Спасательный круг (СИ) - Гейман

— Если я ещё раз увижу тебя рядом с ней — ты останешься заперт здесь навечно. Поверь, у меня хватит сил запереть тебя вместе с Люцифером, — Антихрист едва сдерживался, чтобы не влезть в банальную драку.

— Остынь, Отелло, плевать я хотел на твоего котёнка, — как-то неправдоподобно выплюнул Астарот.

Майкл вдруг почувствовал волну знакомой, успокаивающей энергии где-то рядом и уловил мягкий цветочный запах. «Ну что за идиотка?! Разве можно в логово врага вот так заявляться, когда только-только восстановилась?» Лэнгдон, делая вид, что просто гуляет, направился за гору трупов, но никакой ведьмы там не обнаружил, и её запаха тоже. «Молись, Корделия, чтобы мне просто показалось, что ты здесь была».

Верховная пыталась отдышаться, облокачиваясь на какую-то скалу. Учитывая, что здесь повсюду были тёмные существа, и её силы подавлялись, провернуть фокус с исчезновением и замести следы, было трудно. Она резко почувствовала цепкую хватку на запястье, и кто-то утянул её в пещеру.

— Мда. Не думала, что сама Верховная будет вести себя как последняя наивная трусиха, — ведьма обернулась и уронила челюсть.

— Фиона? — Корделия застыла в ступоре, пытаясь понять, мираж это или реальность. Перед ней стояла её мать собственной персоной. В красном облегающем платье, с такой же помадой, с хитрым прищуром болотно-карих глаз и снисходительной усмешкой на губах. В нос ударил резкий запах табака. Точно не мираж. — Откуда в Аду сигареты? — возможно, шок ещё не отпустил её, и нормальные вопросы не приходили в голову.

— Это всё, что тебя интересует в данный момент? Что, даже не обнимешь родную мать? — смеясь спросила бывшая Верховная, затягиваясь.

— Что ты здесь делаешь? Как ты можешь спокойно перемещаться по Аду?

— О, как обычно гордая и неприступная. Неправильный вопрос, Делия. Что ты здесь делаешь? Живым не место в преисподней. — Фиона оглядывала дочь, и кто бы что не говорил, узнавала в ней ту добродушную, вечно запутавшуюся, совсем на неё не похожую, но очень сильную девушку.

— Пытаюсь спасти мир, — она всё ещё отвечала заторможено, оглядывая родственницу.

— Ну да, ничего нового. И как успехи?

— Что тебе нужно, Фиона? — девушка ощетинилась, вспоминая, какой женщина была при жизни.

— Я не могу просто поговорить с дочерью и дать ей пару советов? — она шагнула ближе.

— Мне не нужны твои советы.

— А по-моему, ты не справляешься. Баланс сил нарушен, я спокойно гуляю по Аду, Антихрист влюблён, как последний идиот, а мир уничтожен. Так ты всех спасаешь?

— Я не собираюсь выслушивать, какое я ничтожество, Фиона, — резко оборвала девушка, выпрямляясь и сохраняя невозмутимость. Она сильная ведьма, и какая-то там Фиона, пусть до сих пор роскошная и самоуверенная, её в этом не переубедит.

— Ладно, давай не начинать эти разборки. Я всего лишь хочу сказать, что ты снова занижаешь свои силы, Делия, — женщина обошла вокруг девушки, погладила мягкие прядки, собирая их в хвост и шепча на ушко, — Ты не осознаёшь своего могущества, Делия. Ты Верховная, чёртова Королева. В тебе силы больше, чем во всех этих зазнавшихся чертях. Ты не обязана спасать мир, спасай себя. Наслаждайся жизнью, позволь своей магии полностью пройти через тебя.

— Фиона, я — девушка вздохнула, опуская голову. Отчасти, она согласна с матерью, но боится стать такой же, неблагодарной, властной, разрушительной, — чтобы ты сделала на моём месте?

Женщина засмеялась, подкуривая очередную сигарету. И всё же Фиона по прежнему выглядела шикарно, а её фигура всё ещё оставалась в сознании Делии главной. Ей никогда не стать такой сильной, как она, такой…такой.

— Милая, если бы в меня был влюблён Антихрист, я бы вертела им, не стесняясь. В твоих руках весь мир, пока он рядом.

— Да с чего ты взяла, что он влюблён в меня?! — Корделии вообще все заигрывания Майкла и его забота казались каким-то коварным планом. Ну какое влюблён? Она ведь старше, слабее, она испортила все его планы, чем она может его зацепить?

— Делия, дорогая, ты снова ослепла? — Фиона, раздосадованная такой неуверенностью в себе её дочери, срывалась на крик. И как у такой великолепной, красивой манипуляторши могла родиться такая простушка? — Он не убивает тебя, а это ставит на тормоза все его планы. Хотя бы это не показатель? Я тоже не думала, что ты можешь вскружить голову кому-то вроде него, но факт остаётся фактом — он единственный, кому ты нужна.

— Я нужна Миртл! — как-то беспомощно выкрикнула девушка.

— Миртл не спасёт мир, не сбережёт тебя и, в конце концов, с Миртл ты не потрахаешься.

— Фиона!

— Ты женщина, Корделия, не забывай об этом. Ты достойна счастья хотя бы потому, что ты это ты. Не позволяй никому растоптать себя! — в глазах матери прослеживалась некая обеспокоенность, она погладила дочь по щеке и неловко обняла. — Я была ужасной матерью, Делия, такой и останусь. Но послушай меня. У нас разные методы управления, разные характеры. И несмотря на твою мягкотелость, я всё равно тобой горжусь. Не тащи всё одна и возьми себя в руки, не позорь моё светлое имя.

— Светлое? — сквозь слёзы рассмеялась Корделия.

— Именно, милая.

— Я подумаю над твоими словами. Спасибо…мама, — будто в первый раз, Делия улыбнулась и смущённо опустила глазки.

— Пользуйся, пока я здесь.

— И ещё кое-что…

* * *

— Ну и что мы будем делать? — Аграт подозвала к себе цербера, почёсывая его за ухом.

— Ждать? — Астарот забавно повёл головой.

Дьяволица испепеляюще на него посмотрела, а потом они звонко расхохотались.

— Значит, объявляем войну?

— Значит.

* * *

— Ну как у вас дела? — присаживаясь рядом с Алекс, спросила Белинда.

— У нас Бэтти, ты имеешь в виду? Никак. Опять она морозится. Спит со мной и сливается после. Я не понимаю, вот чего ей не хватает? — Алекс говорила спокойно, потому что все слёзы были выплаканы ещё ночью.

— Знаешь, я добивалась Флойда не один год. Просто делала всё, чтобы он меня заметил…

— И что? Он любит тебя, думаешь? Ты ему как собачка, не нужна по сути, но рядом на всякий случай. Разве этого ты хотела? — блондинка не собиралась этого говорить, но все эти советчики ей порядком надоедали.

— Ты не понимаешь. Флойд любит меня, просто по-своему. У него был строгий отец, и он не привык проявлять свои чувства. — может, это было правдой, а может, шатенка сама себя в этом убеждала.

— Успокаивай себя, Белинда. Я же не считаю себя пресмыкающимся животным, и хочу, чтобы меня ценили и уважали, — Алекс вспылила, но её натура не позволила злиться долго. — Извини, я сама не своя сегодня. Просто это всё так сложно,