Наемники Судьбы.Пенталогия - Юлия Федотова

Отшельник ушёл (простите за каламбур), теперь сидит на носу и беседует с судовым. Не представляю, какие у них могут быть общие темы?… Я, грешным делом, надеялся, что в Оттоне судовой подыщет себе подходящий корабль и уйдёт с моего Грома, но он, паразит, остался…

Я знаю, что подслушивать нехорошо. Но у меня от природы очень острый слух, это не моя вина. Они, судовой и отшельник, говорят о Рагнаре. Сплетничают, если называть вещи своими именами. Судовой вдохновенно рассказывает, а отшельник внимательно слушает. Хотелось бы знать, намерены ли они соль же подробно обсуждать каждого из нас, или Рагнар представляет для жреца особый интерес? Может, дело в том, что они в некотором роде земляки? Мать Рагнара родом с закатных островов, как и Отшельник. Она, конечно, очень милая и красивая женщина, но очень уж масштабная, и по росту и по комплекции. Будто и не человек вовсе. Если наша Меридит вдруг растолстеет, получится то же самое. (А если прочтёт эту запись, даст мне по шее!) Поэтому и Рагнар такой здоровый – весь в мать. Хотя, и отец у него не маленький…

Всё. Отшельник и судовой разошлись по своим углам. Мы их не интересуем. Значит, точно, дело в происхождении. Чувствую я тревогу по этому поводу?… Пожалуй, нет. Вполне понятно, что существо, проведшее долгие тысячелетия вдали от родины, заинтересуется в первую очередь своими земляками. Я не вижу в этом ничего настораживающего.

Хотя, вообще то, провидец из меня никакой. Помню, на третьем курсе у нас был зачёт по предикторике. Так вот, чтобы его сдать, мне пришлось устроить целое представление. Задание мне досталось: «краткосрочное бытовое предсказание», и не знаю, какой демон подбил меня ляпнуть, что через два дня в город придёт корабль с товаром из приморских герцогств, и торговец станет продавать солёную сельдь прямо на площади перед нашим Университетом (хотя всякая торговля на ней запрещена)! Зачем я сочинил столько глупостей – понятия не имею! Нет бы ограничиться кораблём! Корабльто в самом деле был, они в Уэллендорф каждый день приходят, не ошибёшься. А что касается продавца… Хорошо, в тот год мы порядочно заработали в Аполидии, и мне хватило денег, чтобы купить целую бочку сельди и заплатить тому, кто согласен был получить по шее за торговлю в неустановленных местах. Плюс штраф в городскую казну. Орвуд бы меня живьём съел за такое расточительство! Спасибо, мы в то время ещё не были знакомы!..

А завтра, думается мне, будет дождь. И как бы не со снегом. И не подумай, почтенный читатель, что я стал на стезю прорицателя. Просто за последние два дня сильно похолодало. Оно и понятно, в Староземьи сейчас глубокая осень… Домой я хочу, вот что! И даже не в Уэллендорф, а в Буккен, к Балдуру Эрринорскому! Хочу сидеть у него в гостиной, у очага, есть копчёный окорок, пить эль, гладить Агнессу и читать сборник «Северные саги»… Ох, чтото там, дома, сейчас творится? За Агнессу я не особенно беспокоюсь. Балдур Эрринорский – сильный колдун, он не даст её в обиду. Лавренсий Снурр и его супруга, думаю, тоже в порядке. А вот судьба Бандароха Августуса и его семейства внушает большие опасения! Но это пусть Ильза беспокоится, а мне до них дела нет!.. Почему, когда сидишь вот так, один, в темноте, в голову лезут нехорошие, тревожные мысли? По идее это неправильно. Спригганы – существа ночные, темнота не должна действовать на нас угнетающе. Наверное, сказываются годы, проведённые среди людей… Скорее бы доплыть…

Его желание было исполнено. Обратный путь занял, в общей сложности, всего лишь два месяца. Быстро и без происшествий добрались они до родных берегов, ведь корабль был оснащён двигателем из иного мира и вёз жреца могущественного морского демона. Обошлось без серьёзных бурь, и чудовища не беспокоили, и рыба ловилась хорошо.

Но северовосточный ветер был холодным и резким, и льдины всё чаще проплывали за бортом, и тем, кто не писал научных статей (а таковых было большинство), делать стало абсолютно нечего. Вахту отстоял, а дальше – хоть вой со скуки! Ильза так и поступала – пряталась в палатке и плакала. УлльБриан слагал душераздирающетоскливые вирши. Хельги в своих записях безбожно пропускал дни, пока совсем не сбился со счёта – слишком похожи они были один на другой.

– Будь я матросом, непременно подняла бы бунт! – бесилась со скуки сильфида. У неё уже было готово восемь проектов окаянной уэллендорфской ратуши – на все вкусы, от мрачной готики до развесёлой эклектики в стиле безумной архитектуры Альтеция, и она собиралась приняться за девятый.

– Ну и чего бы ты добилась? – возразил Хельги сонно. – Скорости бы он нам не прибавил.

– Дело не в результате, а в процессе! Повеселилась бы!..

Один только Отшельник не разделял общего настроения, был безмятежен и счастлив. Емуто, после тысячелетнего изгнания на необитаемом острове, казалось, что жизнь вокруг бьёт ключом. Или даже вулканом. Тем самым, чьё извержение на некоторое время скрасило унылую серость их бытия.

Пятьдесят какойто день плавания.

Вчера не писал, позавчера тоже, и ещё бог знает, сколько дней – не о чем было. А сегодня напишу – есть о чём! Не каждому доведётся в жизни стать свидетелем зрелища столь редкого и впечатляющего!

Хорошо, что мы застали его ночью, днём оно выглядело бы не столь эффектно. Я издали заметил зарево и решил, что гдето на острове приключился пожар. Но это был вулкан! Целая гора возвышалась над морем и изрыгала огонь из недр своих! В Аполидии тоже есть действующие вулканы, мы с Меридит видели их – и Фобоса, и Деймоса, и Пьяного Орка. Но они, к нашей досаде, спали, лишь лёгкий дымок клубился над заснеженными вершинами. И вот теперь нам повезло!

Жаль только, подойти ближе было нельзя – из жерла в разные стороны летели раскалённые докрасна камни. По всей горе змеились извилистые и яркие, как молнии, трещины. Вниз по западному склону медленно текла огненная река. В небе тоже полыхали молнии, они сверкали так часто, что невольно закрадывалась мысль: всё ли в порядке с головой у бога Тора, слишком уж он разбушевался. Гора ревела и дрожала, как будто внутри неё дрались сотни разъярённых драконов. Из кратера вырывалось пламя, он било прямо в небо, и в нём резвились саламандры! Боги Великие, какие же они были ОГРОМНЫЕ! Мы привыкли, что саламандры (я имею в виду духов огня, а не одноимённых земноводных гадов) имеют размер мелкой ящерицы. Редко, на больших лесных пожарах, попадаются экземпляры величиной с локоть. Здешние саламандры были… да пожалуй, покрупнее дракона! Они выскакивали из недр, кувыркались в небе и плюхались обратно, поднимая невероятные фонтаны огненных брызг. Сказать, что это было красиво – не сказать ничего. Ради одного этого зрелища стоило плыть через Океан! Энка прыгала и визжала, не обращая внимания на посторонних. Она любит саламандр, даже маленьких, может смотреть на них часами. А уж от гигантских пришла в полный восторг! Я, если честно, тоже. Родился бы дамой – непременно стал бы визжать!..