"Фантастика 2025-162". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Greko

Присутствовали на совещании – в виде видеофантомов – и сотрудники СКБ, занимавшиеся с экипажем крейсера «Дерзкий»: директор департамента внешних коммуникаций Савицкий, ксенопсихолог Ркацители и ксенолингвист Климук.

– Доброе утро, товарищи, – произнёс Строганов дежурную фразу, вовсе не означавшую, что все специалисты находятся в том же часовом поясе; многие из них вообще работали на других планетах. – Настала пора обсудить наши действия после изучения всех материалов, доставленных первопроходцами. Все вы знаете результаты собеседований с экипажем «Дерзкого», поэтому описывать общую картину нет смысла. Для начала посмотрите на пару фрагментов видеорепортажа.

Стены кабинета директора исчезли. Стол с «приглашёнными» без видимой опоры повис в космосе, пронизанном колючими лучами далёких и близких звёзд.

Картина слегка сместилась, стала видна планета в форме плоской баранки, освещённая красным шариком звезды-карлика. Это была известная теперь всей Системе планета Толкин, вращавшаяся вокруг звезды, названной Свечой.

Панорама космоса с планетой скачком преобразилась. Планета-тор заняла собой всё пространство, проплывая под сидящими в неподвижности людьми. Сквозь её атмосферу стали видны тёмно-зелёные и почти чёрные пятна низменностей и коричневые «корни» горных цепей, тянувшихся параллельно как борозды, оставленные граблями.

Ещё одно изменение: планета уплыла назад, приблизилась дыра в центре «бублика», перед зрителями возникла стрела беспилотника, помчалась к невидимой «оси»… и резко повернула обратно.

Картина застыла. Затем космос исчез, кабинет директора СКБ оделся янтарно-прозрачными стенами, сияние втянулось в глубину панелей, и стены стали белыми.

– Эффект разворота беспилотных модулей, как, впрочем, и остальной летающей техники, действует по сей день, – сказал Строганов, – что прямо свидетельствует о присутствии в центре тора конструкции, названной вселенолётом. К сожалению, проблемой Вестника занялся Межкосмос, и мы по закону не имеем права исследовать систему Толкина самостоятельно, хотя в составе готовящейся к нему экспедиции есть и наши специалисты. Однако возникла идея обратить внимание на другие экзотические объекты, о которых стало известно после контакта члена экипажа «Дерзкого» Ломакина с Вестником Апокалипсиса. В первую очередь это звёзды и планеты, возле которых остались «вселенолёты судного дня» других цивилизаций: планета-алмаз, экзопланета в Лебеде с раскалённой атмосферой, содержащей пары железа и титана, планета-капля в Персее, планета-куб.

По рядам присутствующих «призраков» прошло движение, руководители подразделений СКБ оживились, хотя все уже были в курсе событий и знали о существовании внегалактической системы контроля глобальной войны, уничтожившей, по словам Вестника, большинство цивилизаций видимой части Вселенной.

Строганов посмотрел на Савицкого:

– Даниил Эрнестович, вам слово.

– Вместе с экспертами астрофизического института мы прокачали полученную информацию, сориентировали российскую систему контроля космоса и обнаружили объекты, о которых шла речь. Три из них пока нам недоступны, так как находятся либо очень далеко, в других рукавах Млечного Пути, как планета-куб, либо слишком близко к чёрной дыре в центральном балдже нашей Галактики – как планета-алмаз. Два объекта тоже располагаются не близко, но всё же в пределах наших транспортных возможностей. Это планета-капля и планета с горячей атмосферой. Разумеется, термины «капля» и «алмаз» не отражают всех параметров планет, но для краткости можно называть их и так.

– Ваше мнение?

– Мы предлагаем послать «Дерзкий» к водной планете. Расстояние до её звезды около пятнадцати тысяч световых лет, и это не предел для наших ВСП-кораблей. Звезда практически не наблюдаема с Земли из-за облака пыли в Персее, скрывающего часть звёзд скопления, астрономы обнаружили её только по гравитационному следу, но «Дерзкий» способен преодолеть это расстояние.

– Межкосмос не одобрит рейд в Персей, – мрачно сказал Фарниев, директор департамента гостайны.

– Разве российский космофлот подконтролен Межкосмосу? – усмехнулся Савицкий. – Разве мы не имеем права на самостоятельное изучение космических просторов?

– Всё равно необходимо соблюдать протокол согласования, – с сожалением сказал начальник службы официальных связей.

– Это если мы во всеуслышание заявим о походе. – А разве это необходимо?

Головы присутствующих повернулись к Савицкому.

Он пожал плечами.

– Что вы на меня так смотрите? Кто бы что ни говорил, Вестники – оружие, оставшееся невостребованным со времён Всеобщей Межгалактической Войны. Оружие настолько мощное, что им захотят завладеть все наши конкуренты. В первую очередь китайцы. Которые, кстати, по нашим сведениям, собираются послать на Толкин свою экспедицию. Во вторую – американцы, до сих пор не успокоившиеся после потери лидерства. Кстати, большинство высокопоставленных чиновников Межкосмоса – американцы и англичане. Так что, товарищи безопасники, решайте, что важнее, соблюдение протокола или посыл независимой экспедиции к экзоту, изучение которого может изменить ход истории.

Ряд участников совещания снова колыхнулся. Но все они были людьми сдержанными и не спешили начать обсуждение.

Строганов глянул на Фарниева:

– Номгон Номоевич, что скажете?

– Всё будет зависеть от организации похода и строжайшего соблюдения секретности. Нужно разработать правдоподобную легенду о рейде «Дерзкого» и подготовить соответствующим образом команду, на плечи которой ляжет вся ответственность за сокрытие тайны похода, а главное – за достижение цели, то есть контакта с уцелевшим Вестником. Если только он сохранил способность к функционированию и отзовётся на наши вызовы.

– Подбор команды за вами, Никанор, – сказал Строганов, переведя взгляд на Вулича, начальника отдела по персоналу. Все звали его только по имени, и главный эксперт СКБ по подбору кадров относился к этому спокойно.

– Мы уже подготовили вариант, – проговорил он сиплым баском, осанистый, с гривой седых волос и светящимися голубыми глазами. – Могу озвучить. Василий Дементьевич меня поддержит.

Полковник Головин, глыбистый здоровяк, руководитель Коскора, кивнул:

– Будьте добры.

– Капитан Бугров безупречен во всех ситуациях. Состав экипажа можно оставить прежним, они прекрасно справляются со своими обязанностями. Да, там есть специалисты из разных стран. Но если их менять срочным порядком, это вызовет еще бо́льшие подозрения.

– Вы хотите оставить и Ломакина? – поинтересовался Климук.

– У нас к нему нет никаких претензий.

– Но он является держателем… э-э, секретной информации о Вестниках. К тому же мы полагаем, что он не был с нами полностью откровенен. Ломакин что-то скрывает.

– С чего у вас возникли такие подозрения? – спросил Строганов.

– Оператор экспедиционной группы Каледин утверждает, что сам Ломакин признался ему в получении от Вестника большого объёма информации. В том числе об оставшихся целыми военных базах древних разумников. Однако нам он выдал отчёт всего о нескольких объектах.

– Ломакин нормальный молодой человек, – сказал Ркацители с укоризной. – Я понял так, что он просто не во всём разобрался.

– Нужно было допросить его на пси-сканере, – заметил кто-то.

– Исключено! – поморщился Строганов. – Он ни в чём не виноват. Парень придёт в себя и сам всё расскажет.

– Я бы всё-таки приставил к нему нашего психолога, – сказал Климук.

– Поищем кандидатуру, – пообещал Фарниев.

– Не надо искать, – вмешался в беседу Головин. – Кандидатура уже есть. На борту «Дерзкого» будет не обычная исследовательская группа, а усиленная нашими специалистами. Я предложил Никанору моих людей из Корпуса, он согласился.

Строганов кивнул Вуличу:

– Продолжайте, полковник.

– Экипаж остаётся прежним. В спецгруппу предлагаем включить полковника Вересова, а также сотрудников Коскора Елизавету Клод-Сантуш, ксенопсихолога и по совместительству медика, биолога Тиграна Посохина, специалиста по морской фауне и флоре, и Курта Шнайдера, оператора ТС, бывшего пограничника, мастера контактного боя. Клод-Сантуш рекомендовала его как прекрасного оператора. Кроме того, предлагается оставить в составе группы астрофизика и ксенолога Ядогаву Хироси. Он классный специалист и хороший товарищ.