Влюбиться в босса за 13 секунд - Эллин Ти

этим надо пользоваться, — улыбается она, но я все еще понимаю, что эта улыбка не очень искренна. Надеюсь, дело все-таки в родителях, а не в чем-то другом, о чем она предпочла промолчать, а не рассказать мне. Нужно будет сесть и нормально с ней поговорить о том, что если у нее есть какие-то проблемы, то все, что нужно сделать ей для их решения — рассказать мне. Пусть эти проблемы станут моими, а я разберусь.

— Пойдем?

— Да, — снова улыбается и кивает. Мы забираем цветы и бутылку и подходим к дому. Большой, красивый, сделан явно со вкусом, наверняка тут трудились лучшие дизайнеры. Я тоже хочу дом. Но мне и в квартире-то одному места много, вою от пустоты и одиночества, куда мне дом? Построю, когда заведу семью. Решено.

Мы входим без проблем, слава богу Арина знает код, родители не скрывают его от дочери, что уже плюс. Вообще в нашей с ней ситуации любое даже крошечное “хорошо” это плюс, потому что минусов в общении Арины с родителями настолько много, что хвататься надо за все хорошее.

Большая прихожая встречает нас пустотой и даже тишиной и я уже случайно думаю, что, возможно, ужин решено было отменить, но нас забыли позвать? Но нет, через минуту выходит домработница, очевидно, и на мое удивление улыбается при виде Арины и даже приобнимает ее за плечи. То есть, тут отношения теплее, чем с родной матерью, восторг просто.

— Ариночка, как давно тебя не было! — говорит она ей. — Чуть не забыла, как ты выглядишь.

— Любовь Викторовна, да вы же с самого детства почти со мной, не забыли бы.

— Правду говоришь, не забыла бы. Как дела твои?

Они болтают и я понимаю, что домработница и правда была Арине сильно ближе родной матери. Это так странно и дико, что я не нахожу слов для этой ситуации, а просто стою рядом и сжимаю пальцы Арины в своей ладони, надеясь передать ей все свое тепло и спокойствие. Я и правда как удав. Даже если они будуь пытаться меня укусить, мне настолько все равно… Главное, пусть не трогают Арину, а остальные удары я отобью.

— Ну неужели, — справа звучит голос вечно-недовольной женщины и я чувствую, как рука Арины в моей моментально напрягается. Вот это приветствие любимой дочери, конечно. Еще хуже не могла придумать? — Мы уж думали, ты забыла, где твой дом и где живут родители.

— И тебе привет, мама, — устало говорит Арина. — В дом пригласишь, или нерадивой дочери на коврике лучше остаться?

Она не собиралась язвить, но совершенно точно у нее просто сдали нервы. Потому что невозможно постоянно только впитывать негатив и издевательства, рано или поздно это должно рвануть.

— На какой замечательной ноте ты входишь в дом, — фыркает ее мама.

— На такой же ноте, на которой и ты нас встретила. Цветы примешь, или и букет для тебя не такой?

Я усмехаюсь, даже не скрывая этого и протягиваю букет кремовых ранункулюсов (я еле запомнил название в цветочном) ее матери, получая полу-недовольный взгляд в свою сторону.

— Красиво, спасибо. Я приму.

— Неужели, — шипит Арина. Я приобнимаю ее за плечи и наклоняюсь к ушку:

— Не жести. малышка. Давай спокойно поужинаем и свалим.

— Спокойно не выйдет, — пожимает она плечами и я понимаю, что ее слова несут в себе абсолютную правду. — Потому что меня они уже разозлили.

— Ну… тогда дай бог им здоровья пережить этот день, — улыбаюсь я и целую ее в щеку. — Покажи им всем класс. Как умеешь. А я буду рядом на подхвате и увезу тебя отсюда в любую секунду, как только скажешь.

Глава 33. Арина

—... и ты все-таки работаешь секретаршей в свои годы, вместо того, чтобы получить нормальное образование и заняться семейным бизнесом со своей матерью.

— Ты так говоришь, словно мне шестьдесят и я разношу кофе по офису, — усмехаюсь, лопая вкуснейшие креветки, приготовленные явно не мамой. С готовкой она на “вы” и по отчеству, ее максимум — нажать на кнопку кофемашины, чтобы выпить утренний кофе. — И да, я все еще не секретарша. И да — образование архитектора — это очень престижно. Но тебе, как и всегда, плевать.

Пожимаю плечами. Мы с Ильей Александровичем слушаем весь этот бред уже больше часа, но она даже не думает останавливаться. Идет на рекорд. Глупо было верить, что она посмотрит на Илью и отстанет от меня, ведь она всегда была убеждена, что надо выйти замуж за богатого мужчину и тогда тоже все будет хорошо. Но, очевидно, она так сильно любит ко мне придираться, что даже богатый муж не помог мне избавиться от сотен нравоучений и причитаний. Я пытаюсь абстрагироваться, потому что иначе с этого ужина я поеду прямиком в психиатрию залечивать душевные раны.

— Я говорю только то, о чем знаю. Погоня за мнимой правильностью тебя погубит.

— Меня погубило бы, если бы я пошла у тебя на поводу. Кем бы я стала? Силиконовой куклой, у которой от гиалуронки не закрывался бы рот? Купила бы себе карманную собачку, обесцветила волосы до ужасного состояния, лишь бы были белее белого и целыми днями листала бы журнальчики о моде. А единственной проблемой в жизни считала бы ту, что количество каблуков не соответствует количеству сумок.

— Ты дерзишь, — включается папа. Спасибо, любимый папочка, что все, что ты можешь говорить за этим чертовым ужином — это очередные придирки ко мне.

— Я нарочно, — говорю правду.

Илья уже минут десять разговаривает с кем-то по телефону. Он человек супер-занятой, я и так отвлекаю его слишком часто. Но даже на расстоянии я чувствую его поддержку и поэтому нахожу в себе силы отвечать на все эти нападки. Вернется — попрошу его уехать. Я, конечно, стану еще более неблагодарной дочерью, но, с другой стороны, хуже уже точно не будет, а терпеть все это я больше не намерена.

— Дочь!

— Ну что, пап?! Спасибо, что ты всю жизнь занимаешь ее сторону. И если раньше ты хотя бы просто молчал, то сейчас даже не скрываешь того факта, что тебе на меня плевать. Она же просто меня унижает, она не принимает ни одно мое достижение! Я вообще дочь