчас перекусим и поедем на объект. Знаешь ты права…

— Игорь Валерьянович, а вы в какой гостинице? — вкрадчиво спросила я, переводя недобрый взгляд на Веронику.

— Ну что вы бронировали. Так и называется 'Липецк'….

Он зашуршал бумагами. потом все стихло.

— Игорь Валерьянович. — забеспокоилась я.

— Ландыш, я дурак, Идиот. Причем круглый.

— Ну зачем так самокритично, — попыталась я успокоить несчастного РП, хотя в глубине души была с ним солидарна в его самокритике.

— А я все обижался, почему водитель с нас денег запросил. Решил, что опять все перепутал.

— Ну подумаете, в названии одно слово забыли.

— Да ладно утешать, — буркнул он и спросил — и что теперь?

— Игорь Валерьянович, у меня такое впервые, чтобы командированные сумели заселиться в другую гостиницу, — добила я его, но выбора не было — Вишневский почтил нас своим присутствием.

Я медленно поднялась и направилась к ресепшн. Вероника подскочила уступая место.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ландыш, а может мы тихонечко переселимся? — спросил Липатов.

— В окно вылезать будете? — поиск по гостиницам показал, что ценовая категория одна.

— Ландыш, не молчи.

— Оставайтесь и готовьтесь ко встрече, я сейчас постараюсь решить проблему.

— Ой, спасибо.

Он радостно положил трубку. Я перевела дух.

— И где же наша пропажа? Здравствуй, Ландыш, — Вишневский внимательно следил за мной.

— Он перепутал гостиницы и вместо 'Лагуна Липецк' заселился просто в Липецк. Не знаю как, но он умудрился заселиться без денег. Добрый день.

— Как будешь выкручиваться?

— Извиняться и там и там. Здесь максимально быстро оплатить новое место, там максимально полно вернуть деньги. Трансфер не возместят. Радует, что он все же в Липецке, а не уехал дальше.

— А твои подчиненные не справятся?

Я замешкалась на мгновение, затем ответила:

— Это форс-мажор, поэтому предпочту сама отработать.

— Тогда потом загляни ко мне. Елена Николаевна, вы слышали? Максимально быстро оплатить счет, который предоставит вам Ландыш. На этом, господа, представление окончено.

Он первым подал пример, отправившись на мансарду. Все расходились, поглядывая на меня. Но мне было не до косых взглядов. Мой телефон разрывался от трелей. Звонил брат:

— Мелкая, ты где?

— На работе.

— Что?! На хрен. Ты увольняешься.

— Вить, помолчи. я сейчас одну задачу решу и уйду.

— Ага, сказка про белого бычка.

— Не вопи, а лучше встреть. И захвати мне приличную одежду.

— А ты не в приличной? — расхохотался он.

— Я в твоей толстовке и чьем-то топе.

— Оба на. Понял. Скоро буду.

В обеих гостиницах к произошедшему отнеслись с изрядной долей юмора и вошли в положение. Через полчаса счет оплатили и отправили платежное поручение новому отелю, а во второй отослали заявление об излишне уплаченных средствах. Трансфер и суточную стоимость они оставили себе, что я уже считаю удачей. Отзвонив Липатову, что они теперь живут на законных основаниях, я отправилась к Вишневскому на ковер.

Меня поджидали. И злились.

— Я кажется просил не выходить одной.

— Мне надо было решить проблему. О Беляеве я в последнюю очередь думала. Ну не совсем же он шизофреник, охотиться за мной.

— Нашелся бы Липатов, это повезло, что он хоть в нужном городе вышел. Так что ошибка с гостиницей — такая мелочь. Где твой брат? Я ему ведь говорил.

— Он спал. Сейчас едет. Витольд Лоллиевич, у меня отгул. Можно я пойду?

— Виктор приедет — пойдешь. Раз ты на работе…

— Неправда, я дома, я вообще вам снюсь! — зная умение шефа моментально загружать работой, я поспешно подскочила и даже сложила руки на груди в умоляющем жесте.

— Приятный сон. А что мне еще приснилось?

— Не знаю, это же ваш сон, — насторожилась я.

— Хорошо, тогда я расскажу. Поскольку ты мне снишься и даже во сне умудрилась нарушить мое распоряжение об отгуле, то я волевым решением приглашаю тебя в субботу на прогулку.

— Отказ не принимается? — осторожно спросила.

— Нет, Ландыш, не принимается. Никаких отказов, Макдональдсов, фаст-фуда и кондитерских.

— И где гуляем?

— По Бульварному кольцу. Как видишь, все пристойно. Так куда мне за тобой заехать?

Я немного подумала, и сделала последнюю попытку:

— А может не надо?

— Увы, Ландыш — надо. Поняв, что ему закрыли все приличные места, Беляев пустил слух, что его уволили из-за молодой любовницы Вишневского, барышни оригинальной внешности.

Только то, что меня подхватили под руку, избавило от позорного падения на пол. Нашарив рукой стул, я села, переводя дыхания.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Все так плохо? — участливо спросил Вишневский, отпуская меня.

— Не то чтобы плохо. Скорее неожиданно.

— Хорошо, я не настаиваю, — он вернулся на своем место, устраиваясь в кресле, — значит возвращаемся к первоначальному плану. Без сопровождения одна никуда. Поскольку Виктор не справился с задачей, то привозить и отвозить тебя будет Владимир.