Моя чужая. (Не)вернуть любовь (СИ) - Орфей Диана

— А что по Вале слышно? — нехотя продолжаю неприятную тему. — Все еще в поисках работы?

Сразу после Нового года я ее уволила. Для этой стервы специально подстава была организована. Агатов не должен заподозрить, что Валюшу пасли.

С каким же удовольствием я указала на дверь. И плевать было на ее рыдания в стиле «не виноватая я».

— Ищет, а как же, — усмехнулся Демьян. — Не может смириться, что ее уровень теперь это обслуживающий персонал. Еще и любовничек бросил. На кой она ему сдалась без доступа к служебной информации.

— Сама виновата, — я встаю из-за стола и отношу кружку в раковину. — Витко опять забегал. В марте приезжают потенциальные заказчики. Из ОАЭ.

Демьян хмурится, прикидывает в уме даты.

— Но ведь Ульяне примерно в это же время рожать.

— Точно.

И это пугает до колик! Не сами роды, а то, что Агатов наверняка готовит очередной выпад против фирмы Артура.

Демьян кивает в тон моих невеселых мыслей.

— Он не упустит возможность. И должен снова объявиться.

И если бы я знала, насколько это будет быстро.

Глава 31

Демьян

Опершись на бампер авто, смотрю как Юлия выкатывается на стоянку.

Беременность определенно идет ей. На пухлых губах улыбка, рукой то и дело оглаживает аккуратный животик. Его еще можно скрыть под курткой, но едва-едва. Юлия скрывать ничего не собирается, но мне все равно.

Перед глазами другая картина — Аленку вижу. Такую же счастливую, кругленькую. От желания видеть ее беременную нашим ребенком кроет по-взрослому. По венам растекается сладкая отрава похоти, но она не может вытравить из сердца тоску.

Алена совершенно точно не желает прыгать ко мне в руки. Я добился оттепели в наших отношениях, но на этом забуксовал.

— Что, даже не обнимешь? — фыркает Юлия, подходя ближе.

Странно видеть ее без макияжа и вечных каблуков. Никак не привыкну.

— Привет, — обнимаю без охоты.

Юлия тоже делает вид. И сразу же отстраняется.

— Давно хотела сказать: твой парфюм ужасен.

— В таком случае будем жить по разным квартирам.

— Именно, — сдувает с лица прядку, выбившуюся из пучка. — Отец весь мозг выел, так что придется в Питере побыть пару месяцев, — морщится. — Не хочу. В Москве у меня и врач хороший…

Мы садимся в машину.

— …А ты как? — интересуется Юлия, но без энтузиазма.

— Думаю переехать в Питер, как все закончится.

Юлия жмет плечами. Ей плевать. И на меня, и на все вокруг. Только ребенок интересует. На эту тему она может говорить хоть целый день. Или молчать, но при этом исследуя просторы интернета на соответствующую тематику.

Вот и сейчас Юлия лезет в мобильник.

— Папа последнее время нервный, — бросает рассеяно. — Его наверняка отодвинут в сторону от этой твоей фирмы.

— Спасибо.

Юлия исправно мне докладывает любую информацию, которая может пригодится. В принципе, у нас получилась неплохая команда, но жалеть о расставании не буду.

Всю дорогу молчим. Юлия просматривает возможные интерьеры детской. Прямо светится вся, увлеклась.

Н-да… Ее Тимурку можно в утиль списывать. Юлия теперь на сыне сосредоточится, его любить будет, а господин Юсупов свое счастье прощелкал.

Как будто угадав мои мысли, Юлия вновь подает голос.

— Мне недавно с незнакомого номера звонили… Опять. Я не подняла.

Киваю, не отрывая взгляда от дороги.

Юсупов обо всем доложили, конечно. Вот тогда и начались эти звонки. Не понимаю, чего он добивается. Мне хватило кратких рассказов Юлии, чтобы охренеть в самый край. Он по девушке, можно сказать, катком прошелся. Все там было — и соблазнение, и унижение, и подставы… Возможно, о чем-то Юлия и врала. Или нет. В любом случае, Март тоже подтвердил — Тимурка тот еще отморозок.

А значит есть шанс, что звонки превратятся во встречи.

Кажется, Юлия думает о том же.

— Рожать здесь не буду. Присмотрела клинику в ОАЭ. Наверное, там и останусь. Надоела эта слякоть, — кивает на серый пейзаж. — Выучусь, как следует. Может, даже работу найду.

Мне остается только мысленно присвистнуть.

— Серьезно ты к вопросу подошла.

Ответом мне стал невеселый смех.

— Юсупов никогда так не настырничал. Это я, — прищелкивает пальцами, — по первой команде к нему летела. Хватит. Не могу больше…

Да уж… Если женщину довести, то и отдача может замучить.

— … На алименты отказ напишу, — выдает вдруг. — Потом, когда все успокоится, с отцовством вопрос обговорим. Не думай, что я на тебя ребенка собралась вешать.

Даже кашляю от неожиданности.

— И не думал. Серьезно.

Почему-то этот вопрос меня совсем не волновал. Может из-за откровенного стремления Юлии к независимости. Или ее внезапной честности.

И вновь воцаряется тишина. Так же молча мы поднимаемся в квартиру. Юлия сразу же ушла в спальню и затихла. Некоторое время нам придется пожить вместе.

Уже намереваюсь сесть за ноут, как звонит мобильный. Алена. Поднимаю без раздумий.

— Демьян, нужно встретится, — звучит ее напряженный голос. — Агатов снова объявился.

***

Вцепившись в кружку, я снова и снова читаю предоставленный мне документ. Рядом кряхтит Витко. Он свое мнение уже высказал и от этого тошно, хоть вой.

— И что, совсем никаких шансов? — переспрашиваю, будто это может помочь улучшить ситуацию.

— Шансы есть всегда, — Арнольд Денисович трет выбритый до синевы подбородок. — Но нас обойдут, задн… эм, нутром чую.

Да, Агатов сможет.

За короткое время знакомства я успела понять, насколько это хваткий и опасный человек. Вот и сейчас он вроде бы протягивала руку помощи, но во второй держал нож. И что-то мне подсказывало, Агатов не будет сильно терзаться, если я откажусь от его «мирного плана» по разделу фирмы.

— Постараемся, чтобы не обошли, — бормочу, возвращаясь к чтению документа. — Собери завтра всех на совещание.

Витко кивает.

— Но вы бы подумали, Елена Николаевна, — добавляет осторожно. — Условия неплохие.

— Елена Николаевна, — оживает селектор. — К вам Демьян Викторович.

— Впусти, — произношу, стараясь скрыть радость.

Так хорошо, что он не отказался приехать! Рядом с ним и умные мысли приходят чаще. Дверь распахивается, пропуская в кабинет мужчину.

Демьян все чаще теперь появляется без костюма. И ему чертовски сильно идут джинсы и свитера крупной вязки. Отвожу взгляд, пытаясь вновь сосредоточится на документе.

— Арнольд Денисович, — здоровается Демьян и идет прямиком ко мне.

Витко, пробормотав что-то о делах, тут же исчезает.

Провожаю мужчину задумчивым взглядом.

— Что случилось? — хмурится Демьян и тоже вслед Витко смотрит.

— Почему он постоянно уходит, когда мы с тобой разговариваем? Я уже давно заметила….

Демьян сдавленно кашляет, ерошит волосы.

— Арнольд Денисович никак с Агатовым не связан, если ты это имеешь ввиду. Я проверил.

Удивленно вздергиваю брови. Ну да, в последнее время я и сама себе параноика напоминаю. Конечно, речь про Витко и… Погодите-ка!

Дурацкая краснота печет щеки.

Да нет, не может Арнольд Денисович играть в сводника! Это не в его стиле.

В голове карусель вопросов, но, чтобы не выглядеть последней дурой, я спешу подтолкнуть к Демьяну папку с распечатками.

— Агатов на мою почту прислал. Предлагает добровольно выкинуть белый флаг, — усмехаюсь мрачно.

Конечно, выражался он весьма завуалированно, пытался мимикрировать под предложение о сотрудничестве, расписывая вкусные условия, но суть от этого не менялась. Агатов хотел оттяпать кусок от пакета акций. Но, зная подобный типаж, я готова была спорить — это только начало.

— Ну и наглец, — со злостью и восхищением тянет Демьян. — Прямо сволочь мирового масштаба.

— Всего лишь бизнесмен, — устало тру виски. — Посмотри, как быстро он выбрался из своей Германии. У него же там фирма, все дела. И вдруг хоп — прямо на похороны заявился.

Демьян кивает.