Обмануть красиво, или Уроки соблазнения. Часть 1 (СИ) - Искра Карина

- Да мы… - залепетала я, не зная, как утихомирить бурю комплексов. Начала всерьез вспоминать о точках, которые стоит нажимать, дабы вырубить противника… Да что толку-то от них? Фиг дотянешься сквозь такой толстый… балахон.

- Я прошу прощения! – смело вскинул голову Мик, не прерывая стратегического отступления. – Не знал, что вы видите себя именно такой. Лично я сразу заметил ваше милое лицо, - «что ты несешь?!» - очаровательные глаза, - «думаешь, поверит?» - манящие губы…

Я с трудом удержала маску серьезности на лице. Да уж, увидев такие губы один раз – их невозможно забыть. В кошмарах такие губищи обычно летают за тобой, шлепаются друг об дружку и ждут, пока ты попадешь в их ненасытную глубину. Да такими губами, как у Тонины, можно человека прибить ненароком! Хотя что там прибить – этими губами можно душу высосать! Поцелуй дементора[12] покажется сказкой по сравнению с поцелуем Тонины! Бегите, глупцы…

Тонина икнула, услышав столько комплиментов в свой адрес. Одновременно с этим мы с Миком, отступающие, ненароком задели ведро. Я споткнулась, потеряла равновесие и вцепилась в парня. Тот – то ли из-за меня, то ли от вида губ Тонины, - не смог устоять и начал заваливаться назад. Истошно зазвенело ведро, истошно завизжала я, истошно заорал Мик, истошно заголосила Тонина.

- Что тут происходит?!

Хорошо живет на свете… кто?

Рычащий мужской голос заставил вопли стихнуть почти мгновенно. Почти – потому что Мик все еще продолжал орать. Но недолго. Быстро сообразил, что именно от него исходит этот жуткий писк.

Для зрителя картина была шикарная: рыжий парень и сексапильная девушка валяются в луже грязной воды, пытаясь всеми руками-ногами отодвинуться от разъяренной уборщицы.

- Вы что, - зашептали рядом с нами, - пытались пройти через вымытый пол?

Мик обессиленно кивнул и медленно обернулся. Я тоже решила взглянуть на наших спасителей. Или свидетелей будущего убийства.

- Самоубийцы, - так же тихо прокомментировал мужчина. Обычный офисный сотрудник, симпатичный, но обыкновенный. А вот второй – тот, который громыхнул вопросом и остановил бедлам, - он мгновенно привлек мое внимание. Это ему было нетрудно сделать.

- Черт, нам хана, - помертвела я, глядя на человека, преградившего путь к отступлению. Сначала я, грешным делом, подумала, что это Тонина телепортировалась, но нет. Позади нас стоял еще более внушительный экземпляр, чем она. Мне снизу было плохо видно его лицо, зато сумела разглядеть на пузе пробивающиеся через дырки между пуговицами волосы.

- Можно под ногами проскочить, - едва слышно проговорил Мик, всерьез разрабатывая стратегии отхода.

- Лучше уж сразу в Рай, - тихо запаниковала я, вертя головой. – Задавит и не заметит!

Тем временем эти два борца сумо уставились друг на друга и не шевелились. Мне стало страшно. А если они сейчас начнут схватку? Боже, нас же расплющит! А я не хочу быть плоской! Я с таким трудом наращивала объемы! Капустой давилась, попу качала!

В коридоре повисло напряжение, отдававшее сухим ветром и мелодией Дикого Запада. Мы с Миком опасались шевелиться, чтобы ненароком не привлечь к себе ненужное внимание. Я даже дыхание затаила, о чем через полминуты жалела. Но выпустить воздух изо рта и взять свежий – тихо не вышло бы. Я краснела от натуги и молила этих годзилл[13] сказать уже хоть что-нибудь. Да что вы уставились друг на друга, словно толстых никогда не видели?!

 - Привет, - словно услышав мои молитвы, выдал вдруг мужчина. Тоже местный сотрудник, видимо, раз пришел в это общежитие.

Я начала тихо-тихо выдувать воздух, чувствуя, как горят легкие.

- Привет, - вдруг абсолютно нормальным голосом произнесла Тонина. Она казалась слегка пришибленной и даже немного более симпатичной, чем ранее. Хотя о чем я – ранее она была какой угодно, только не симпатичной! У гневающихся женщин ее весовой категории нет шанса быть прелестной, когда краска – от подскочившего давления, не иначе, - заливает щеки. Берегите себя, милые Антидюймовочки! От лишнего веса вам живется труднее, не усложняйте себе жизнь дополнительным нервяком.

- Как тебя зовут? – продолжил мужчина, и тут меня осенило. Они незнакомы! Конечно, вывод гениальный, кэп. До меня, как до жирафа!

Это была последняя мысль перед тем, как я громко и с облегчением вдохнула воздуха. Никто не ожидал подобных звуков, поэтому все мужчины рядом со мной передернулись, словно пук услышали. Вот нервные!

А сладкая парочка не отреагировала на нас.

- Тонина. – Бабища пожевала нижнюю губу (больше бы не поместилось во рту). – А тебя как звать?

Мы с Миком повернули головы в сторону мужчины.

- Центурион.

Я зажмурилась, чтобы слезы не брызнули из глаз. От смеха. Центурион? Может, Центнер?! Или у чувака при получении паспорта взыграла мания величия? Хотя, для его размеров это нормально.

- Пойдем в кафетерий? – вдруг предложил величественный мужчина, переступая с ноги на ногу. На секунду мне показалось, что земля задрожала подо мной.

Тем временем наши головы развернулись к Тонине, ожидая ее ответа.

- В кафетерий? – залепетала она, страдальчески скривив лицо. Осмотрела свои руки, сжимавшие швабру. Живот в халате. Была попытка поглядеть на ноги – но не вышло.

- Да, в кафетерий, – терпеливо проговорил Центурион, заставляя нас снова посмотреть на него. – Я узнал, что в меню появились новые салаты без майонеза. Пойдем, оценим?

Наши головы, как на теннисном корте, обратились в сторону Тонины. «И куда я со своими тортиками полезла!» – промелькнула мысль.

Бабища, вдруг почувствовав себя русской красавицей, потупила очи доле:

- Я бы с удовольствием. Но мне… Надо… Переодеться хотя бы. Понимаешь?

Наши головы повернулись направо.

- Понимаю, - улыбнулся, судя по голосу, мужчина. – Где тебя подождать?

Наши головы повернулись налево.

- Да здесь можно… Я тут недалече… Минут десять нада… Тута будешь?

Головы повернулись направо.

- Могу зайти за тобой, - галантно предложил стосемьсоткиллограмовый кавалер, засовывая руки в карманы брюк. Руки, как ни странно, поместились. – Куда стучать?

Наши головы повернулись налево.

- В тысяча девяностую, - осветилось лицо Тонины. – Через десять минут.

Наши головы повернулись направо. В моей шее что-то неприятно хрустнуло.

- Буду. – Коротко ответил Центурион. Я поняла, что пора вставать. Затекшие конечности взорвались каскадом острых ощущений, а грязная вода потекла вниз по ногам. Фу, ужас какой! Теперь надо душ принимать и переодеваться!

Привлекая внимание Тонины, я уже не боялась последствий. Баба была уже там, в своих мечтах. Даже ведро, вон, забрать забыла! Каким нерадивым работником становится влюбленный человек…

- В смысле, в кафетерий? – возмутился второй мужчина, доселе молчавший. Тонина уже улетела, поэтому не могла слышать этого разговора. – Мы же хотели гриту выпить!

- Я теперь не пью, - повернулся к нему Центурион, и я увидела, что его дебелое лицо просто-таки дышало одухотворением. – Я с этого момента, друг мой, начинаю худеть, чтобы быть достойным такой женщины!

Мик рядом закашлялся, но мудро промолчал.

- То есть мы сегодня не пьем? – педантично уточнил коллега, недовольно складывая руки на груди.

- Да! – фанатично воскликнул мистер Центнер, на лице блуждала улыбка сумасшедшего. – Ни сейчас, никогда!

И бодро двинулся вперед по коридору. Я мысленно порадовалась, что Тонине надо было идти в другую сторону. Только представьте, как пришлось бы расходиться несчастным в таком узком месте! Это вам не попытки разъехаться на парковках, это – серьезно!