Чёрный фимиам (СИ) - Алена Харитонова

весьма резко осаживали, если с ними обращались неподобающе. Да и сама Аурика за немногие часы их встреч охотно пользовалась своей властью. Но теперь что-то изменилось.

Тем временем многоликая взяла спутника за руку и повела прочь от фонтана.

— Я знаю, тебе скучно со мной, — серьёзно сказала она. — Но я всё равно не выбрала бы другого. Я встретила тебя, когда мне было одиннадцать. И увидела нас вместе. Знала: не Ири твоя судьба. Это было самое первое, что я смогла разглядеть.

— Ты… рассказала об этом Старшим женам? — осторожно уточнил Стиг.

— Нет. Я никому не рассказала. Не обязательно говорить всем то, что касается двоих. К тому же я была слишком мала. Скорее всего, мне бы просто не поверили. А тебя уже выбрала Ири.

— Аурика, — мечник остановился и взял многоликую за плечи, — то, что я скажу, очень важно. В Миль-Канасе в последние дни происходят странные вещи. Странные и небезопасные. Я поговорил с братом. Теперь, когда будешь выходить в город, тебя будут сопровождать четверо мечников. Ничего не бойся. Просто слушайся их, хорошо?

— Хорошо, — покладисто ответила она. — Тогда разреши мне пойти на встречу с Чужаком. Вы скоро увидитесь. Возьми меня с собой.

Стиг онемел и не сразу нашёлся что сказать. Значит, он всё-таки отыщет этого человека? И не просто отыщет, но и уговорит на встречу? Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы заговорить снова.

— Это не очень хорошая мысль, госпожа моя, — как можно мягче произнес мечник. — В первый раз, когда мы его встретили, он сильно разозлился на Энаю…

— Я — не Эная, — так же мягко, но при этом непреклонно сказала девушка. — Мне нужно там быть вместе с тобой. Я это видела.

— Тогда об этом следует сообщить Старшим женам, — заключил собеседник.

— Я не хочу, чтобы…

— Аурика, — прервал её мужчина, — мне не нравятся тайны и недомолвки. Ещё меньше я хочу потакать обману. Если ты идёшь в город на встречу с Чужаком вместе со мной, об этом должны знать Старшие жены. В противном случае ты останешься в Храме.

Собеседница насупилась.

— Таков порядок, — напомнил Стиг.

— Ты всегда следуешь порядку? — сердито спросила она.

— Порядок — основа всего. Я стараюсь его соблюдать и как можно реже нарушать. Тебе советую поступать так же.

Девушка фыркнула.

— Лучше скажи: почему ты не хочешь говорить Старшим женам? — мечник внимательно смотрел ей в глаза. — В чём причина? Это же твои наставницы.

— Если я скажу Старшим женам, они ответят, что моё предсказание не имеет силы и может быть случайным видением. Начнут кудахтать и никуда не пустят! — она всерьёз разозлилась.

Стиг вздохнул:

— Это ещё почему? С чего бы им сомневаться в твоей способности к предвидению?

— Потому что… — девушка смешалась. — Потому что моим предсказаниям не полагается сбываться постоянно. А может, и вообще не полагается сбываться.

Мечник смотрел на собеседницу с явным недоумением:

— Почему?

Аурика вдруг расплакалась, да так, что слёзы брызнули из глаз:

— Потому что моя мать была никакая не многоликая! Не храмовая дева! И Старшие жены это знают! Потому мне не верят! Я вижу мерцание, но все мои предсказания касаются только меня самой. Я бесполезна, когда плетут Сеть. Мне она показывает чепуху. Все считают меня глупой и никчёмной! А с глупых и никчёмных какой спрос?

Она горько рыдала, размазывая по лицу слёзы. Стиг обнял девушку за трясущиеся плечи:

— Твои предсказания сбываются. Я нашел старика, купившего двух коней вместо пяти. И мы не поймали Чужака после боя, как ты и сказала. Возможно, всё дело в том, что ты ещё очень юная и плохо умеешь толковать свои видения?

Она обняла его, уткнулась лицом в грудь и безутешно всхлипывала.

— Кем бы ни была твоя мать, ты — многоликая. Простые люди не видят твоего истинного лица, и ты способна заглядывать в будущее. Но если разрешишь дать совет, то я бы советовал не идти всем наперекор. Это только добавляет трудностей.

Она хлюпнула носом и, пряча от него лицо, поспешно вытерлась паволокой, которой покрывала волосы:

— Не смотри на меня, я зарёванная…

— Хорошо, не буду, — он тактично отвернулся, давая девушке возможность продышаться и успокоиться.

Драгова сила, ну почему, почему она выбрала не Карая?!

* * *

В кромешной темноте Нелани была почти неразличима. Она дремала, забросив длинную ногу на Сингура и вытянувшись вдоль его тела.

— Ты быть чудо, посланный Небо… Один ты хватать, — пробормотала шианка в мужское плечо, прежде чем задышать спокойно и ровно.

Сингур не понял, что значат ее слова, лишь погладил шелковистую спину. Он не спал. Лежал, незряче гладя во мрак. В комнату не заглядывала луна. Ночь выдалась облачной. Горячее дыхание Нелани щекотало кожу, за окном мягко шелестели листья… Сингур слушал сперва дом, потом сад и улицу. Он не понимал, что мешает ему уснуть в мягких объятиях женщины, разметавшей по подушке длинные кудрявые волосы. Не понимал и прислушивался к темноте.

Ночь была тихой-тихой.

А потом где-то очень далеко послышались шаги. Тоже очень тихие. Обычные прохожие так не ходят. Крались — Сингур прислушался — четверо. Мужчины. У женщин походка легче. Эти же ступали осторожно, но тяжело. Не разговаривали.

Нелани на его плече сладко вздохнула.

Сингур мягко прижал ладонь к ее губам. Это было лишнее. Крадущаяся четверка еще далеко и точно ничего не слышит, но он действовал так, как привык — излишне осторожно. Эта излишня осторожность не раз спасала ему жизнь.

Шианка мгновенно проснулась. Белки ее огромных глаз блеснули в темноте, которая теперь стала для Сингура серой и прозрачной.

Он сказал едва слышно:

— Тихо.

Девушка кивнула и торопливо отстранилась, видимо, почувствовав, как напрягся лежащий рядом мужчина. Он не шевелился. Лежал, по-прежнему глядя в темноту.

Шаги приближались. Четверо крались вдоль домов. Двое — с одной стороны улицы, двое — с другой. Вот едва слышно звякнул засов на калитке. Пошелестели виноградные лозы, когда их задела открывшаяся дверь. Двое вошли в маленький садик и, по-прежнему очень тихо ступая, направились по короткой мощеной дорожке к крыльцу.

Сингур мягко отодвинул Нелани в угол огромной кровати. Шианка все поняла без слов и сжалась там, подтянув ноги к груди.

Пришедшие возились с входной дверью: осторожно просунули в щель клинок и плавно, стараясь не издать ни звука, подняли металлический засов. Сингур слушал. Догадается ли кто из четырех остаться под окном? Нет. Все зашли в дом друг за другом. Не суетились, чтобы ненароком что-то не задеть: темень для обычного человека стояла кромешная.

Первый незваный гость прошел