Обратный отсчет: Синтез - Токацин

тебя глаза горят ярче прожекторов. Занимайся своей работой, для нас там хватит своей. Наговориться мы всегда успеем. Эй, Иджес! Завод!

— А? — сонный механик растерянно огляделся по сторонам. Тягач замедлил ход. Впереди на ярко освещённой ограде виднелись чёрно-жёлтые трилистники радиационной опасности — транспорт подходил к заводу «Вестингауза».

… — На озеро, и никаких самок. Атомщику надо охладить мозги, — Линкен ухмыльнулся.

Гедимин кивнул и затолкал пустой контейнер из-под Би-плазмы в мусорный ящик, вполглаза следя за очередью в пищеблок. Где-то у окошка раздачи застрял Хольгер.

— Я вот думаю, — протянул Иджес, щурясь на ближайшую стену. — Первый водосборник в градирне. Градусов сто — сто пять, иногда больше. Башня открытая, мощный паровой поток снизу вверх… Неплохая общественная купальня, как по-твоему?

Он посмотрел на Гедимина. Тот растерянно хмыкнул.

— Купальня внутри градирни? Думаешь, они для этого?

— Гедимин! — послышалось из-за плеча Линкена. Взрывник, удивлённо мигнув, слегка отодвинулся. Рядом стоял Константин.

— Первый вечер в Ураниум-Сити, — смущённо усмехнулся он. — Как тут принято проводить время?

Сарматы переглянулись. Гедимин заметил краем глаза, что у противоположной стены маячат ещё двое приезжих — Бьорк и почти незаметный рядом с ним Айзек, и что у Айзека в карманах эхолокатор и батареи к нему.

— Да по-разному, — пожал плечами Иджес. — Стадион, полоса препятствий, озеро… Можно погонять корабли — по воздуху и под водой. Или поваляться в снегу в мусорном овраге.

— Интересно, — едва заметно усмехнулся северянин. — Вы уже собрались куда-то? Возьмёте с собой?

Гедимин мигнул.

— Если хочешь. Мы пойдём купаться. Подо льдом, — пояснил он, вспоминая, что читал в письмах Крониона о посёлке Цкау и его окрестностях.

— Подо льдом? — северянин слегка удивился, но тут же кивнул. — Идёт. Я с вами.

— Бьорк тоже с нами? — спросил Гедимин, покосившись на дальнюю стену. Константин закивал и жестом позвал сарматов к себе.

Айзек подошёл первым, застенчиво посмотрел на Гедимина и вскинул руку в приветственном жесте. Бьорк встал чуть поодаль, глядя исподлобья.

— Будут подлёдные купания, — сказал им Константин, кивнув на инженеров. — Местный обычай. Я с ними. Вы?

Айзек едва заметно вздрогнул и провёл пальцем по располосованной скуле.

— Я, пожалуй, накупался, — пробормотал он, виновато покосившись на Гедимина. — Не пойду.

— Я иду, — буркнул Бьорк. — Там есть где согреться?

Иджес ухмыльнулся.

— Всё есть. Мы устроили в общественной душевой парилку. Тепло, как на Венере. Айзек, ты там можешь посидеть. Под лёд тебя не потащат.

— Парилка? — Бьорк посмотрел на него с интересом. — Кто устроил? Сильно переделали?

— По дороге расскажу, — махнул рукой Иджес. — Нам её ещё греть. Жаль, Хас уже спать ушёл, там без него всё выстудят…

Сарматы выбрались из барака, разминувшись в коридоре с группой незнакомых поселенцев с номерами «Новы». Гедимин покосился на них и удивлённо хмыкнул.

— Константин, а что ты не в своей бригаде? Вас тут много…

Северянин качнул головой. Он шёл рядом с Гедимином, незаметно оттеснив Иджеса; впрочем, механик не возражал, — он что-то оживлённо рассказывал Бьорку, а тот фыркал и ухмылялся во всю пасть.

— В бригаду я всегда успею. Хочу узнать вас получше. Мы теперь работаем вместе. Особенно с тобой. А я тебя не знаю.

Гедимин пожал плечами.

— Знать особо нечего. Это моя первая станция… А ты работал раньше? Где учился? В Канске?

Северянин усмехнулся и покачал головой.

— Работал… Я немного раньше начал. Сейчас Канск неохотно берёт студентов. Говорят, Лос-Аламос тоже. Как ты в него пробился?

…На берегу захрустели кусты; на освещённую полосу льда спустился сармат и остановился, глядя под ноги. Пятно утоптанного снега два на два метра полностью занимал чертёж. Гедимин провёл линию по ближнему краю, покосился на озадаченного сармата на берегу, жестом попросил не наступать и повернулся к Константину. Тот молча стоял на краю расчерченной площадки и немигающим взглядом смотрел на чертёж, изредка заглядывая в смарт и что-то поправляя на экране.

— Запустить не удалось, — хмуро сказал Гедимин, отвернувшись от чертежа. — Не знаю, был ли он рабочим.

Константин рассеянно кивнул, выключил смарт, прошёл вдоль площадки и повернулся к Гедимину.

— «Звёздный кондор», да? Сам доработал? И почти построил⁈ Надо же… Трудно поверить.

Он обошёл реактор по кругу.

— Вот эта схема… у тебя что, остались наметки? После захвата, после всего… Где ты их хранил? Я не видел, чтобы ты доставал смарт… или ещё что-то. Ты что, помнишь всё? В таких подробностях⁈

Гедимин мигнул.

— Это мой реактор, — буркнул он. — Кому ещё его помнить⁈

Константин недоверчиво покачал головой.

— Ты странный даже для атомщика, — ухмыльнулся он. — Я никогда не затевал таких… проектов. Ты думал, что тебя за это могут… ну, например, расстрелять?

Трое сарматов на берегу до этой фразы хмыкали и пересмеивались вполголоса, но тут один из них не выдержал и громко фыркнул, тут же получив локтём по рёбрам от соседа.

— Эй, теск, ты о чём⁈ Атомщик на расстрел ходит, как на работу! — сказал он, ухмыляясь всем перекошенным лицом. — И задрал весь Ураниум чертежами реакторов. Да от него уже еноты разбегаются, когда он в лес заходит!

Гедимин недовольно сощурился.

— Не обращай внимания, — Константин тронул его за плечо. — У марсиан нелепые шутки. С тобой действительно интересно. И я хочу узнать ещё. Я раньше начал… но, кажется, ты больше успел.

Инженер пристально посмотрел ему в глаза — северянин был серьёзен.

— Тогда слушай, — он пожал плечами. — Надоест — скажешь. Мне нравятся ядерные технологии. Даже если они устарели на полтораста лет. И я хочу достроить и запустить свой реактор.

Константин кивнул.