Все мужчины её жизни - Ника Сафронова

– Ну полный отпад! – воскликнула Дорохова. – Очень романтичная, ностальгическая, а главным образом правдоподобная история! Ты сама-то, Чижова, понимаешь, какую чушь несешь? Уже оставь несчастных Битлов в покое!

– Да Оксанка, говорю тебе, эта легенда – самое то! Во внешности Кощея и Джона Леннона есть неоспоримое сходство!

– Послушай меня! Только не нервничай, ладно? Во внешности Кощея, судя по вашим рассказам, есть неоспоримое сходство с калужской Моной Лизой. Этого достаточно. Не нужно тревожить мировую общественность. Договорились?

– Ну, хорошо, – обиженным тоном согласилась я, – но «Ласковый май» из них мы тоже делать не будем. Я передумала. Дети-сироты на нашей эстраде уже были.

Мы еще немного поспорили, но так ни до чего договориться не успели.

Сначала нас прервал телефонный звонок. Это Дмитрий прорывался ко мне из далекой, кажущейся уже нереальной Москвы. С тех пор как мы побывали на озере, я понизила осветителя в звании. Сменила рингтон «ВИП-персоны» на новый. При выборе звонка для мужчин, с которыми я имела близкие отношения, я всегда руководствуюсь принципом полученных ощущений. Поэтому теперь Дмитрий жалобно выводил: «Я был когда-то странной, игрушкой безымянной…»

– Ой, Оксанка, как он мне надоел, ты бы только знала.

– Что, и подходить не будешь?

– Да ну его! Сейчас все деньги выговорит, а толку? Вот вернусь на родину – тогда и поговорим.

Не успел Дмитрий, потерявший терпение, отключиться, как раздались позывные Талова: «Усталость забыта…» В общем, сплошные скачки нон-стоп.

Я поспешно нажала на прием:

– Слушаю вас.

– Ало, Ирина, ну как вы? Долетели?

Судя по тону, Вероника находилась где-то рядом. Вот мерзавец! Мог бы уединиться для звонка.

– Да, Миша! Все хорошо. Даже в гостинице уже устроились.

Оксанка на это утвердительно прикрыла глаза и театрально разлеглась на нашей двуспальной кровати.

А Талов спросил:

– Как погода в Нижневартовске?

Я быстро прикинула в уме. В Тюмени в эту пору уже зачастую лежит снег. Там, плюс-минус, все то же.

– Ой, Мишенька, как раз стою у окна! Все белым-бело вокруг. Настоящая зима!

Я услышала, как Вероника требовательно сказала: «Спроси, когда они собираются встречаться с руководством компании!»

Но Миша вместо этого произнес:

– Ну что ж, Ирина, рад был слышать ваш голос. Не забывайте про нас, позванивайте время от времени. Лично мне вас с Оксаной очень недостает. Удачи!

И, не дослушав, что я скажу в ответ, отключился. Как странно. На Талова это совсем не похоже. Такое чувство, что в какой-то момент у него сдали нервы. Почему, интересно?

Мысли мои прервала Оксанка:

– Ладно, Чижова, пора собираться. Сейчас Сваровский поведет нас в самое сердце Нижнего Вартовска. – И тихонько пропела: – Вдребезги на Тауэрский мо-ост…

Мы похихикали. Оделись. Чуть-чуть обновили макияж и спустились в гостиничный холл.

Народ уже, вооружившись видео– и фотокамерами, отирался на выходе. Некоторые осаждали гида вопросами или своими претензиями относительно номера. Прочие же слонялись от стены к стене, без интереса разглядывая интерьерную живопись.

– Так, ну что, все в сборе? – отделавшись наконец от навязчивых туристов, воскликнул Сваровский. Оценил ситуацию пытливым взглядом, надеясь обойтись без подсчета, но все-таки пересчитал. – Вроде, все. Ну что ж, господа! Как уже было сказано выше, сейчас мы отправимся на двухчасовую пешую прогулку по историческому центру Лондона. Мы увидим Букингемский дворец с торжественной церемонией смены караула. Пройдем к Дому парламента, осмотрим легендарный Биг-Бен. Потом дойдем до Вестминстерского аббатства и закончим прогулку на Трафальгарской площади. После этого у нас будет обед. А дальше – по желанию. Кто хочет, может проехать со мной на Гринвичский холм, где, как известно, пролегает нулевой меридиан. Остальные могут прогуляться по городу самостоятельно. Да! Если кто-то планирует с самого начала отъединиться от группы, напоминаю: завтра в восемь утра встречаемся здесь же. В половине девятого за нами подойдет автобус, и мы начинаем движение на север страны. В Лондоне мы теперь окажемся не раньше чем за два дня до отлета. Такая вот программа. Вопросы есть?

– У меня есть вопрос, – тихо сказала Оксанка, так, чтобы, кроме меня, ее никто не услышал. – Он что, этот текст наизусть выучил? Почему ни разу не сбился?

Я же в это время вовсю переглядывалась с «тюбетейкой». Точнее, сама разглядывала его, но настолько откровенно, что ему ничего не оставалось, кроме как украдкой косить в мою сторону.

Сваровский сделал знак – и мы, как послушное стадо, отправились вслед за ним до ближайшего метро.

– Слушай! – осенило меня по ходу пьесы. – А может, нашего гида возьмем в переводчики? Денежку ему заплатим, я думаю, он не откажется.

– Да он по-русски-то двух слов связать не может. Представляешь, что он нам напереводит?

– Ну, все лучше, чем самим фразами мистера Рочестера сыпать!

– Согласна, – понуро отозвалась Оксанка, – но давай все же переводчика ближе к телу подыщем. У нас ведь до встречи еще целая неделя есть. Может, удастся найти кого-то получше?

Спустившись в метро, мы обнаружили, что часть группы, шедшая впереди во главе со Сваровским, уже благополучно удалилась за турникеты. И теперь издали помахивала руками. Мол, не волнуйтесь, господа, мы помним о вас! А что было делать нам? Куда совать эти треклятые фунты стерлингов, чтобы получить взамен проездные билеты?

Мы стояли у автомата, истерично тыкая в разные кнопки. Всплывали какие-то надписи, и в каждой из них мне мерещилось предупреждение об угрозе взрыва.

Тут к автомату по соседству подошли наши «гомы».

– Что, девчонки, подвисли немного? – впервые за все время улыбнулся старший. Он кинул в прорезь несколько монет, нажал цифру «2», потом на рыжую клавишу (я хорошо запомнила последовательность). И откуда-то из другой прорези выехал сначала один, а за ним и другой билет. – Держите!

– Это что, нам? – всплеснула руками я. – Боже мой! Кудесник!

На этих словах щека «тюбетейки» отметилась ямочкой.

– Спасибо вам, ребята, огромное! – поблагодарила Дорохова. – Мы бы без вас до второго пришествия разбирались.

– Не за что, – сделавшись опять надменным, ответил наш избавитель. Купил проездные для себя и для «тюбетейки» и, легко приобняв, стал его уводить.

– Ну? – съехавшим набекрень ртом процедила Дорохова. – Есть еще вопросы?

В дальнейшем, блуждая по улицам города, мы общались преимущественно таким вот манером. Парни всерьез угодили в поле нашего зрения. И мы, вместо того чтобы слушать о Лондоне, примечали нюансы, подтверждающие наши догадки.