Поиски боевого мага - Сергей Бадей

– Кто?

– Ну, Хораст, твой дедуля…

– Вчера, вроде бы, были живы, – задумалась Аранта. – Только изредка вздрагивали и испуганно озирались, когда раздавался женский голос.

– Фу-у-ух! – облегченно выдохнул я.

– Рано вздыхаешь! – ехидно прищурилась Ари. – За тебя она тоже обещала взяться, когда в себя придешь. Говорит, что у тебя голова большая, а мозгов – кот наплакал!

– Кто? – подскочил я.

– Дарра Рассия, – уже откровенно оскалилась Аранта. – Она ко мне заходила. Я так понимаю, хотела посмотреть.

– И что?

Аранта засмущалась, щеки у нее порозовели.

– Сказала, что хоть на это у тебя ума хватило, – тихо призналась она.

– Значит, не безнадежен! – с удовольствием подвел я итог.

– Дубина ты, Колин! – с чувством изрекла Ари. – Дубина, покрытая драконьей чешуей! Это у меня ума хватило, а не у тебя! Понял?

Вот уж не ожидал, что меня будет встречать такое количество народу. Конечно же, тут были все наши ребята. Торчал среди них и Лешка. Тан Тюрон и Хораст, тан Хараг и танесса Лиола. Я увидел невозмутимые лица эльфов из Светлого леса. У самого крыльца стояла небольшая группка вампиров, которую возглавлял Аррахат. Я не сразу заметил дарру Рассию. Она стояла в отдалении. Но по тому, как взгляды драконов и старого вампира время от времени отдрейфовывали в ее сторону, можно было сказать, что она тут центральная фигура.

В тот же вечер я понял, почему ее так боялись остальные. Нет, она на меня не кричала и огнем не кидалась. Она вообще ни разу не повысила голос. Вот только почему мои волосы становились дыбом, а тело покрывал холодный пот?

Дарра Рассия четко дала мне понять, в чем заключалась моя глупость. По пальцам перечислила все моменты, когда я мог отправиться к праотцам. И пригрозила: если я буду продолжать в подобном духе, то меня заберут в мир драконов и в ближайшее тысячелетие никуда оттуда не выпустят. Что совсем мне не улыбалось, как вы понимаете.

Во время нашей беседы (для меня неприятной) никто (очень благоразумно!) нам не мешал и не отвлекал (на что я в тайне надеялся). Да права она была! Во всем права! Вот что меня добивало. Даже возразить было нечего. Впрочем, я бы и не решился возражать.

Вечером мы молча сидели в нашей беседке. Как-то не тянуло к разговорам. Невдалеке неспешно прошлись Тюрон с даррой Рассией.

– Во баба! – Тартак повертел головой от полноты чувств. – Моей мамане до нее далеко! Если перед ней сам тан Горий становится навытяжку…

– А мне она очень понравилась, – неожиданно призналась Гариэль. – Она же о нас беспокоится!

– Ну, предположим, она беспокоится о Колине, – счел нужным возразить Тимон.

– Не-а! – отрицательно мотнул головой Жерест. – О нас. Она вон даже меня по голове погладила, когда со мной разговаривала!

– Это когда она тебя по голове гладила? – изумился Фулос.

– Ну, когда просила больше ей не показывать, чему я тут научился, – признался рыжий.

– Ты бы у нее под это дело еще что-нибудь бы выпросил, – хмыкнула Морита.

– Что? – немедленно заинтересовался Жерест.

– Аранта, – заговорил весь вечер молчавший Алексей. – А твой дед что может?

– Ты о чем? – недоуменно спросила Ари.

Надо сказать, что Аррахат произвел на брата огромное впечатление. Леха, до этого знакомства считавший, что Багран Скиталец – идеал по части боевых искусств, несколько изменил это мнение.

– Ну, какими еще видами боя он владеет? – уточнил брат.

– Всеми! – убежденно ответила Аранта.

– Ну да? – недоверчиво прищурился Леха.

– А вот представь себе! Только я хочу немного уточнить. Он мой прадед, а не дед.

– Что-то он на прадеда не очень похож, – пробурчал брат. – Да и на деда, если подумать, тоже не тянет. А айкидо он знает?

– Знает, – улыбнулась Ари. – Чтобы снять все вопросы, я тебе вот что скажу. Аррахат последние тысячелетия регулярно бывает в реальности Земля. Он там изучает все новое, что касается боевых искусств. Более того, он сам дал начало некоторым экзотическим видам боя. К примеру, искусство парных клинков – это его заслуга.

– Не может быть! – подскочил Лешка. – Это же было очень давно!

– Ты уловил! – кивнула Аранта.

– Хм, я что-то рапиру у него в руках никогда не видел, – заметил Тимон. – Неужели он и этим благородным оружием владеет?

– Нет, он им в зубах ковыряется, вместо зубочистки, – огрызнулась Аранта. – Да тебя с твоим благородным оружием любой из клана разделает под орех.

– Да, – задумчиво пробасил Тартак. – Они верткие, заразы! Если сразу по нему палицей не прошелся, считай – покойник! Причем, что характерно, не он, а – ты.

– Дворянам невместно драться с вампирами! – заявил Тимон.

– Вот это ты им при случае сам скажешь, – посоветовал Харос. – Ты чего в боевые маги подался? Определять, с кем тебе вместно, а с кем невместно драться?

– Гы! – подтвердил Фулос.

– А эта дарра еще долго здесь пробудет? – опасливо покосился на прогуливавшуюся парочку Тартак.

– Чего это тебя так интересует? – пробурчал я, тоже взглянувши на драконов. – Есть новые идеи и планы?

– Ну… это… – замялся Тартак. – Не то чтобы там планы или идеи. Просто скоро осенние каникулы. Декаду надо же как-то провести…

– Не тяни, здоровый! – подскочил Жерест. – Что предлагаешь?

– Не торопи, мелкий! – отмахнулся Тартак. – Не уверен, что если она будет тут, то нам позволят.

– Ну, она, вроде бы, сегодня и собиралась домой, – припомнила Гариэль. – Она что-то такое говорила.

– А! Ну, это другое дело! – расслабился Тартак. – Тогда не помешают. Только об этом молчок!

– Да, о чем? – не вытерпел Тимон.

– Вот! – Тартак порылся в карманах и достал замусоленный листок пергамента. – «Летяшку» я от папана получил. Они какого-то мага-бытовика в горах прихватили. Заблудился человечек. Так он у моих работать согласился. Ну, за жратву, само собой.

– И что пишут? – светски спросил Тимон.

– А вот, – Тартак вчитывался в текст. – Гхыров маг, почерк не разберешь!

– Дай я! – предложила Морита.

– Сам! – отрезал Тартак. – Тут много личного… Вот! «…Ты, сынок, много где побывал и много где гостил. Вот мы и подумали, что же ты к себе своих друзей не приглашаешь?» …Ну, тут мои характеристики, это неинтересно… А! Вот! «…Приезжайте к нам в гости! Вождь Парут, сто гхыров ему в глотку, разрешил и пообещал, что с магами никто связываться не будет. Мол, себе дороже. Ты же знаешь, что красивее наших гор ничего на свете нет…»

Тартак сложил письмо и выжидательно уставился на нас.

– Так это что? – нерешительно переспросил Жерест. – Это нас приглашают?

Тартак кивнул.

– А они там петь не будут? – передернуло Фулоса.

– Гарантировать не могу, – пожал плечами Тартак. – Мы – народ певческий. Ты себе представить не можешь, как красиво в горах наши песни звучат.

– Что-то мне не особо и хочется, представлять, – пробормотал Тимон.

Глава 25

– Чем собираетесь заняться в эти десять дней?

Тан Тюрон пытливо всматривался в наши физиономии, подозревая (и очень правильно, между прочим) какой-то подвох.

– Я поеду к своим, в горы, – честно признался Тартак. – Не присоединитесь?

– Нет! Спасибо! – поспешно отозвался Тюрон. – Я преподаватель. Это у вас, оболтусов, каникулы, а мне надо работать.

– Мое дело предложить, – пожал плечами тролль.

– Хорошо. А остальные?

– Остальные тоже планируют по родственникам, – сделал честные глаза Жерест.

Он только не уточнил, по чьим родственникам.

– А, – кивнул Тюрон. – И то! Иногда надо отдохнуть друг от друга.

Тан Тюрон повернулся и пошел в сторону административного корпуса.

– Фууух! – выдохнул Тимон. – Я уже боялся, что он нас раскроет.

– Да никогда! – хмыкнул Жерест. – Если я умудрялся обвести вокруг пальца своего папашу, а он тот еще был мошенник, то что мне тан Тюрон! Главное, чтобы вы промолчали.

– Я не понимаю, почему мы должны делать из нашей поездки тайну? – сердито спросила Гариэль. – Нет, я, конечно, как все, но хотелось бы понять.

– О нас какое мнение у всех сложилось? – спросил Тартак, и тут же сам ответил на этот вопрос:

– Мы, тролли, тупые, драчливые, грубые и сильные типы. Так? Когда нас один (то есть я) – это еще не страшно! Но когда нас много, то лучше слиться со стеной и не отсвечивать. И то не гарантия, что уцелеешь!

– А разве нет? – поинтересовался Фулос.

– Вот! – удовлетворенно кивнул Тартак. – На самом деле – нет. Нам выгодно, чтобы о нас так думали. Это…

Тартак замялся, подыскивая определение.

– Стереотип, – подсказал я.

– Чего? – удивился тролль.

– Это устоявшееся мнение о чем-то или о ком-то, которое может быть и ошибочным, – пояснил я.

– Да! – согласился Тартак.