Привратник: 2. Дороги призраков - Кристофер Голден

И вот появился Ричард, разодетый в бархат и шелк, с мужественным подбородком и проникающим прямо в душу взглядом. Он только посмотрел на нее, и она почувствовала, как огонь пробежал между ними; это было больше, чем просто физическое влечение, – это

было влечение душ.

– Я создана для тебя, – прошептала она, когда они гуляли под пристальным оком ее кормилицы. – Мое предназначение – выйти за тебя замуж.

– Я тоже чувствую, что создан для тебя, – ответил он. Тогда же он признался во всем. Рассказал о своем

возрасте, своих исследованиях в области сверхъесте shy;ственного и, наконец, о своем предстоящем отмщении колдуну Фулканелли. И с каждым новым признани shy;ем она все больше убеждалась, что само провидение послало ее в его объятия. На свадьбе она плакала от

счастья.

Но счастье это стало безмерным, когда она узнала,

что ждет ребенка.

А теперь… все кончено.

– Алессандра, – сказала она, стиснув зубы, так как новый приступ боли пронзил все тело. – Что бы ни случилось, спрячь его.

– Синьора, ничего не случится, – нерешительно сказала Алессандра, потом добавила: – Но я сделаю то,

о чем вы просите.

Совсем рядом послышался стук копыт, и она в знак согласия молча кивнула головой.

Боль… невыносимая боль… наконец, жалобный крик новорожденного младенца. И шепот Алессандры над ухом:

– Он очень маленький, но вполне сформировав shy;шийся. Я думаю, он выживет.

Цокот копыт уже в коридоре. Дверь, распахнувши яся от сильного удара. И склонившийся над ней демон с искаженным от ярости лицом.

– Где этот ублюдок Рене, заполнявший твое нутро? Джулиана вскрикнула. То был сам Фулканелли.

Она узнала его – недаром муж столько раз рисовал это лицо с отталкивающими чертами и пронзительными кристально-голубыми глазами.

– Ты опоздал. Мой ребенок мертв, – прохрипела Джулиана, глотая слезы. – И я скоро последую за ним.

Его ярость дошла до предела. Он поднял высохшую левую руку и, повернув запястье, наполнил спальню леденящим беснующимся ветром, пронзившим Джу shy;лиану до костей.

– Скажи, где твой ребенок, – Фулканелли склонил shy;ся над ней, – и я буду милосерден.

Джулиана едва подавила крик, когда что-то острое пронзило ей грудь. Она подумала, что это нож, но, опу shy;стив глаза, не заметила ни пореза, ни раны. Нестерпи shy;мая боль не прекращалась.

– Он умер, – прошептала она, молясь, чтобы слово не обратилось в дело. – Он слишком рано родился.

Дьявол прикрыл глаза, и в первый раз у нее мельк shy;нула надежда. Если он знал о ее беременности, то, воз shy;можно, поверит ей. Ребенок действительно родился раньше срока. Но все же Алессандра считала, что он будет жить.

Конечно, этого она никогда не скажет Фулканелли.

– Где тело? – очнулся он.

Слезы заливали ей лицо.

– Я не знаю, – прошептала она. – Они забрали его, чтобы облегчить мои муки. Его окрестили и потом унесли.

– Где священник? – спросил волшебник.

– Что? – Поняв, что ее могут уличить во лжи, она задрожала от ужаса. Ведь они могли покарать смертью отца Лоренцо, служившего мессу на вилле раз в неде shy;лю, а,остальные шесть дней проводившего в городе.

– Где священник?

– Он уехал. – Она зажмурилась. – Пожалуйста, синьор, я так устала, и меня постигло такое горе. Мне нужно отдохнуть.

Он ударил ее по лицу.

Люди в плащах с капюшонами втолкнули в комна shy;ту горничную, кухарку и трех других служанок Джу shy;лианы, швырнув их, рыдающих, на пол.

– Убейте старуху, – бесстрастно произнес Фулка-

нелли.

– Нет, стойте! – вскрикнула Джулиана, приподни shy;маясь на локтях.

В ужасе смотрела она, как один из мужчин схватил Консетту и запрокинул ей голову. Другой прислужник с быстротой молнии выхватил из рукава стилет и пе shy;ререзал несчастной горло.

Кровь брызнула на двух прислужников.саму Джули shy;ану и лежавших на полу женщин, которые подняли страшный крик. Но на Фулканелли не попало ни капли.

– Где наследник Рене? – заорал он. – Говори, или всех в доме перережут!

– Умер, – рыдала Джулиана. – Он умер.

Тогда Фулканелли приказал мужчинам, чьи плащи пропитались кровью:

– Убейте молодую.

– Нет, нет! – визжала горничная, когда они подня shy;ли ее на ноги. – Синьора, умоляю вас, скажите им!

– Что им сказать? – в отчаянии спросила Джулиана. Горничная долго не могла отвести от нее глаз. По shy;том она заплакала и застонала.

– Скажите им, что он умер, – потерянно пробормо shy;тала девушка.

Резня в спальне Джулианы продолжалась несколь shy;ко минут. Потом приспешники Фулканелли стащили ее с кровати и вывели во двор, где были уничтожены все, кто находился на вилле: одних убили люди в пла shy;щах с капюшонами, которые приехали с Фулканелли, других разорвали в клочья монстры, материализовав shy;шиеся из воздуха. Джулиана стала свидетельницей того, насколько он могуч и всесилен. Она вынуждена была наблюдать за тем, как одних ее слуг пожрал огонь, а тела других рассыпались, словно стекло, от одного движения запястья Фулканелли.

Мужчины, мальчики, девочки – все без разбора. Они с воплями принимали свою смерть, умоляя синь shy;ору о спасении.

Но она не спасла. Не могла. И никто из тех немно shy;гих, кто знал о том, что ее ребенок жив, не выдал ее.

Алессандру не нашли, и в сердце Джулианы вспых shy;нула надежда.

Ничего не добившись, прислужники Фулканелли вскочили на спины призрачных лошадей и ускакали галопом. Только один остался позади хозяина, держа под уздцы его лошадь.

Фулканелли повернулся к Джулиане и погладил ее

по щеке.

– Ты была права. Ты скоро умрешь от потери кро shy;ви, – сказал он.

– И предстану перед Матерью Божьей, а тебя ждет Преисподняя, – прошептала она.

Он рассмеялся и плюнул ей в лицо. Его слюна, из shy;дававшая запах могильной гнили, оставила след на ее коже.

– У меня заключен договор с Дьяволом, – сказал он, – в котором говорится, что наши враги будут стра shy;дать всегда, когда представится такая возможность. Твой муж сильно опечалился бы, узнав, что ты умерла сразу после рождения ребенка. Однако это удел мно shy;гих женщин. Такова жизнь. – Он бросил на нее злоб shy;ный взгляд. – А вот если бы он узнал, что тебя замучи shy;ли до смерти, медленно и со знанием дела, пока он те shy;шит себя бесплодной затеей, тогда, думаю, он был бы вне себя от горя. Как ты думаешь, кто послал ему это письмо?

Он поднял руку с листами бумаги.

Весь дом поглотила тьма. У Джулианы перехва shy;тило дыхание, ее горю не было предела. Что-то при shy;близилось к ней сзади. Что-то ужасное. Холодное,

как могила.

– Прощай, – самодовольно заявил Фулканелли.