Нежданно-негаданно... (СИ) - Семенов Игорь

— Что говорят по новостям? — поинтересовался Михаил.

— Да ничего хорошего, — поморщился Семка. — Когда дожди прекратятся — никто не знает… Посевная сорвана, экономия продовольствия. По промышленности кое-что было — говорят, что обеспечен достаточный уровень производства основных товаров.

«Интересная формулировка, — мысленно отметил Михаил. — Достаточно и основных. Только что такое достаточно и что считается основным?»

— С Курильских островов население эвакуировали на Сахалин и в Приморье, — продолжил тем временем Семка. — На Кавказе… Жопа полная, в общем. В Средней Азии тоже. За границей… Тоже все хреново. В Китае все ливнями сносит, целая куча плотин рухнула. На Кубе шторма жуткие, целые деревни смывает… В Америке — задница полная. Война, говорят, началась.

С плотинами тоже новость была неприятной… Тем более, еще до того говорило, что тут да там дамбы размыло… Самое главное — чтобы выдержали электростанции! Хотя их-то ГЭС точно выдержит, там еще водохранилище не заполнено толком. А вот что в других местах? Справятся ли водосбросы? Небось, сейчас срочно всюду срочно строят водоотводные каналы на этот случай… Вместо того, чтобы восстанавливать дороги, моста или дома, тратят силы на работу, которая может никогда и не понадобиться. Но и не делать которую нельзя! Ведь если все же оно понадобится, то потом будет поздно.

— С кем война? — не понял Михаил.

— Да хрен их знает! — пожал плечами Семка. — Какие-то то ли бандиты, то ли партизаны, то ли еще кто… Говорят, большая часть страны анархией охвачена, лишь на восточном побережье что-то уцелело.

Про всех остальных и вовсе ни слуха, ни духа… Что там происходит во Вьетнаме, где фактически остановилась война севера и юга, что происходит в остальных странах Юго-Восточной Азии, в Южной Америке, на Ближнем Востоке, в Африке — на этот счет и вовсе ни слова! Да и кого нынче интересуют эти страны? За то, ка оказалось, сообщали про Японию, где из-за землетрясений, извержений активизировавшихся вулканов и наводнений многие города лежали в руинах, а число погибших уже сейчас насчитывало миллионы.

— Пошли уж спать! — махнул рукой Семка. — Хрен бы с ней, с заграницей…

«Хрен бы хрен, — подумал Михаил. — Только знать бы еще, что ждет нас». «Нутром» он чуял, что ничего хорошего… Но насколько плохо будет? Выстоит ли страна? Будь он сейчас в 90-е, в ельцинской России — в ответе он даже не сомневался бы. Но сейчас — Советский Союз в самом расцвете сил. Советский Союз, который куда сильнее и организованнее знакомого ему по прежней жизни. Потому он все даже верил, что выстоят… Но какой ценой? Все же согревшись у печки и, вдобавок, хлебнув малость водки, Михаил вскоре завалился спать. Эх, только б не заболеть сейчас! Это было бы самым худшим в сложившейся ситуации… Но в этот раз словно само Политбюро решило сжалиться над их полубольной и смертельно уставшей комсомольской бригадой — полтора месяца работы не прошло незаметно.

— Собирайтесь! По домам поедете! — когда поутру они все выдвинулись было на работу, приказал им бригадир.

— Как домой, Василий Степанович? — не понял Васька. — А мост?

— Солдаты сегодня приедут, велено распускать пацанов, — ответил бригадир. — И так немало наработали.

— Но мы могли бы и еще! — в этот раз вышел вперед Семка.

Ну да, остались самые смелые и самые стойкие… Кому оказались нипочем никакие испытания. Остальные — кто реально заболел, кто, как тот позавчерашний деятель, сымитировал болезнь и смылся…

— Ничего, в городе вам тоже работы полно найдется, — отмахнулся Василий Степанович. — Там тоже много чего делать надо… А тут пусть работают те, кто к этому лучше приспособлен.

Эх, какое же счастье — ехать домой… Пусть даже у него уже тоже насморк, пусть еще раз пробиваться через грязь, добираясь до города, до станции, но это уже дорога домой! И вот спустя еще три часа пути, когда один раз буквально вытолкнули всей толпой завязший в грязи ЗИС, они в городе, который производит достаточно жалкое впечатление. Почти везде грязь и лужи, бурлящие потоки дождевых вод, с трудом пробирающиеся по улице пешеходы и горящий в некоторых окнах свет… Ну да, тут на улице-то хмуро и пасмурно, а что сейчас в домах? Там и впрямь уж без света никак. А вот — такие же, как их ЗИС, грязные, заляпанные грязью машины, едущие куда-то по своим делам. Уж что по делам — это точно, просто сейчас не поедет никуда ни один дурак, будь у него дома хоть бочка бензина запасена. А вон копают очередную водоотводную канаву, чтобы не затопило подвал трехэтажки. Но им сейчас до этого все равно… Им на станцию. Полтора часа ожидания — и вот уж эшелон. Тепловоз с несколькими обшарпанными пассажирскими вагонами, куда они кидают все пожитки и, прямо тут же переодеваются в сухую одежду. А то так и простыть недолго… И вновь разливается по вытащенным из сумок с вещами стаканам водка. Да, тут уж хочешь того или нет, но начнешь пить. Уже чисто «для согреву».

— Ну за то, чтобы все это поскорее кончилось! — заявил Леха.

— Согласна, — ответила Катька.

Короткий свисток тепловоза сообщил о том, что поезд отправляется… И под него они опорожнили свои стаканы, закусывая полученным в магазине около станции хлебом.

— Приеду домой — лягу и буду спать, — мечтательно произнесла Томка. — День, другой…

— Ага, размечталась, — фыркнул Васька. — Скажи спасибо еще если хоть денек передохнуть дадут… Сам слышал — в городе тоже полно работы.

Движение по железной дороге, как вскоре понял Михаил, уже успело наладиться. Во всяком случае, до областного центра добрались без всяких проблем, да и навстречу поезда шли буквально один за другим. Тепловозы сменялись паровозами, а те снова тепловозами. Похоже, на линию выгнали буквально все, что только могло ходить. Уж непонятно, возникла ли проблема в нехватке локомотивов или столь резко возросли объемы перевозок… Ответить на этот счет смогли бы разве что железнодорожники.

Так что к вечеру они все же благополучно добрались домой… И хоть дождь и не прекращался, но на него даже словно перестали обращать внимание. Бегом добрались до остановки «родной» девятки и вскоре заскочили в битком забитый вагон, который то быстро ехал, а то вдруг начинал плестись медленнее пешехода.

— Чего ползем как черепахи? — начал возмущаться какой-то мужик рядом. — Пешком быстрее пройдешь!

— Ну иди, раз такой умный! — огрызнулся в ответ водитель. — Половина вагонов за забором с мокрыми двигателями! Сейчас волна пойдет, зальем мотор — и тогда уж точно пешком топать будешь!

Медленно-медленно они проползали по местам, где вода стояла выше головок рельс, однако водители уже явно успели привыкнуть к такому способу передвижения. Все было как-то четко, привычно, без ненужной суеты. Вот трамвай наконец-то преодолел очередную лужу и может вновь разогнаться, а уже неподалеку родная Пролетарка с затяжным уклоном, на котором попросту негде образовываться лужам. И они начинают один за другим выходить из вагона, разбредаясь по домам…

Дома Михаила, разумеется, не ждали, но были рады его приезду… Мама сразу ж наложила тарелку тушеной с мясом картошки, батя принялся растапливать баню.

— Мишка, вернулся! — буквально повисла у него на шее сестра. — Наконец-то!

— Вернулся, — согласился Михаил. — Как вы тут жили-то все это время…

— Да как сказать, — с улыбкой глядя на сына, произнесла мать. — В войну и хуже бывало… Завод работает… Хотя сборку самолетов остановили, все больше какие-то заказы со стороны идут. Для восстановления народного хозяйства. И все срочно, даже техпроцессы на детали писать некогда — технологи маршрутку накидают и вперед, в работу. Машка вон теперь тоже в студенческой бригаде работает, маляром. Ремонтируют что при землетрясении повредило.

— Одни работают, а другие отмазываются! — с ненавистью огрызнулась сестра. — У них же более важная работа — отчеты писать…

— Кто такие? — заинтересовался Михаил.

— Да есть у нас на курсе тройка, — поморщилась Машка. — Двое — дети кого-то из начальства с заводов, у третьего в райкоме дядя…