Гремландия - Николай Покуш

– И поможем. В первую очередь тем, что дадим выбор, дадим посмотреть на мир и решить, где им будет житься лучше. Пускай отправятся с нами в Меркату.

– Ты с ума сошел?

– Для них это будет прекрасный опыт. Пусть увидят разницу между городами людей¸ как и между самими людьми.

– Признайся, Кит, ты просто хочешь использовать их и дальше для достижения своих целей.

– И я не вижу в этом ничего плохого. Они хотят быть с нами, ты еще не поняла? Хотят быть частью нашей жизни, а не ютиться где-то в углу твоего поместья, которое ты посещаешь, в лучшем случае, раз в гексал. Они хотят быть с нами, и мы знали это с самого начала. Мы с тобой приняли эти правила игры, когда взяли их с собой сюда. Теперь тебе от них так просто не избавиться.

– Я и не собиралась от них избавляться. Просто хотела оградить от опасности. А ты тащишь за собой в пламя, даже не спросив, хотят ли они этого.

– Ты права, – согласился вдруг Кит, чем поразил и лишил аргументов Сибил. – Давай же спросим у них самих вместо того, чтобы спорить.

Кит и Сибил разом перевели свои взгляды на Бартоломео и остальных гремлинов, которые, пока люди ссорились, кажется, усердно старались притвориться мебелью, в надежде, что их не заметят. Не вышло. Заметили. И это отразилось в их глазах ужасом.

– Что скажете, друзья? – спросил Кит. – Останетесь здесь, как предложила Сибил? Или отправитесь дальше с нами, и, возможно, отыщите другое место для святилища?

– Это может быть очень опасно, – добавила Сибил. – Здесь же вам ничто не будет угрожать, я обещаю.

Бартоломео шумно сглотнул. Он медленно перевел взгляд с Кита на Сибил, потом обратно, и на его лице отпечаталось отчаяние, пришедшее вслед за осознанием, что именно ему предстоит держать ответ.

– Спасибо тебе за предложение… подруга Сибил, – начал Бартоломео. – Но… мы бы… хотели… пойти с вами… в тот… другой город.

Нелегко дались маленькому гремлину эти слова. Он не хотел никого обежать, боялся оскорбить, но должен был в итоге принять какое-то решение. И как подобает самому настоящему лидеру и вождю, Бартоломео, скрепя сердцем, принял его.

– Ну что же, отлично, – сказала Сибил и, не глядя на Кита, поднялась из-за стола. – Соберу вещи, и буду готова через час.

– Постараюсь чем-нибудь себя занять в твое отсутствие, чтобы не умереть от тоски, – ухмыльнулся Кит, даже не пытаясь скрыть своего ликования.

– Займи себя лучше своим внешним видом, – огрызнулась Сибил.

– А что не так с моим внешним видом? – он оглядел свою помятую рубашку и брюки.

– Ты выглядишь так, словно был кем-то знатно пожеван.

– Действительно? А я и не заметил.

– Что же, если тебя это устраивает…

– А тебя, как я понимаю, нет?

– Мне безразлично, как ты выглядишь, Кит.

– Хорошо, а то я было уже подумал, что ты стыдишься выходить со мной в свет.

– Стыдилась бы, будь это любой другой город мира. Но так как мы едем в Меркату… – Сибил пожала плечами и цокнула языком. – Думаю, там ты отлично впишешься в местный колорит.

– Еще бы. Может и тебе стоит взять с меня пример?

– Обязательно, Кит, – Сибил направилась к двери. – Пойду, подыщу себе какой-нибудь нищебродский костюмчик, а перед выходом обязательно покатаюсь в нем по полу.

Сибил покинула комнату с гордо поднятой головой, как всегда в сопровождении Винсента, а все остальные гремлины уставились на Кита.

– Чего смотрите?

Они быстро отвернулись.

– Да знаю я, знаю. Не клеится у нас как-то общение.

Кит вздохнул и встал из-за стола.

– Пойдемте, поглядим лучше на местный музей, раз у нас появилась свободная минутка.

Музей оказался, и правда, достоин того, чтобы на него поглядеть. Несмотря на свои малые размеры, он был наполнен вещицами, куда более ценными и редкими, чем выставленные в большинстве музеев Конгломерата, уж Кит-то в этом толк знал. Час пролетел незаметно, пока он переходил от экспоната к экспонату, рассказывая внимающим ему гремлинам историю этих вещей, с чем справлялся получше многих экскурсоводов и лекторов-историков Университета. Он любил свое дело, он знал свое дело и готов был говорить о нем часами. Потому, когда Сибил вошла в комнату, Кит и гремлины ее даже не заметили. Она подумала было прервать его, сказать, что готова, но заслушалась рассказом о покрытом рунами, старинном мече, выкованном еще в первом веке. И вроде бы Сибил знала историю каждого предмета в этой комнате, но такие подробности о жизни героев-обладателей меча, из рук в руки которых он переходил с течением времени, кочуя по всему Старшему Материку, не были известны даже ей.

«Эх, Кит. Почему ты избрал именно такую профессию?» – подумала Сибил с досадой, – «Почему не выбрал честный путь? Ты ведь мог бы стать кем-то значимым, уважаемым, не расхитителем древних гробниц и охотником за наживой, а историком, археологом».

Ей вспомнился их вчерашний долгий поцелуй. Честно говоря, она его и не забывала ни на одну минуту. Думала о случившемся всю ночь, не сомкнув глаз почти до самого утра. Все думала, и думала, и думала, борясь с теми противоречивыми чувствами, которые он в ней вызвал. С одной стороны, ей очень хотелось все вернуть назад, переиграть и закончить вечер совсем иным образом. От таких мыслей ее щеки вспыхивали, и Сибил тут же бросалась в отрицание, заверяя саму себя в том, что Киту нельзя доверять. И, не потому что он – прохиндей и жулик, а потому что никому нельзя доверять, вообще. После пропажи отца Сибил дала себе такой зарок – никому не верить, ни с кем не сближаться. Так и жила все эти годы. И прекрасно, надо сказать, себя чувствовала, до встречи с этим…

– О, кажется, мы больше не одни, – закончив историю про легендарный меч, Кит, наконец, заметил Сибил. – Может, хозяйка данного музея что-нибудь добавит нам про этот чудный артефакт?

– Может, и добавила бы, – сощурилась Сибил. – Вот только сейчас нам совсем не