Горизонт событий - Сергей Недоруб

— Арчибальд мертв, если ты не заметил.

— А кто об этом знает?

Лидер «Долга» на миг задумался.

— Теперь я здесь главный, — пояснил Ровер. — Выйдем, объявим о мире и временном объединении. В два клана мы разгрохаем блокаду Глока и повесим его самого на соснодубе. Анубис, дружище, пора кончать с этой лавочкой.

— Решено, — согласился Анубис. — Поднимай народ. Говори им, что хочешь.

Ровер было вышел, но тут же снова сунул голову и спросил:

— Ты там свой нож не потерял? Если что, мне он не нужен. Я просто любопытный.

— Как я могу его потерять? — удивился Анубис. — Его у меня и нет.

Ровер, ничего не поняв, кивнул и исчез.

«Долговцы» собрали винтовки нападавших. Дизель положил свой автомат на плечо.

— Поднимать наших? — спросил он.

— Да, — твердо ответил Анубис, проходя мимо него. — Мы идем на войну!

Он вышел навстречу неизвестности, сопровождаемый довольным Дизелем.

Над далекими деревьями Зоны уже занимался рассвет.

Глава 18. Рыжая ночь

В бинокль были видны лишь блеклые заросли, простиравшиеся на много километров вперед. Через несколько минут, когда сумерки перейдут в непроглядную темноту, видимость снизится настолько, что дальнейшее продвижение будет требовать невероятной концентрации, а под рукой не будет ничего, кроме карт. Подробных, редких, из секретных запасов «Долга», но все-таки обычных карт, которые не всегда отражают реальную действительность и не дают никакого представления о новых, незнакомых местах. Так что Фармер, пока еще не совсем стемнело, старался окинуть взглядом как можно больше деталей, ориентиров, мысленно проложить варианты дорог. Осознать, впитать масштаб предстоящего путешествия.

— Я не стал прокладывать маршрут, — сообщил Уотсон, переводя КПК в беззвучный режим и застегивая накладку на липучках. — Мало данных.

— Правильно. Пойдем, импровизируя. Постараемся избегать троп.

— Знать бы еще, сколько у нас времени на все про все.

— Не будем торопиться. Пойдем по оптимальному соотношению затрат и результата.

Лежащие в овраге Фармер и Уотсон пришли в нужный настрой лишь после того, как последний из джипов «Долга» скрылся за поворотом. Когда со сцены исчезли посторонние, парни быстро переключились на привычную манеру общения, снова установившую единый ритм, вернувшую взаимопонимание, ослабевшее в последние несколько суток. Отсутствие Литеры чувствовалось особенно сильно, но это был не повод, чтобы расклеиваться.

— Выделка костюмов займет по меньшей мере минут пятнадцать, — сказал Уотсон, приторачивая к рюкзаку маскировочную сетку, выданную Анубисом. — Предлагаю не тратить время сейчас, пока есть силы для перехода, и совместить эту работу с ближайшим привалом.

— Согласен. — Фармер убрал бинокль в чехол на поясе. — Пойдем сейчас на северо-северо-запад. Сетка пока все равно не понадобится.

Сталкеры проверили снаряжение, выбросили все лишнее. Запас еды на два дня не нужен, а места занимает порядочно. Через несколько часов движения дополнительная банка консервов будет по весу чувствоваться как кастрюля борща, а по питательности с ним по-прежнему не сравнится. Уотсон был рад тому, что все свои электронные игрушки оставил у Доктора, иначе сейчас их пришлось бы зарывать под ветвистым деревом, не зная, когда удастся забрать. Бросили также и альпинистские сумки, когда стало ясно, что применить их все равно нигде не удастся.

К сожалению, существенно уменьшить переносимый вес не удалось — Фармер решил не оставлять дробовик. Это было изящное, переделанное под себя ружье, модернизированный «карабинер» с магазином на десять патронов, который Анубис забрал у Серафима. Помимо этого, сталкеры были вооружены знакомыми им бельгийскими винтовками FN-2000, напичканными полным набором прибамбасов. Фармер сразу надел на обе винтовки ночные прицелы. Кроме того, у каждого был пистолет и по две гранаты, хотя пользоваться последними не планировалось, чтобы не выдать своего присутствия. Разве что в самом крайнем случае.

Поверх бронежилетов и видимого снаряжения сталкеры надели пыльники — снаружи торчали лишь винтовки. К капюшонам были приделаны респираторы. Никакой радиосвязи, сталкеры не планировали расходиться даже на десяток метров.

— Повторим план, — сказал Уотсон. — Идем в Припять вдвоем как вольные сталкеры. Доставляем туда нож любой ценой. Избегаем столкновений, конфликтов и по возможности — любых встреч. Особенно осторожно продвигаемся мимо блокады военных на границе с Рыжим лесом. Добравшись до Припяти, находим убежище и сидим в нем, пока не появятся союзники.

— Правильно, — согласился Фармер. — Давай так и сделаем. После этого, думаю, наша роль во всей этой заварушке будет закончена.

— Тогда вот расширенные данные, — продолжил Уотсон. — На карте, что дал Анубис, есть координаты схронов «Долга», а также военных запасов. Если что, мы можем двигаться от одной точки к другой, по пути выясняя, чего нам недостает для продвижения. Но, на мой взгляд, у нас все есть.

— Все.

— И еще кое-что. Консул также дал совет.

— Какой совет? Ты ничего не говорил.

— Когда он вручал мне нож, то добавил кое-что от себя лично, предназначавшееся только для моих ушей.

Он сказал, что если мне и моим товарищам понадобится помощь надежного человека, то мы можем найти его в определенной точке, где этот человек будет стоять в определенные часы. Взгляни, я нанес на карту.

Фармер с интересом посмотрел на нарисованный шестиугольник.

— Километров восемь до места, двигаясь по сталкерским тропам, — сказал он. — Если альтернативной дорогой, то и все десять. Думаешь, стоит?

— Думаю, да. Помощник — это не только третий ствол и дополнительная пара глаз, это еще и второй санитар, если одного из нас придется тащить на носилках, и дополнительный часовой при вахте. А с учетом нашей задачи третий человек может стать тем самым союзником, которому можно будет сдать нож, чтобы он вернул его Консулу. Это если дела пойдут совсем плохо.

— Не знаю даже. Я не хочу никакого третьего. Ему ведь придется привыкать к нам, а не наоборот, даже если это Илья Муромец с мечом-кладенцом, на котором лежит благодать Шивы. Потому что мы в связке, а он нет.

— Нам никто не мешает сохранить схему «2+1», если придется пользоваться чьей-то помощью.

— Тогда будь по-твоему, — сказал Фармер, снова глядя на карту с задумчивостью. — У меня одна мысль возникла. Если помощник ждет в этом участке, да еще и не постоянно, то этот участок не должен быть слишком опасным. Раз отдельно взятый человек может спокойно приходить и уходить…

— Я тебя понял. Северо-западный район непопулярен, так что, возможно, как раз там самый спокойный путь. Но это все догадки. Не хочу гадать попусту. Решай, идем мы в том направлении или нет.

— Идем.

Первая половина Милитари прошла в спокойном режиме, почти щадящем. Ни Фармер, ни Уотсон в этом районе не были еще ни разу, однако их успокаивало чувство, что это как-никак достаточно востребованная среди сталкеров территория. Как и на всех остальных участках Зоны, здесь можно было выжить при определенном уровне сноровки, внимания, выносливости и технического оснащения.

Фармер шел первым, но следить за детектором предоставил Уотсону, держа в руках полуопущенную винтовку. Он останавливался по первому требованию товарища, даже просто по изменившемуся шагу или звуку дыхания. Четыре раза им встречались аномалии, причем одну из них Уотсон распознать не сумел. Дважды им встречались сталкеры, в первый раз — «свободовцы», которые только издали махнули руками и пошли дальше. Уотсон помахал им в ответ. С вольными сталкерами дела шли хуже — они явно напрашивались на разговор, но Фармер нутром почувствовал, что этого делать не стоит. Один гневный взгляд, и сталкеры ушли, не сократив расстояние хотя бы до разговорной дистанции. Возможно, они не хотели ничего плохого, только поговорить о том, где раздобыть такие винтовочки, где сейчас особенно много мутантов и козел ли Сидорович. Теперь их намерения навсегда остались неизвестными, и Фармер переживал, что завел себе врагов на пустом месте. Впрочем, думал он об этом недолго.

Привал сделали, только когда дошли до широкой равнины, за которой простирались необъятные растительные массивы. Это была незримая граница Милитари и Рыжего леса, знаменуемая остатками трансформаторной будки, растащенной на части. Уотсон наконец понял, откуда в «Ста рентгенах» отделанная листовым железом стойка. Вторая половина листа с характерным рисунком коррозии валялась здесь же, придавленная камнем.

— Костер разведем? — предложил Уотсон.

— Зачем? Бродяги увидят — подсесть захотят.

— Иначе мы не приделаем сетку.

— А на черта она нам сдалась в таких потемках? Раньше надо было делать. От кого маскироваться собрался?