Охота на невесту - Ева Никольская

– Что же она такого сделала? – спросила я, добавляя еще немного коньяка в остывший кофе. Не для того, чтобы запьянеть, просто… хотелось чуть-чуть расслабиться. Немного больше, чем уже успела.

– Ну как же! – Али растерянно моргнула длиннющими ресницами и выразительно посмотрела мне в глаза. – К гадалке отвела! К Ариадне. Разве ты не слышала о том, что эта удивительная женщина способна определить истинную половинку и открыть чувства своим колдовством? – Я пожала плечами, пытаясь вспомнить слухи про ведьму с таким даром, но вместо этого в памяти всплыл параграф из учебника, где подробно описывался запрещенный в нашем государстве приворот.

Внимательно посмотрев на «волчицу», я перевела взгляд на «кота», убеждаясь, что магических плетений вокруг них нет. Но ведь приворот – не иллюзия. И заклинание, напоминающее, кого надо постоянно любить, вполне может быть «впаяно» в сердце каждого из пары или, что правильней, в их мозг. Версия мне не понравилась, хотя логики в ней было куда больше, чем в романтической истории о внезапно вспыхнувших чувствах собирающейся замуж невесты к постороннему мужчине. И уж точно я не стала озвучивать свои подозрения хозяевам охотничьего домика, где планировала провести несколько дней.

А вот поближе познакомиться с таинственной Ариадной желание возникло. Да и про Камилу узнать побольше не помешало бы. Если она таким своеобразным образом избавилась от молоденькой соперницы, а Киллар потом это выяснил, что ж… гнев его тогда понятен, но от методов наказания лично меня тошнило. А главное, возникал вопрос: на что способна изобретательная бьёрна после подобного унижения? На похищение очередной невесты бывшего возлюбленного? Да запросто!

– Расскажи мне про любовницу белого вожака подробней, пожалуйста, – попросила я Алину. – Они до сих пор встречаются?

– Не знаю. Я как вышла замуж за Алешу, порвала все контакты с волчьим кланом. Обычно при смешанных браках женщины продолжают общаться с семьей, хоть и принадлежат уже другой стае, но в моем случае, – девушка тяжело вздохнула, – родители отказались от непутевой дочери, сорвавшей все их планы по объединению двух влиятельных семей.

– Понятно, – протянула я, допивая свой кофе. – Но может, ты что-то слышала? Ведь не в изоляции же живете. Ну, или вернее сказать – не всегда тут живете. Про личную жизнь бьёрнов много пишут в новостях…

– Акиллар выгнал Камилу из дома, насколько я знаю, – сказал Лекс. – Вроде был какой-то большой скандал, но дело быстро замяли, да и «волчица» куда-то спешно уехала.

Вот так вот! Появилась ниточка и оборвалась. Где теперь искать эту особу, чтобы потрясти ее на предмет моего похищения? И надо ли вообще искать? А то вдруг своим порывом разворошу осиное гнездо и сама себя загоню в очередную ловушку. К тому же у меня сын, которого тоже могут в любой момент украсть, чтобы заставить мать снова вернуться к «волку». Только сомневаюсь, что магически подкованные господа, посылавшие мне крылатые записки, имеют какое-то отношение к обиженной пассии белого бьёрна. Из чего следует один малоприятный вывод – похоже, я попала аккурат между двух огней. И просто пустить все на самотек уже не удастся.

Если меня не достанут те, кто выступает за брак с «волком», то непременно попробуют сделать гадость противники такой свадьбы. И это я еще не беру в расчет самого жениха с больным самолюбием и главу рыжих котов, жаждущего поставить точку в затянувшемся конфликте. Что же делать? Сидеть на шее нечаевской четы целый год, ожидая, когда исчезнет брачная метка на виске, или, может, рвануть к границе с Океанией и попросить политического убежища у сирен? А что? Бредовый, но вариант!

Я как раз задумчиво помешивала новую порцию горько-сладкого напитка, налитого из кофейника, когда по дому разнеслась мелодичная трель, похожая на перезвон хрустального колокольчика. Я не обратила бы на нее особого внимания, решив, что это сигналит чей-то планшет или звонит телефон, но Алина сильно занервничала, а ее муж заметно напрягся, вставая из-за стола.

– Что-то не так? – подозрительно поглядывая на обоих, уточнила я.

– У нас гости, – ответил Алексей.

– В подпространстве? – не поверила я, наслышанная о том, что проникнуть в такие места могут только те, у кого есть магический код доступа. Стоп! Так ведь он и есть… у того же Ильи, или у его отца, или у тех, кому доверяет эта парочка.

– Илья? – спросила Алина, обернувшись к мужу, вставшему на пороге кухни, через небольшой коридор от которой располагалась прихожая.

– Сейчас узнаем, – отозвался бьёрн и отправился встречать гостя.

Расположенное за моей спиной окно, к сожалению, выходило на другую сторону двора, и увидеть визитера мы с блондинкой не могли. Поэтому, переглянувшись, обе встали из-за стола и тоже пошли к выходу, вот только так и не успели покинуть кухню, столкнувшись на пороге с близнецами.

– И? Что это все значит? – обведя мрачным взглядом всех нас, поинтересовался Александр.

Растрепанный, бледный, с темными кругами под недобро прищуренными глазами… откуда он такой примчался-то? И почему злится? Неужели так сильно хотел, чтобы я оставалась с Акилларом? А может, он и есть та самая вторая сторона, которая использовала Северьяна? Ведь сыскарь был постоянно рядом, следил за мной, помогал… якобы. А когда добился своего, устроил внезапное возвращение малыша. Логично? Вполне. И его подружка рыжая отговаривала от побега, помнится. Может, они сговорились и общими усилиями планировали уломать меня на безропотную свадьбу? Верить в это не хотелось, что называется, совсем!

– Почему ты похожа на Лалари? – хмурясь еще больше, спросил гость. – Она что, тоже учас-с-ствовала в вашей авантюре?

– Никто ни в чем не участвовал, – спокойно сказал его брат, жестом предлагая нам вернуться к столу. – Все вышло случайно. И хватит уже шипеть, Алекс. Сядь, выпей коньяка, успокойся… тогда и поговорим.

Алина снова опустилась на стул, рядом с ней устроился и Алексей, а я продолжала стоять и смотреть на его близнеца, пытаясь понять, насколько далеки от истины мои подозрения.

– Ну и что ты меня разглядываешь, будто впервые видишь? – машинально пригладив рукой волосы, спросил «кот».

– Пытаюсь определить причину твоего раздражения, – честно сказала я. – Неужели так не рад моей свободе?

– Очень рад! – криво усмехнулся он. – А вот то, что, участвуя в этом за моей спиной, близкие мне бьёрны могли изрядно подставиться, – бесит.

– То есть ты переживаешь за свой клан, угу.

– Именно, – так же честно ответил он.

А мне стало обидно, что моя судьба для него лишь на втором, а то и на десятом месте после благополучия соплеменников. Логично, конечно, но… неприятно. И на что только я рассчитывала? Глупая ведьма!

– Илья в курсе? – словно забыв обо мне, Александр обратился к брату.

– Нет еще.

– Значит, надо ему позвонить, – и, вынув из кармана куртки телефон, принялся набирать номер.

– Прекрати сейчас же! – бросилась к нему я, пытаясь отобрать «раскладушку», но мужчина отвел руку в сторону, не давая ее схватить. При этом он внимательно смотрел на меня, а я, высоко подняв голову, – на него. Глаза в глаза: холодное золото и метающее молнии серебро. – Не звони! – потребовала я, продолжая тянуться за злосчастной трубкой, но бьёрн не собирался ее уступать. Он играл со мной, как с котенком, бегающим за бантиком, и это вызывало вполне обоснованный протест.

В какой-то момент мы оказались недопустимо близко друг к другу. Пальцы, охотящиеся за телефоном, случайно мазнули по рыжим волосам мужчины и… задержались на них, а свободная ладонь сыскаря легла на мою обнаженную спину, вынуждая прильнуть к его телу. Не знаю как бьёрна, но меня словно током прошило. Кто сделал первый шаг – не помню. Все произошло слишком быстро, слишком… неожиданно, что ли. Мгновение назад мы боролись за пресловутый мобильник – и вот уже сражаемся за право доминировать в сумасшедшем поцелуе.

Забыв о трубке, я зарылась руками в волосы Александра, а он, прижав меня к себе, заставил чуть прогнуться в талии, чтобы нависнуть надо мной и углубить самый крышесносный поцелуй в моей жизни. Не прошло и пары секунд, как я вцепилась в его плечи, точно в спасательный круг, потому что земля уплывала из-под ног, а голова так сильно кружилась, что еще немного – и я бы просто упала. А он, избавившись от телефона, начал жадно гладить меня второй рукой по волосам, шее и позвоночнику, лишь приближая тем самым мою неизбежную капитуляцию. Сражаться больше желания не было. Хотелось сдаться на милость победителя и вдоволь насладиться самым сладким поражением в моей жизни.