Катарсис Империи - Илья Модус

В том, что японцы высадятся под Артуром, я не сомневался. Эскадра в нынешнем ее состоянии не могла нанести японскому флоту, базировавшемуся на островах Эллиот, сокрушительный урон. Поэтому, как и в моей истории, следовало ожидать десанта под Бицзыво. Правда, Вервольф, Гарик и Вельхеор утверждали, что в этот раз гарнизон будет готов к встрече "гостей". Будущее покажет.

Но, наряду с ненадежностью пулеметов - патронная лента была матерчатая, поэтому частенько "клинила" (за этот экскурс в историю оружия - спасибо Малкольму) - сказывалась и их малая численность в артурских, да и в целом - в российской армии. Володя Помэ, на которого я возложил обязанности по контролю за ремонтом и возможным апгрейдом артурской эскадры, настоятельно предложил снять со всех кораблей крупнее миноносца, имеющиеся пулеметы с боезапасом. В линейном бою они уж точно были не нужны, а против малых кораблей врага существовала противоминная артиллерия.

Мой обобщенный циркуляр по эскадре, который, как мне уже рассказал самодержец Российский, надежно "захомутал" наместник, бесчинствующий в Артуре в мое отсутствие, включал в себя чуть ли не сотню предписаний, среди которых были и прямые приказы по поводу передачи армии не только пулеметов и их боезапаса, но и ненужной малокалиберной артиллерии, мельче 75-мм противоминного калибра. К сожалению, Алексеев дал наглядно понять, что такого выскочку как я он в расчет не принимает. А значит - каждое свое решение мне придется отбивать с кровью. Хорошо еще, этот придурок не сподобился на линейный бой с регулярно появляющейся перед Артуром японской эскадрой. Приказ Николая "На внешнем рейде корабли более не оставлять", наместник уже не мог проигнорировать. А вывести всю эскадру за одну большую воду, он не знал как.

Но, я снова ушел в дебри своих размышлений.

Касательно пулеметов. Англия одной из первых заявила о нейтралитете в русско-японской войне. А значит - обратиться к господину Максиму и закупить у него много-много пулеметов, мы уже не могли. Нарушение международного права-с. Да и если честно, жаба меня душила отдавать деньги за Ла-Манш.

Наиболее прагматичным выходом стал пулемет Мадсена, датского производства. Первый ручной пулемет завоевал себе большое уважение в русской армии, поэтому, я надеялся на пару лет ускорить его появление в России. Германия выступала посредником между Данией и нами в покупке двух тысяч ручных пулеметов Мадсена под русский армейский патрон.

Я не тешил себя мыслью, что все эти пулеметы попадут в армию до высадки 2-ой армии генерала Оку под Бицзыво. От силы - пару сотен поступит в Артур. Остальные же, что, кстати, будет более правильно, аккумулируются в Маньчжурской армии. Что даст им больше шансов поистрепать три остальные японские армии.

Недолго колеблясь, Вильгельм согласился закупить такой большой объем пулеметов через своих военных агентов. Опять же - мелкими партиями, этому оружию суждено прибыть на Дальний Восток.

Еще несколько часов мы обсуждали вопросы военных поставок. Хоть я и понимал, что мой заказ на тридцать новейших радиотелеграфов компании "Телефункен" - это несбыточная мечта, Вильгельм клялся, что при необходимости снимает недостающие с кораблей своего флота и передаст в Артур. Но, вдвоем с Николаем нам удалось уговорить кайзера не поступать опрометчиво. "Уступив", я снизил размах заказа до двадцати, заверив, что при необходимости, "Телефункен" получит еще один заказ.

Как только темы военной помощи исчерпали себя, начался второй, но не менее важный акт спектакля под названием "Личная встреча двух императоров".

Германский капитал довольно долго искал выход на российский рынок. Витте, будучи министром финансов, всячески мешал этому, мотивируя свое решение тем, что немецкие капиталисты скупят за бесценок наши предприятия. Конечно, Витте больше интересовало то, что сам он на этом никак не нагреется. Но, теперь, при поручительстве двух императоров, рождалась новая эра российско-германских отношений.

Мы посвятили Вильгельма о своих планах поиска и закупки в его стране оборудования для станкостроительных, металлопрокатных, сталелитейных и один бог знает каких еще заводов, рудников, приисков, промыслов. Конечно, закупить оборудование - это одно. А вот купить лицензию на производство такого же оборудования на территории России - это другое. Мне удалось убедить Николая, что потратив пару миллионов и закупив оборудование и лицензии, пригласи инженеров из-за рубежа, мы сможем наладить собственный выпуск таких же станков и приборов, необходимый уже нам для индустриализации Урала, Сибири и Дальнего Востока.

Нечего было и гадать о том, чтобы сделать это в период войны. В лучшем случае - в течение года-полутора после победы мы сможем наладить производство, а до этих пор - начать массово подбирать будущий персонал, проводить его обучение и стажировку, на действующих отечественных, а самых выдающихся рабочих, инженеров и руководство - на зарубежных заводах, производствах, верфях. Конечно, казне это влетит в копеечку. И, будем надеяться, добыча драгоценных металлов нам в этом поможет.

Я пока еще не говорил об этом Николаю, но бюрократический аппарат тоже придется реформировать. Но, это уже совсем другая история.

* * *

Почти час я провел в компании Бирилева и Бухвостова. Капитан "Александра", ровно, как и будущий первый морской министр оказались довольно интересными людьми.

Пока "Александр", бодро рассекая воды Балтики удалялся от острова, отсалютовав резво набирающему скорость "Адальберту", минуту назад попрощавшемуся с нами таким же образом, я грелся в уютной капитанской каюте.

Недолгого разговора на крыле мостика хватило нам троим, чтобы если не подружиться, то уж точно - не начать вражду. Недоверие и подозрительность Бирилева и подчеркнутый нейтралитет Бухвостова испарились, едва я взял слово перед самоваром.

Там, на мостике мы трое негласно осознали, что, несмотря на разницу в чинах и возрасте, мы имеем одинаковые взгляды на большую часть вопросов вокруг нас. Поэтому, по старой доброй русской традиции, мы решили сообразить на троих. Но, памятую предыдущий свой опыт ознакомиться со спиртным, а так же данный себе зарок, я, сославшись на рекомендацию врачей, отказался от добавки в виде коньяка в чай.

- Господа! Предлагаю для этого разговора опустить звания и чины. Мы, люди военные, в своей компании можем обойтись без протокола, - в подтверждение своих слов я снял китель и повесил его на спинку стула. Переглянувшись, Бухвостов и Бирилев последовали моему примеру.

- Вот и хорошо, - я изобразил улыбку. - Должен отметить, что чай у вас, Николай Михайлович, отменный!