Юность уходит в бой. - Илья Давыдов

Разведчик пожал плечами.

Ничего не могли ответить и девушки. Им показалось, что в ельнике находилось не более десяти немцев, которые убежали в село. Василий Сергеевич решил атаковать Пупково.

Приблизившись к селу, бойцы развернулись в цепь. Неожиданно с фланга, из того самого ельника, затрещали автоматные очереди. Лыжники залегли на открытом поле. Их спасали только белые маскировочные костюмы. А из Пулкова в это время стали выдвигаться новые группы фашистов с явным намерением обойти партизан. Положение наших бойцов еще больше осложнилось. И вот три смельчака — Александр Долгушин, Николай Шатов и Вася Горохов вскочили на лыжи и, стремительно перебежав открытое место, повели огонь по фашистам, засевшим в ельнике. Автоматные очереди Горохова и Шатова и снайперские выстрелы Долгушина заставили гитлеровцев на время замолчать. Воспользовавшись паузой, пулеметчик Кабир Абашев тоже переместился и, заняв удобную позицию, открыл огонь. Фашисты не выдержали и, выбравшись из ельника, бросились бежать. Лишь немногим из них удалось добраться до Пупкова. Повернули назад и те вражеские солдаты, которые спешили из села на подкрепление.

В этом бою проявил мужество и военфельдшер Евгений Мельников. Под сильным огнем противника он подогнал подводу и вывез с поля боя убитого партизана Людиновского отряда и тяжело раненного Ивана Чижикова. Затем подполз к Николаю Шатову и сделал ему перевязку...

Позднее удалось установить, что группа Пегова вела бой против маршевого батальона противника, который по пути на фронт останавливался на отдых в Пупкове. Так еще вдали от переднего края гитлеровцы не досчитались сорока солдат и двух офицеров. [159]

За отвагу, проявленную в бою, капитан Шестаков объявил перед строем благодарность Василию Горохову, Александру Долгушину, Николаю Шатову, Ивану Чижикову и фельдшеру Мельникову. Но возвратившись в штабную избу, он недовольно сказал:

— Как зайцев, могли пострелять вас!.. Василь, надо было как следует проинструктировать разведчиков!

Начальник разведки кивнул головой. Но комиссар ничего не ответил. Мне показалось, что он не согласен с командиром в оценке боя: мол, победителей не судят.

Очередную операцию силами взвода лейтенанта Головина успешно провели начальник разведки и начальник штаба. Совершив рейд за Десну, они выследили и разгромили вражеский обоз, захватили много скота, хлеба и уничтожили одиннадцать фашистов.

Замечательно прошла так называемая «Юбилейная» операция, которой командир решил ознаменовать месячный срок пребывания отряда в тылу врага.

По замыслу Шестакова, врагу нужно было нанести не только военное, но и моральное поражение. Поэтому местом действия он избрал поселок Сукремль, который фашисты считали неотъемлемой частью города Людиново.

В Сукремль ежедневно приезжали «сборщики продовольствия». Население презрительно называло их куродавами. На санях у них были установлены ящики с крышками, куда они складывали отобранных у жителей кур.

Но Шестаков решил сделать засаду не на куродавов, а на роту эсэсовцев, которая иногда выдвигалась в поселок для наблюдения за партизанским лесом.

Правда, на ночь фашисты не решались оставаться и убирались в город. Этим и решил воспользоваться капитан Шестаков.

Ожидание было томительным. На следующий день мы с Василием Васильевичем не выдержали и выехали Шестакову навстречу.

Стояло прозрачное и тихое утро. Март был уже на исходе, а зима будто и не собиралась уходить. Долго тогда мы с Василием Васильевичем, не снимая лыж, наблюдали в бинокли за Сукремлем, где Петрович притаился с засадой. [160]

В десять часов утра на улице поселка, выходящей к Людиново, послышалась густая стрельба. Треск автоматов и пулеметов иногда заглушался взрывами гранат...

Напрасно мы с Рыкиным старались что-нибудь рассмотреть. В бинокль видны были только крайние дома поселка. Хотелось вскочить и ринуться туда, где бой, на помощь друзьям.

Стрельба неожиданно оборвалась. Мы посмотрели на часы. Пять минут показались вечностью.

Что же произошло за это короткое время?

На рассвете взвод лыжников вошел в поселок и расположился тремя группами.

Ровно в десять часов к поселку сомкнутым строем подошла рота эсэсовцев. Позади нее двигался санный обоз.

Наша первая группа пропустила фашистов. Как только они подошли к домам, где засели две другие группы, капитан Шестаков, стоявший за углом, в упор выстрелил в офицера. Это был сигнал. Бойцы, замаскировавшиеся в укрытиях, открыли по гитлеровцам дружный огонь. Эсэсовцы в панике бросились назад. Но там их встретила свинцом первая группа, где находился с ручным пулеметом ефрейтор Кабир Абашев. Он-то и ускорил развязку боя. Когда небольшая горстка уцелевших фашистов стала бросать из огорода гранаты, пулеметчик кинжальным огнем заставил ее замолчать. Отличился и снайпер Александр Долгушин, прикончивший эсэсовца, который подкрадывался к командиру отряда.

На улицах поселка осталось более пятидесяти трупов гитлеровцев, в том числе офицер и четыре унтера. Тех, кто успел унести ноги, никто не считал. Но их, очевидно, было совсем немного. Партизаны погрузили на сани свои лыжи, захваченное оружие и умчались в лес. Напуганные фашисты людиновского гарнизона в течение двух суток не решались войти в поселок. Трупы их солдат все это время валялись на улице. Лишь на третий день, после минометного обстрела и тщательной разведки, два батальона гитлеровцев отважились войти в Сукремль.

Оккупанты распространили слух, что в район Людинова из-за линии фронта проникло крупное соединение Красной Армии и пыталось занять город. Но, мол, встретив сильное сопротивление в Сукремле и понеся большие потери, красные снова ушли за линию фронта. Сказка [161] сказкой, а мы от души радовались тому, что наш небольшой отряд показал такую исполинскую силу.

* * *

В конце марта «Славный» провел еще несколько боевых операций. Некоторые из них осуществлялись совместно с партизанскими отрядами Золотухина, Аксенова, Воробьева и Андрюшина.

Очень трудный бой пришлось выдержать однажды группе В. В. Рыкина и Жуковскому партизанскому отряду, которым командовал К. Г. Андрюшин. Он же руководил всей операцией.

Им была поставлена задача уничтожить железнодорожный мост на реке Ветьме между Жуковкой и Олсуфьево. Партизаны и раньше несколько раз пытались это сделать, но безуспешно. Мост усиленно охранялся. Теперь же Андрюшин надеялся на успех. Он полагал, что объект и система его охраны изучены хорошо, что даже силами своего отряда сумеет подавить огневые точки противника.

— Со взрывным делом только неважно, — пожаловался он Рыкину.