Бегство из пламени огня - Алден Томпсон

и вправду наш якорь, но Иисус — это ветер в наших парусах. Он — наша сила, наша мощь, движущий нами стимул. И только благодаря Иисусу мы можем повторить вслед за Павлом:

Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем

(Рим. 8:38, 39).

Итак, с надежным якорем (закон) и свежим ветром в парусах (Иисус) мы можем перейти к следующей главе, где мы будем изучать на основе Библии и трудов Елены Уайт, что значит оставить страх и обрести радость, перенести акцент с Божьей силы на Его благость. Спору нет, и сила Его, и благость — все это проявления Его любви. Но именно осознание Его благости может принести истинную радость в сердце.

Глава 10

От страха к радости

Пару лет назад я натолкнулся на презанятную цитату в одной из замечательных книжек Джорджа Найта, профессора церковной истории богословской семинарии Университета Андрюса, из серии, посвященной Елене Уайт[203]. Мы с Найтом большие друзья. Он оказывал мне всемерную поддержку в моих изысканиях в области инспирации, даже написал аннотацию для моей книги Инспирация: трудные вопросы, честные ответы[204]. Аннотация на обложке: «Эта книга будет как разорвавшаяся бомба для многих читателей, которые так или иначе сталкиваются с трудностями в общении со Священным Писанием… Не читайте ее на ночь, она не даст вам уснуть» — Джордж Р. Найт, профессор церковной истории, Богословская семинария адвентистов седьмого дня. Вот только к моей модели «возрастания», с которой я подхожу к Священному Писанию и трудам Елены Уайт, у него несколько настороженное отношение, причем мы не раз ее обсуждали, и бывало, что подолгу.

Поэтому я с особым интересом прочитал этот абзац из его книги Знакомство с Еленой Уайт, вышедшей в свет в 1996 году:

Одной из самых ярких иллюстраций того, что в произведениях Елены Уайт Божья любовь занимает центральное место, служит фраза «Бог есть любовь», с которой начинается первый том серии «Конфликт веков» (Патриархи и пророки) и которой заканчивается последний том этой серии (Великая борьба)[205].

Будучи заинтригован этой цитатой, я решил заглянуть в самую раннюю из опубликованных версий «великой борьбы», а именно в книгу Духовные дары, том 1 (1858). В этом небольшом издании вся история великой борьбы, от «Грехопадения человека» до «Второй смерти», умещается всего лишь на 202 сжатых страницах — сравните с 3 700 полноразмерными страницами пятитомной серии «Конфликт веков».

Я внимательно прочел весь том, помечая каждое встреченное мною слово «любовь» со всеми его производными. Я обнаружил, что оно часто используется по отношению ко Христу, но ни разу — по отношению к Небесному Отцу. Решив, что я мог что–нибудь упустить, я взял компьютерный диск с электронным вариантом полного собрания публикаций Елены Уайт и задал поиск фразы «Бог есть любовь» в первом томе Духовных даров. Помимо этой фразы поисковая программа должна была выдать все случаи употребления выражения «Бог любви». Вскоре на экране моего компьютера появилось следующее сообщение: «Ваш последний поиск не дал результатов».

Когда я позвонил Найту и рассказал ему о своем открытии, на том конце какое–то время царило молчание. Затем он проговорил: «Томпсон, мне кажется, в этом что–то есть».

Я тоже так думаю. И в этой главе я задался целью поделиться с вами целым рядом свидетельств, указывающих на то, что жизнь Елены Уайт сопровождалась переходом от страха к радости, от акцента на Божьем могуществе к акценту на Его любви.

Во избежание противоречий

Иллюстрации разного рода библейских «противоречий» совсем не часто появляются в книгах, написанных набожными христианами или для набожных христиан. И тому есть несколько причин. Во–первых, когда критики указывают на «нестыковки» как на довод против Священного Писания, многие верующие сразу же замыкаются в себе и не хотят ничего видеть. Я, в свою очередь, считаю, что нужно не отрицать эти «нестыковки», а брать инициативу в свои руки и показывать, что отрывки, в которых есть какие–то противоречия, это не проблема, а ее решение.

Вторая причина, почему эти сравнения и противопоставления редко появляются в церковной печати, заключается в том, что мы, верующие, зачастую весьма избирательны в своем восприятии «богодухновенных» писаний. По опыту работы со студентами и в церкви я могу выделить четыре основных вида реакции на «жестокости», которые можно встретить в различных библейских книгах. Вы можете сами выбрать, какая из нижеследующих тенденций вам ближе:

1. Обожествляют насилие. Так реагируют далеко не все. Но все–таки есть люди, которые с жаром указывают на тяжелую руку Божью как на решение всех проблем в церкви и в мире.

2. Идеализируют библейское повествование. Подобные устремления среди верующих встречаются гораздо чаще. Почти все детские переложения библейских историй сглаживают их острые места. Этим «грешат» и дядюшка Артур, и дядюшка Дэн, и тетушка Сью, и Елена Уайт. И даже сами библейские авторы. Книги Паралипоменон идеализируют события, описанные в книгах Царств, опуская, к примеру, все неприглядные деяния Давида и Соломона, а 11–я глава Послания к Евреям представляет собой «приглаженную» новозаветную версию некоторых весьма неоднозначных ветхозаветных эпизодов; скажем, Сара смеется над Богом в Книге Бытие, чего и в помине нет в Послании к Евреям.

3. Избегают или игнорируют трудные места. Тех, кто стремится избегать или игнорировать трудные для понимания или грубые тексты, никак не меньше, чем тех, кто идеализирует библейское повествование. И подобные порывы вполне объяснимы. Когда мы обращаемся к Священному Писанию за утешением, ободрением и поддержкой, нам совсем не хочется выискивать там то, что может лишить нас покоя или, чего хуже, привести в ужас.

4. Реализм. Я предпочитаю именно этот подход, хотя и не спорю, что мы должны отдавать всем Писаниям одинаковое предпочтение. Евангелия, пожалуй, могут принести нам больше пользы, чем Книга Судей. Но я твердо уверен, что мы должны быть честны по отношению к Писанию. Ко всем библейским книгам. И я уверен, что мы