Когда страшно: три книги Пемы Чодрон для опоры в трудные времена - Пема Чодрон

Иногда мы вдруг обнаруживаем, что полностью погрузились в нами же созданную драму. Мы злы так, будто кто-то ударил нас по лицу. Потом мы вдруг приходим в себя: «Подождите, что здесь вообще происходит?» Мы всматриваемся в происходящее и видим, что буквально из ничего возникло ощущение, будто мы что-то потеряли или нас кто-то оскорбил. Мы не знаем, откуда возникла эта мысль, но вот мы опять попались на крючок восьми мирских дхарм.

В тот момент, когда мы ощущаем эту энергию, нам нужно позволить мыслям раствориться и взять паузу. За всей этой суетой и хлопотами – безграничное небо. И мы можем все бросить и расслабиться прямо посреди бури.

Или же мы можем с головой погрузиться в восхитительную фантазию. Мы вглядываемся в нее и видим, что из ничего у нас возникло ощущение, будто мы что-то приобрели, выиграли, будто нас похвалили. То, что возникает, неподконтрольно нам, непредсказуемо, как образы в сновидениях. И мы снова оказываемся на крючке восьми мирских дхарм.

Способность отпускать иногда называют непривязанностью, но без холодной отстраненности, которую часто ассоциируют с этим словом.

Люди так предсказуемы. Крохотная мысль разрастается столь стремительно, и, прежде чем мы успеем осознать, что происходит, мы уже снова оказываемся в ловушке страха и надежды.

В VIII веке выдающийся йогин по имени Падмасамбхава, или Лотосорожденный, принес буддизм в Тибет. Также он известен как Гуру Ринпоче. Легенда гласит, что однажды утром он просто появился на цветке лотоса посреди озера. Он родился полностью пробужденным и знал, что все явления – внешние и внутренние – не обладают независимым существованием. Он не знал только того, как они функционируют в повседневной жизни.

Падмасамбхава был очень любознательным ребенком. В первый же день он обнаружил, что его красота и сияние притягивают к нему людей. Он также заметил: когда он пребывает в радостном и игривом настроении, люди вокруг счастливы и источают комплименты. Король страны был настолько очарован этим ребенком, что взял его жить во дворец и обращался с ним как с сыном.

Однажды мальчик играл на плоской крыше дворца с ритуальными инструментами короля – колокольчиком и металлическим скипетром, вадусрой. Совершенно счастливый, он танцевал на крыше, звоня в колокольчик и вращая в руках ваджру. Потом, из любопытства, он подкинул их в воздух. Они упали на улицу, убив двух проходивших мимо людей.

Жители страны были так разгневаны произошедшим, что потребовали от короля изгнать Гуру Ринпоче. В тот же день его отправили в глушь, не дав с собой ни еды, ни вещей.

Этот любопытный ребенок получил важный урок об устройстве мира. Согласно истории, той краткой, но насыщенной встречи с похвалой и порицанием оказалось достаточно, чтобы Гуру Ринпоче понял, как функционирует сансара. С того момента от отбросил надежду и страх и радостно работал ради пробуждения остальных.

У нас есть возможность последовать примеру Гуру Ринпоче. Во всем, что мы делаем, мы можем исследовать знакомые нам пары противоположностей. И вместо того чтобы автоматически следовать привычным шаблонам, мы должны обращать внимание на нашу реакцию на похвалу. Как мы реагируем, когда что-то приобретаем? Когда мы испытываем удовольствие или боль, и все ли на самом деле так просто?

Когда мы задаемся этими вопросами и наблюдаем за своими мыслями и поступками с любопытством маленького ребенка, то, что казалось проблемой, становится источником мудрости. Странно, но это любопытство отсекает то, что мы называем страданием эго или эгоцентричностью, и мы более ясно видим происходящее. Обычно нас просто уносит волной приятных или болезненных ощущений, и мы даже не замечаем, что происходит. Сами того не осознавая, мы создаем целый роман о том, почему что-то пошло не так, или почему именно мы сейчас правы, или почему мы должны стать такими-то и такими-то. Когда же мы начинаем понимать процесс во всей его совокупности, мы относимся к нему гораздо легче.

Мы – как дети, которые строят замок из песка и украшают его красивыми ракушками, кусочками дерева, выброшенными на берег, и цветными стеклышками. Это только наш замок, посторонним вход воспрещен. Мы готовы напасть на любого, кто угрожает разрушить его. Но несмотря на всю нашу привязанность к этому замку, мы знаем, что его неизбежно разрушит прилив. Нужно научиться наслаждаться этим замком, но не цепляться за него, и, когда придет время, позволить ему раствориться в море.

Эту способность отпускать вещи иногда называют непривязанностью, но без холодной отстраненности, которую часто ассоциируют с этим словом. В этой непривязанности больше доброты и близости. По сути, это желание знать, оно похоже на любознательность трехлетнего ребенка. Мы хотим понять свою боль и прекратить бесконечный бег. Мы хотим понять свое удовольствие и прекратить бесконечное цепляние. Потом наше любопытство растет, а вопросы становятся глубже. Мы хотим знать все про утрату, чтобы понимать других людей, когда их привычная жизнь рушится. Мы хотим узнать все про приобретения, чтобы понимать, почему люди так радуются или становятся высокомерными.

Когда мы с ясностью и состраданием видим, что сами висим на крючке мирских дхарм, мы спонтанно ощущаем большую нежность к другим. Осознавая свою запутанность, мы с большей готовностью принимаем запутанность других. Если мы не будем исследовать страх и надежду и не будем замечать, как мысль возникает и вызывает цепную реакцию, если мы не будем упражняться просто пребывать в этой энергии, не попадая в ловушку мирских дхарм, то мы всегда будем бояться. Мир, в котором мы живем, люди, которых мы встречаем, животные, появившиеся у нашей двери, – все будет казаться нам угрозой.

Так что мы начинаем всматриваться в свой ум и сердце. Возможно, сперва нами движет чувство неловкости, боль или желание измениться. Но постепенно наша практика будет развиваться. Мы осознаем, что другие люди, как и мы, висят на крючке надежды и страха. Где бы мы ни оказались, мы всюду сталкиваемся с несчастьем, которое возникает из-за вовлечения в восемь мирских дхарм. Очевидно, что людям нужна помощь, но мы не сможем никому помочь, пока не поможем себе.

Постепенно наша мотивация к практике меняется, и мы стремимся стать сдержанными и разумными ради блага других. Теперь мы хотим понять, как работает ум и как функционирует сансара, но уже не только ради себя, а ради своих друзей, детей, начальников – ради всего человечества.

Глава 9

Шесть видов одиночества

Обычно мы считаем одиночество своим врагом. Сердечная боль – это не то, что мы выбрали бы по собственной воле. Это