Золушка для миллионера - Марина Дмитриева

что дарить кому-то радость так чертовски приятно, что искренний детский смех и обожание вдохновляют намного больше, чем большое количество денег, новый автомобиль, роскошная яхта и другие атрибуты богатой жизни. А улыбка девушки, в которую влюблен, согревает лучше, чем самые знойные эротические этюды других красоток.

Только одно немного напрягало, в присутствии детей, родителей и других учителей приходилось проявлять сдержанность, быть пай-мальчиком, хотя мне до ужаса хотелось зацеловать и вдоволь потискать свою милашку. И конечно, большего тоже дико хотелось… Эх, увести бы ее хоть на пару минуточек в укромный уголок. Позже, Богданов, позже, а сейчас терпи, казак, атаманом будешь.

Когда костер с песнопениями под гитару закончился, и радостно сонные дети начали расходиться по палаткам, оттеснил Дашу Мельникову немного в сторону. У меня еще очень большие планы на эту ночь и эту девушку. Настало время, когда одна маленькая, временами вредная, иногда ужасно строгая, порой веселая, всегда острая на язык и еще больше миленькая Золушка, должна отблагодарить принца за его старания и мучения.

– Дарья Ивановна, можно вас на минутку, надо обсудить один важный вопрос, – прошептал я, продолжая теснить Дашу Мельникову подальше от лагеря.

– Игорь Станиславович, – шипела пойманная мной красавица – давайте все обсуждения отложим до утра.

– Очень срочный животрепещущий и жизненно важный вопрос.

– Но мне детей надо укладывать, – билась вредная Дарь Ивановна в моих руках.

– Даш, но я очень соскучился, не видел тебя целую неделю, а детишек твоих уложат, не переживай, все под моим контролем. Кроме того, весь периметр лагеря на всякий случай будут охранять специально нанятые люди.

– Игорь, как ты не понимаешь, я ответственна за детей, – продолжала волноваться строгая учительница.

– Тс-с…– положил свой палец на пухлые девичьи губы, призывая чуточку помолчать и послушать умного человека. – В каждой палатке по одному взрослому, успокойся, моя сверхответственная девочка. Кроме того, дети сейчас такие усталые, что уснут, едва голова коснется подушки.

Провел рукой по девичьей спине вверх до тонкой шеи, коснулся ее волос и притянул к себе лоб ко лбу, нос к носу.

– Если ты сейчас не пойдешь со мной, то я умру от… – перевозбуждения, но вслух, конечно, сказал другое, – огорчения и ты будешь ответственна за мою смерть.

– Игорь Станиславович, не говорите глупости! Вы же взрослый человек, – рвалась из моих объятий строптивая Золушка.

– Либо ты, либо Ваше Сиятельство, – напомнил я.

– Ваше Сиятельство, вам пора, как солнцу, скрыться за горизонтом.

Маленькая миленькая язва, фиг тебе.

– Даш, не могу тебя отпустить, – пальцы сами собой сильнее сжались на девичьей талии. – В палатке вместе с тобой ночует мама Кати Ждановой, она последит за детьми.

– Откуда ты знаешь фамилии моих детей?! – даже в темноте было видно, как возмущенно сверкнули серые глаза.

– Я стараюсь максимально подробно изучить волнующий меня вопрос. – Словно усмиряя дикую кобылицу ласково погладил девичью спину. – Мама Кати Ждановой работает у нас в холдинге, она уложит детей спать, я с ней договорился, – и еще на пару шагов оттеснил Золушку вглубь леса.

– Ты, как всегда, все продумал и рассчитал.

– Милая, я долгое время занимался шахматами, – в голос проскользнуло немного самодовольства.

– Самовлюбленный павиан! – тут же отреагировала Золушка, вроде бы ругала, но из-за лукавой улыбки ее слова воспринимались больше похвалой.

– Милая, прости, не могу больше, – зарокотал я, – целый неделю об этом мечтал, – притиснул Дашу Мельникову к первому попавшемуся дереву и поцеловал.

Хотелось томительно-нежно, чтобы показать свою влюбленность, получилось скорее захватнически крепко. Золушкин возмущенный писк потонул в недрах моего алчного рта. Надеюсь, она не подумала, что я увел ее из лагеря с целью прогуляться под звездами и сейчас начну травить стихи. Когда-нибудь потом, возможно, в самом деле продекламирую Пушкинское «Я помню чудное мгновенье, передо мной…» упала ты, но сейчас не в состоянии быть романтичным, хочу ее целовать, хочу ее чувствовать. Провел своими жадными лапищами вниз по стройному телу, подхватил под попу и притянул к себе, показывая мощь и силу своего желания. Она еще раз пискнула, попыталась отстраниться… Но я крепко зафиксировал ее в своих объятьях, держа одной рукой за хвост на голове, другой чуть пониже спины, а для дополнительной крепости, словно задыхающийся, ухватился своими губами за аленький цветочек ее рта. Моя ты красавица, моя… Сегодня будешь моею. Подхватил ее на руки, и потащил вниз к озеру.

– Игорь, куда ты меня несешь. Немедленно, слышишь, немедленно поставь меня на руки. Ой, точнее, на ноги!

– Может, на голову? – смеялся я ее оговорке.

– На ноги, – и даже принялась колотить меня по плечу своими маленькими кулачками.

– Я, злой Кощей, украл самую красивую девушку тридесятого королевства, точнее, гимназии номер семь, и теперь несу ее к себе в замок.

– А кто всегда твердил, чуть ли три раза на день, что он прекрасный принц?! Кажется, колдунья все-таки добралась до тебя.

Засмеялся, моя Золушка неподражаемая девочка.

– Ты слышишь, немедленно меня отпусти.

Отпустил, чтобы снова собственнически прижать к себе, исследуя руками и губами такое желанное тело. Когда кислорода, несмотря на окружающий нас сосновый лес и полезные для легких фитонциды, стало не хватать, закружилась голова, а звезды стали казаться крупнее, мою активно целующуюся девочку пришлось отпустить. Иначе, как первобытный человек, прислоню ее к первому попавшему дереву и возьму свое. А у меня совсем другое запланировано. Провел подушечкой большого пальца по пухлым девичьим губам. Блин, но как же сложно от нее оторваться.

– Золушка, не упрямься, пожалуйста, у меня для тебя еще один сюрприз…

Взял тонкие подрагивающие пальчики в свою ладонь и потащил дальше прямиком к озеру.

– Мы будем кататься на лодочке? – предположила строгая учительница первого «в» гимназии номер семь.

Хорошая идея, как-нибудь потом будет и лодочка, и «я помню чудное мгновенье, передо мной упала ты», сейчас у меня другие, более платонические планы.

– В другой раз.

И не сбавляя шага, потащил Золушку вниз к озерной глади.

– Как красиво этой ночью! – восхитилась Даша Мельникова.

– Да, очень! – несколько нервно подтвердил я, поскольку из-за вышедших из-под контроля инстинктов, сейчас мог воспринимать только красоту женщины, идущей рядом. На все остальное плевать.

– Игорь, куда ты меня тащишь?!

– Скоро уже придем, – звенел от напряжения мой голос.

Буквально пять минут, и нам открылся прекрасный вид на стоявший у воды домик-беседку… Там уже все было подготовлено к нашему приходу. Домик был деревянный, и только сторона, обращенная к озеру, состояла из раздвигающихся стеклянных рам от пола до потолка. Небольшое строение состояло из одной просторной комнаты, парилки и санузла. Внутри комнаты стояла огромная кровать, которую по моему