Ангел на метле - Дарья Донцова

– Пятьдесят пять? – всплеснул я руками. – Как минимум на двадцать лет меньше!

– Комплиментщик, – довольно засмеялась Ада Марковна, – хотя, понимаю, я выгляжу намного лучше своих ровесниц. Ну да не о них речь. Знаете, кем я работала? Кстати, я тружусь до сих пор.

Я на секунду призадумался, оглядел бесконечные шкафы с книгами и высказал предположение:

– Вы профессор?

– Угадали, дружочек, а теперь сделайте еще одну попытку, чем я занимаюсь?

– Ясно, что не математикой, – улыбнулся я, – на полках сплошь мировая классика и книги по искусству.

Ада Марковна радостно засмеялась:

– Я удачный пример того, что трудолюбивый человек может отлично получать деньги в любом возрасте и при любой власти. В свое время я занималась изучением ритуальных рисунков, написала на эту тему кандидатскую и докторскую диссертации, потом обвал, революция, ну кому наш НИИ с его изысканиями по искусству нужен, и моя книга «Орнамент в жизни коренных жителей Африки» тоже не бестселлер. Одно время я даже кассиром работала. Но я переквалифицировалась. Знаете, чем сейчас увлеклась? Сейчас покажу!

Ада Марковна быстро встала, взяла стопку альбомов, водрузила их на стол и раскрыла первый. Я ожидал увидеть фотографии, но на странице оказался рисунок странного горбатого существа.

– Это Пифо, оберег племени Краток, – пояснила Ада Марковна, – если сделать его изображение на теле, то вы приманите здоровье. Но есть нюансик. Коли его правая лапа снабжена пятью когтями, случится беда, на ней непременно должно быть шесть «пальцев».

– Татуировки, – догадался я, – вы делаете рисунки для салонов.

– Верно, я создаю уникальный вариант, шедевр, – не удержалась от похвальбы Ада Марковна, – могу повлиять на судьбу человека. Имейте в виду, орнамент на теле вещь серьезная и…

– Давайте вернемся к той странной даме в шляпе, – перебил я старуху, которая вознамерилась прочитать мне многочасовую лекцию о тату.

– Я сразу поняла, что она бывшая проститутка, выбившаяся в содержательницы притона, – презрительно изогнула губы хозяйка, – у дамы на ноге, чуть повыше щиколотки, имелось характерное тату.

– Какое?

– Ангел с одним крылом.

– Ангел с одним крылом, – повторил я, моментально вспомнив Наташу Капустину, у которой была точь-в-точь такая отметина.

– Ну да, – не заметив моего волнения, продолжала Ада Марковна, – всякие там ангелочки – рисунки для падших женщин, а любая ущербность символизирует подчинение. В данном случае татуировку следовало расшифровывать так: работница сферы сексуальных услуг, принесшая клятву верности сутенеру. Немного, правда, меня смутил цвет рисунка: розово-голубой, но я предполагаю, что это намек на бисексуальность!

– И как только вы разглядели подробности!

Ада Марковна вздохнула:

– Я профессионал, даже под одеждой татуировку учую.

– С какой целью приходила женщина?

– Она назвалась подругой Ани, – усмехнулась старуха, – сказала, что уехала за рубеж жить, а сейчас вернулась и решила возобновить дружбу. Соврала. Я ее раньше никогда в нашем подъезде не встречала! И потом, возраст! Девка намного младше Анечки, в дочки ей годилась. Выслушала я врунью спокойно, ну и рассказала, что все умерли, квартира по завещанию отошла посторонним.

– Вы не стали ей сообщать подробности о Светлане?

– Иван Павлович, – нежно проворковала Ада Марковна, – я сейф. Храню внутри великое множество чужих секретов, не имею никакого права их выбалтывать. И потом, та баба мне просто не понравилась! От нее текла отрицательная энергетика. А вы милый, надеюсь, мы подружимся и еще не раз выпьем вместе чайку!

Я растянул губы в улыбке. Теперь ясно, а то у меня уже возник вопрос, по какой причине Ада Марковна разоткровенничалась с посторонним мужчиной. Но сейчас я получил исчерпывающий ответ: да потому, что я представитель сильного пола. Ада Марковна, похоже, ненавидит женщин и отчаянно кокетничает с мужчинами.

Только не надо напоминать мне о возрасте перезрелой дамы. Зюка, Мака, Люка, Кока и другие подружки моей маменьки, абсолютно не смущаясь, носят мини-юбки, обтягивающие кофты и лихо строят глазки юношам, годящимся им в правнуки. Я на самом деле понравился Аде Марковне, и она решила приковать к себе мое внимание.

– Думаю, я сумею описать внешность гетеры в шляпе, – улыбнулся я, – знаете, я обладаю экстрасенсорными способностями. Вы сейчас подумали о гостье, а я считал ее образ с ваших мыслей.

– Ой, как интересно, – словно первоклассница, засюсюкала Ада Марковна, – давайте.

– Тщедушная фигурка без всяких намеков на грудь и бедра, подобным дамам не следует носить черное, они делаются похожи на гвозди. Волосы светлые, собранные в хвост, глаза голубые.

Ада Марковна засмеялась.

– Никудышный из вас телепат. Все наоборот! Высокая брюнетка, с большим ртом, глаза карие, чуть раскосые, кожа смуглая, волосы длинные, темные, блестящие.

Глава 31

Заверив Аду Марковну в вечной дружбе и пообещав ей приехать в первый свободный вечер, я сел в «Бентли». Татуировка на ноге указывает на Капустину, я очень хорошо помню картинку, видел ее несколько раз. Сначала на планерке в кабинете у Митяева, когда мы случайно оказались рядом. У Наташи зачесалась щиколотка, журналистка нагнулась и бесцеремонно задрала край штанины. Второй раз я узрел ангела с одним крылом на пленке. Наташа подняла юбку, а потом закинула ноги на Федора, татушка на некоторое мгновение очутилась в зоне внимания камеры, ну а затем, к сожалению, на столе прозектора.

Значит, можно предположить, что к Аде Марковне заглянула Капустина, но зачем она приходила к ней? Почему хотела узнать об Анне, матери Светы?

Так и не найдя ответа, я выкурил сигарету, потом взялся за телефон.

– «Каторга», – прозвенел нежный девичий голосок.

– Я хочу заказать столик, – сказал я.

– На какой день?

– Сегодня в семь вечера, если можно, в самом тихом уголке.

– Все занято.

– Неужели не найдется местечка на двоих? – заныл я.

– Сейчас посмотрю, – вежливо ответила администратор, – увы, нет.

– Очень жаль.

– Давайте поступим так, – предложила компромиссный вариант служащая, – оставьте свой номер, если кто-то откажется, я сообщу вам, но не очень рассчитывайте, у нас аншлаг.

– Отличная идея, – обрадовался я, продиктовал телефон и попытался соединиться с Лесей.

– Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети, – равнодушно сообщил телефон.

Я включил поворотник и двинулся в сторону дома. Нора, наверное, не представляет, какие неожиданности подстерегают мужчину, раскатывающего на вызывающе шикарном «Бентли». Правда, я аккуратный водитель и поэтому до сих пор не разорился на штрафах. Но в остальном! Вспомним хотя бы противного парня возле супермаркета, который пытался стребовать с меня непомерную плату за то, что я «запер» его таратайку. Еще хорошо, что парковщик пришел на помощь и прогнал его. Правда, действовал добрый самаритянин отнюдь не бескорыстно, он тоже протягивал мне раскрытую ладонь и страшно разозлился, получив в качестве «гонорара» сторублевку.

Внезапно перед моими глазами возникло лицо парня-хама, узкое, длинное, со сросшимися на переносице бровями, а в ушах зазвучал хриплый баритон, характерно растягивающий гласные.

– Эй, ты, богатый на «Бентли», плати тысячу евриков!

Я потряс головой, видение исчезло. Бог бы с ними, с вымогателями, но шикарный автомобиль завораживающе действует на женщин. Та же Леся совершенно спокойно назначила мне свидание в «Каторге». Секретарша ни секунды не сомневалась, что человек, имеющий тачку стоимостью в несколько сотен тысяч долларов, легко может пригласить ее в самый дорогой клуб. Но в «Каторге» все столики зарезервированы. И как поступить? У Леси выключен мобильный, я не могу назначить ей встречу в другом ресторане.

И тут мой сотовый завибрировал.

– Слушаю, – сказал я.

– Беспокоит «Каторга», – из трубки полилось сопрано, – вам повезло, освободился столик. Значит, Подушкин Иван Павлович?

– Да, да, – обрадовался я.

– Вам на двоих?

– Верно.

– Хотите в девятнадцать ноль-ноль?

– Именно.

– Мы вас ждем, – с этими словами администратор отсоединилась.

Я поставил трубку в держатель и испытал прилив радости. Действительно, повезло, надо только переодеться и прихватить из загашника побольше денег. «Каторга» совсем не дешевое место! На мгновение мне стало жаль денег, но в ту же секунду я вспомнил о приятном. Крыса найдена, материалы в «Желтую правду» продавали Капустина и Леся, Митяев должен мне гонорар. Незачем переживать из-за немного опустевшей кубышки. Сейчас угощу Лесю, выслушаю ее рассказ, а потом поставлю ей условие: «Дорогая, я попробую помочь тебе, но лишь после того, как мы сходим вместе к Сергею, в кабинете которого ты признаешься в своем неблаговидном поступке».