100 великих полководцев древности - Алексей Шишов

После поединка вождей началось общее сражение. Сирийская армия одержала полную победу над македонцами, и Селевк Никатор на правах победителя присоединил к своим владениям сатрапию Лисимаха.

Так в 281 году до н. э. после гибели диадоха Лисимаха Селевк оказался единственным оставшимся в живых из полководцев великого завоевателя Александра Македонского. Теперь он стал правителем почти всей Малой Азии.

У царя Селевка I были далеко идущие планы. Он решил подчинить себе помимо Малой Азии еще и эллинский мир. Для начала Селевк Никатор вознамерился завоевать Фракию и Македонию – государства на европейской территории, к северу от Эллады. Затем должна была наступить очередь греческих городов-государств, ослабленных в постоянных междоусобных войнах друг с другом.

Царь Селевк Никатор собрал сильную наемную армию, основу которой составляла греческая пехота и многочисленный флот. Во главе этих сил он выступил в поход, оказавшийся для него последним. Управление своим огромным царством он возложил на сына Антиоха.

Подойдя к Геллеспонту (проливу Дарданеллы) многотысячная царская армия беспрепятственно переправилась на судах на европейский берег. Казалось, что все складывалось весьма удачно, поскольку ни фракийцы, ни македонцы не могли собрать значительные силы. Но Селевку «Победителю» не удалось осуществить задуманное – он был предательски убит.

Основанная им эллинская династия Селевкидов правила огромным царством к востоку от Греции после смерти Никатора более двух столетий – до 64 года до н. э. Однако ни один из наследников царя Селевка I не мог сравниться с основателем династии. В дальнейшем Селевкиды постепенно утрачивали свое могущество и владения.

Агафокл Сиракузский

Царь африканский, вошедший в историю мира со словами «сжечь за собой корабли»

Морской берег в Сиракузах

Чтобы стать рискованным полководцем в подражание другим, совсем не надо быть великим победителем. Для этого надо прославиться авантюрной операцией, построенной и на здравом смысле, и на редкой для военных вождей решительности в, казалось бы, неадекватных поступках на войне. Именно таким человеком смотрится в истории Древнего мира Агафокл Сиракузский.

Город Сиракузы, столица греческих колоний на острове Сицилия, в своем противостоянии могущественному Карфагену «не беднел» на искусных военных вождей, прославлявших собой эллинский мир. К началу новой войны между Сиракузами и Карфагеном, в 315 году до н. э. власть в городе захватил тиран Агафокл.

По всем свидетельствам, это была личность незаурядная, поскольку из простого горшечника он со временем превратился в «царя сицилийцев», обладавшего немалым опытом начальствования над воинами. Агафокл Сиракузский относился к числу тех правителей города-государства, которые стремились совсем изгнать карфагенян с благодатного от природы острова.

Впрочем, сиракузскому тирану не пришлось долго ждать для этого удобного случая. Карфагенская армия в 311 году до н. э. во главе с испытанным полководцем Гамилькаром двинулась через море на полное завоевание Сицилии. Карфаген уже владел немалой частью западного и южного побережья острова, и теперь был не прочь подчинить себе местные племена в центральной части Сицилии и греческие колонии на восточном берегу. Главное препятствие в этом виделось в Сиракузах.

Очередная война в центре Средиземноморья началась с поражения сиракузцев и их союзников в большом полевом сражении под Гимерой. После этого последовала почти двухлетняя осада города-крепости Сиракуз, которая несла в себе известные тяжести для осажденных сицилийских греков.

В это казалось бы тяжелое время войны тиран Агафокл решился на удивительно рискованный шаг городского полководца. Пока большая неприятельская армия безуспешно осаждала Сиракузы, он решил перенести боевые действия… на север Африки. Агафокл Сиракузский задумал поднять там против Карфагена подвластные ему племена и с их помощью разгромить векового противника греческих Сиракуз. Такой план был достоин восхищения современников и потомков.

Тирану Агафоклу удалось собрать армию в 14 тысяч воинов-греков (только часть из них была сиракузцами), посадить ее на 60 кораблей и отправиться в Африканскую экспедицию. Хотя на море у Сицилии господствовал карфагенский флот, который бросился в погоню за вражеской эскадрой, однако мореходы-греки оказались искуснее экипажей кораблей Карфагена.

Сиракузской экспедиционной армии удалось на шестой день высадиться на берег Африки. Прибыв на место, Агафокл сумел убедить греческих воинов в необходимости сжечь корабли, на которых они прибыли в карфагенские владения, чтобы исключить всякую мысль об отступлении или бегстве назад. С тех пор и появилось широко известное выражение «сжечь за собой корабли».

Двигаясь вдоль морского побережья на запад, сиракузская армия стала захватывать один карфагенский город за другим. Был взят и богатый торговый город Тунис, в котором сицилийские греки взяли богатую добычу и захватили немало кораблей, стоявших в гавани и не успевших ее вовремя покинуть. Опустошались поместья богатых землевладельцев.

Только после этого власти Карфагена поняли, что опасность близка и она более чем серьезна. Война пришла под стены города-столицы. До этого Африканская экспедиция греческого войска и планы Агафокла Сиракузского в Карфагене воспринимались чистой авантюрой, тем более что сам город-крепость Сиракузы находился уже в долгой осаде.

В Карфагенском государстве принимаются все возможные меры и не жалеют денежных, материальных средств для формирования новой армии, поскольку старая все еще находилась на Сицилии. Возвратить ее в случае необходимости оттуда в скором времени не предвиделось.

Всего карфагенским властям удалось набрать около 40 тысяч тысяч пеших воинов, в своей массе легковооруженных, одну тысячу всадников и две тысячи боевых колесниц. То есть набранная (наемная) армия численно превосходила войско сицилийских греков чуть ли не в три раза.

Однако вывести свою новую армию карфагенским военачальникам в поле для битвы не пришлось: тиран Агафокл Сиракузский сам осадил город Карфаген. К тому времени он объявил себя «царем африканским». Но местные племена не торопились признавать незваного пришельца своим законным властелином. Вполне вероятно, возьми Агафокл Карфаген, такое признание, подкрепленное силой оружия, вполне могло состояться.

После этого очередная карфагенско-сиракузская война разбилась на два нешуточных очага ожесточенной борьбы. Борьба сторон за крепостные города Карфаген и Сиракузы прожолжалась до 306 года до н. э. и успеха не имела. Если, разумеется, не считать взаимного опустошения чужих захваченных территорий.

В конце концов воюющие стороны, потеряв всякую надежду на успех в затянувшейся осадной войне, заключили между собой мир при условиях сохранения за собой прежних владений в Сицилии. Тиран Агафокл Сиракузский возвратился домой победителем, и сицилийские греки еще долго называли полководца «царем африканским». Известность его в эллинском мире была огромна.

Пирр Эпирский

Племянник Александра Македонского, подаривший истории «Пиррову победу»

Пирр Эпирский

Война балканского Эпирского царства с Древним Римом длилась долго – с 281 по 272 год до н. э. Если со стороны римлян армией командовали то одни, то другие консулы, противник же у них был всегда один – эпирский царь Пирр, племянник Александра Великого (или Македонского), убежденный поклонник полководческого таланта своего дяди.

У этого человека была удивительная судьба. Он дважды был царем Эпира: в 307–302 годах и в 296–273 годах до н. э. В первом случае он лишился трона в ходе восстания местных племен молоссов. Пристав к Деметрию Полиоркету, воевал в Греции, отличившись в 301 году до н. э. в сражении при Ипсе.

Возвратив себе эпирский престол, Пирр потратил много сил и энергии для расширения своего царства. Результатом его военных походов стало завоевание островов Керкира и Леакада, греческих областей Акарнания, Амбракия и других. В 287 году до н. э. он семь месяцев удерживал власть над Македонией.

В конце III столетия до н. э. Рим, продолжавший свои завоевания на Апеннинах, устремился в Южную Италию. Его экспансия встревожила многие местные греческие колонии и одна из них, город Тарент, объявивший войну Риму, в 281 году до н. э. призвала на помощь воинственного царя Эпира. К тому времени Пирр уже набрался воинского опыта, сражаясь то там, то здесь в Элладе.

Когда Пирр, получивший такое приглашение, дал свое согласие, война на итальянском юге уже началась. Осенью 282 года до н. э. перед Таренто появилось десять римских военных кораблей. Этим обстоятельством самым грубым образом нарушалось условие заключенного в 301 году до н. э. договора, в силу которого ни один римский корабль не имел права заходить далее Лацинийского мыса.