Три менялы - Лариса Васильева

Они продолжали бороться, их лица оказались совсем близко, оба вдруг замерли и некоторое время напряженно смотрели друг другу в глаза…

И тут Матильда почувствовала какое-то необычное напряжение в низу живота, словно там что-то набухало, и от этого по всему телу прокатилась волна невыразимо приятного ощущения. Такого она еще никогда не испытывала, ей хотелось глянуть, что же там у нее внизу происходит? Тут же поняла, что это такое, и от этой мысли напряжение усилилось, ее просто распирало, кровь пульсировала, в голове зашумело. Матильда отпустила руки своего двойника, и он тут же неловко обнял ее, жарко прильнул к ее рту губами. Было так странно видеть близко от себя свое лицо, словно целовать зеркало, но тем более странно было бы бороться с самой собой. Она закрыла глаза… Поцелуй оказался на удивление волнующим. Оказывается, она умеет так хорошо целоваться. Или это он? Хотелось продолжения. Сергей отпрянул, и Матильда сразу глянула вниз, что там творится? Брюки заметно вздувались, он заметил ее взгляд и расхохотался:

— Ага, сейчас ты узнаешь, каково терпеть мужику! Вот назло бы сейчас не дал тебе, но только уж больно самому хочется испытать все… Давай, расстегивай куртку.

Сам сбросил куртку на снег, и Матильда, словно загипнотизированная, послушно расстегнула свою. Подумала о том, что сейчас произойдет, и напряжение стало еще большим. Господи, как же они ходят!

— Замерзнем…

— Я тебя согрею… Да ты можешь все не снимать, достаточно только молнию расстегнуть.

А сам быстро раздевался. Со стороны это была странная картина — любовники, не глядя друг на друга, осматривают свои тела. Особенно удивительно вела себя женщина — она сняла бюстгальтер, провела руками по груди и застонала:

— О, класс… Я бы всегда сам себя ласкал… и не нужен был бы никто, уйди, противный! — женщина бросила взгляд на своего партнера: — А я не плохо смотрюсь, со стороны это выглядит довольно внушительно!.. Ну что же ты? Давай, проявляй инициативу, а я буду кокетничать и отказываться…

Матильде было не до шуток — сейчас все ее существо сосредоточилось в одной точке, там, где так сильно пульсировала кровь. Казалось, еще немного и она просто взорвется. Сейчас она ни о чем больше не могла думать.

— Давай скорее…

— То-то же, а как насчет предварительной ласки? Нет уж, дорогой, разогрей меня сначала…

— Прекрати, потом будешь издеваться…

Никогда еще Матильда так не жаждала другого человека, она протянула руку… Сергей тоже больше был не в силах глумиться и привлек ее к себе. Матильда непроизвольно сделала движение бедрами и застонала от наслаждения.

Потом они лежали, переводя дух, на его куртке, а холодный воздух остужал их разгоряченные тела.

— Вот это да! Здорово!

— Насколько все же мужикам приятнее заниматься сексом! Как мы, женщины, обделены, — сказала Матильда и тут же поняла, что видит рядом не самозванку, не свое тело, а самого что ни на есть настоящего Сергея.

— Опять поменялись! — воскликнула она. — Я и не заметила, когда мы снова поменялись телами. Не пойму, когда же мне было так приятно: когда я была тобой или когда уже стала собой?

— Действительно, поменялись… — он серьезно смотрел на нее.

— Что ты так смотришь?

— Ничего…

— Ты убьешь меня? — спросила она, отстраняясь от него.

— Теперь это было бы все равно, что отрубить себе руку. Мне кажется, ты — моя часть… Ты разве этого не ощущаешь?

— Да… — она провела рукой по его щеке.

— У меня такое ощущение, будто что-то твое осталось во мне.

Матильда была согласна с ним. Она тоже воспринимала Сергея, как часть себя, возможно, когда-нибудь это пройдет, но пока…

— Нас смешали…

— Пожалуй, мы с тобой самая идеальная пара.

— Теперь-то ты выберешь меня или все еще будешь колебаться? Тебе же нравился Сашка? — вдруг забеспокоился он.

— Нравился… Только я все время думала, что это он подослан Гамлетом.

— Но сейчас он тебе не нужен? — настойчиво допытывался Сергей.

— Ты еще спрашиваешь…А ты… — она замолчала.

— Что?

— Так это ты все делал: толкал меня в яму, самострел зарядил… Как же так можно? Ты столько раз намекал на свои чувства, да какое там намекал, по всем правилам признавался в любви, а потом… а потом устроил засаду на меня?! Ты хотел меня убить?

— Нет, не хотел, а должен был убить. Я тебе не врал, ты мне сразу понравилась, но я должен был выполнить задание, иначе меня самого бы убрали.

— Это Гамлет тебя нанял?

— Ну а кто же … Гамлет, твой любящий муж… И он нас в покое не оставит.

Матильда потянулась к ружью.

— Не дергайся, глупая, успокойся. Я же тебе говорю, мне и раньше-то не хотелось тебя убивать, но ничего не поделаешь, подписался… А теперь это просто невозможно. Спасибо Менялам — вразумили, а то потом всю жизнь бы каялся и тосковал по тебе… Ты ведь тоже не сразу поняла, что я — твоя половинка?

— Нет. А ты… — Матильда поколебалась, — ты давно этим занимаешься?

— Чем?

— Ты же убийца?

— Пока нет. Хотя убивать приходилось… Родина дала мне такую возможность.

— Как это?

— В армии, послужил в горячей точке…

— Где ты служил?

— В заднице… Знаешь, у человека может болеть голова, рука, живот — ну, любое место. А вот если у нашей страны что-нибудь болит, то обязательно именно там, каждый раз это такой большой геморрой… Удивительно, у меня такое чувство, что я сейчас лучше стал соображать, словно туман в голове рассеялся. Как будто я был болен, а теперь выздоровел. Я сейчас не понимаю, как я мог согласиться на такое дело? Каким надо быть дураком! — он помолчал. — Знаешь, раньше я так себя не осуждал… Интересно, эти изменения во мне тоже от тебя остались?

— Нет, вряд ли. Это Менялы настраивают человека на определенную волну, на всех действуют по-разному. И во мне они многое изменили, еще летом: у меня и физические чувства обострились — слух, зрение, осязание, и нравственные ощущения поменялись. Самооценка у меня уж точно не та… — улыбнулась Матильда.

— Что, тоже стала себя критиковать?

— Пожалуй, наоборот. Стихи начала писать, представляешь? Никогда раньше не писала, даже читать их не любила, а теперь сочиняю… Так что ты сейчас на самом деле можешь ощутить большие перемены. Но мне потребовалось приходить сюда не раз. Да Менялы тебя сами потянут, как меня, как Веру.

Разговаривая, они не спеша оделись и готовились уже пуститься в обратный путь. Но остановились и посмотрели друг другу в глаза. Для них обоих начиналась новая жизнь.

— А чем теперь будешь заниматься?

— Как чем? Спасать тебя и себя от твоего мужа, чем же еще? А-а, ты боишься, что я все же останусь киллером? Нет… Если я каждый раз буду меняться со своей жертвой телами, то когда-нибудь убью самого себя. Нет, нет, сейчас это невозможно. Эти камни здорово меня долбанули…

Действительно, Игорь или Вика рассказывали, что сюда приводили преступников, что после посещения Менял они становились другими людьми. Возможно, и на Сергея подействовало, тем более что они с ним к тому же менялись телами.

Матильда вдруг вспомнила:

— А Вера?! Где Вера?

— Дома, в подсобке играет.

— Нет, там дверь была закрыта, — покачала головой она.

— Это я ее снаружи прикрыл.

— Идем, ребенок может испугаться.

— Ну идем, моя половинка, — он покачал головой: — Ну и ну! Я словно заболел тобой… Это как вирусы гриппа — ты повсюду во мне.

— Спасибо за сравнение.

— Говорят, при поцелуях люди обмениваются микробами, а мы с тобой поменялись душами.

Они вернулись в дом, там все спали.

— Что это с ними? Так сильно напились?

— Снотворное. Проснутся, не волнуйся.

— Ты и их хотел…?

— Давай больше не будем об этом, тот человек остался там в долине валунов.

Дверь в подсобку открыли. Девочка с увлечением складывала что-то из огромных цветных пластмассовых деталей. Похоже, она и не заметила, что была заперта.

Ночь Сергей и Матильда провели вместе почти без сна: то любили друг друга, то разговаривали. Обсудить им надо было много.

— Сергей, если ты подослан Гамлетом, то, значит, Александр на самом деле разыскивает антиквариат?

— Думаю, да. Ты знаешь, где это спрятано?

— Знаю.

— Не смотри на меня настороженно, словно боишься… Уж теперь-то ты можешь быть спокойна — мы с тобой одно целое. Неужели ты хочешь вернуть кому-то миллионы долларов?

— Верну.

— Черт, я так и подумал: стоит связаться с женщиной и начнется всякое слюнтяйство…

— Яйцо отдам, — твердо заявила она. — У Юры есть связь, теперь мы можем вызывать милицию, тут столько покойников…

— У Юрки?! А что же вы раньше не вызвали?

— Хотели выяснить, кто убийца. Юра юрист, он убедил меня, что лучше сначала самим разобраться, а то вдруг арестуют не того человека, и тогда я бы оставалась в опасности. Но ведь теперь тебя арестуют за убийство Николая…