Прислуга в гостинице духов (СИ) - Матлак Ирина

— Несколько дней пробудет без сознания. В итоге должна справиться.

В комнате тут же будто бы включили звук, и все отмерли, словно по команде. Госпожа Санли как всегда оказалась стоящей впереди всех и тут же принялась отправлять столпившийся народ на выход.

— Нечего, нечего здесь смотреть! — кричала она, активно размахивая руками. — Работы непочатый край, а они покой VIP-клиента нарушают! Вон, вон, не зеваем, глазами не хлопаем!

Я держалась рядом с Германом, снова цепляясь за его рукав, и вытолкать меня, не потревожив его, управляющая не могла. А потревожить Германа не решилась.

Мимо меня проскользнул Олег в окружении духов-помощников, затем Аня с Аленой, причем последняя наградила меня многозначительным взглядом, предвещающим обстоятельный разговор со всеми подробностями. Вскоре в комнате, не считая хозяйки, осталось всего пятеро: я, Герман, Тэйрон, Кирилл и вездесущая госпожа Санли.

— Звервон, — произнес заклинатель духов. — Только он мог преодолеть такую сложную защиту и пробраться внутрь Большого Дома.

— Звервон? — усомнился напряженный Герман. — Они разве еще остались?

Возникло ощущение, что на скрытом капюшоном лице Тэйрона появилась кривая усмешка:

— Остались, уж поверь. Эти твари встречаются чертовски редко даже в мирах духов, не говоря об этом. Те немногие, что еще живы, обитают в нижнем. Но, похоже, нашему старому «другу» удалось одного достать.

— Уверен? — спросил Кирилл, в голосе которого звучало заведомое знание ответа. Вслед за этим он взъерошил свои волосы и, кажется, негромко выругался. — Нужно ставить потоковый барьер.

— Спятил? — бесцеремонно спросил Герман.

— Другого варианта нет. И вам четверым придется мне помочь.

Сначала мне подумалось, что я ослышалась. Но когда на мне сосредоточилось внимание всех здравствующих собравшихся, стало ясно, что нет — не ослышалась.

— Она в этом участвовать не будет, — отрезал Тэйрон, чем привел меня в еще большее изумление.

Даже если я сейчас окажусь втянута во что-то сомнительное, ему-то какое до меня дело?

Похоже, Герман был удивлен не меньше, а вот Кирилл на такое заявление отреагировал достаточно спокойно, словно именно таких слов от заклинателя и ожидал. И все же от своего отступать не собирался, ровно возразив:

— Она теперь тоже часть Большого Дома, Тэйрон. У Юли контракт не только горничной, но и напарницы Германа, обязывающий оказывать содействие в экстренных случаях. А какой еще случай можно назвать экстренным, как не этот?

Повисла долгая и напряженная тишина.

Реакция заклинателя вновь пряталась под черным плащом с глубоким капюшоном, но, если бы меня попросили угадать, что он сейчас чувствует, я бы ответила так: Тэйрон в бешенстве. Зол как тысяча чертей и столько же голодных безликих! Хотя умело держит себя в руках.

Я же, хоть убей, не понимала, чем вызвана такая опека с его стороны, и почему он не хочет, чтобы я оказала помощь Кириллу. Да и какую именно помощь меня просят оказать, тоже пока не совсем представляла.

— Ей это по силам, ты же знаешь, — в упор глядя на заклинателя, произнес маг.

Мне порядком надоело, что меня обсуждают в третьем лице в моем же присутствии, и я, наконец, вмешалась:

— А, может, вы для начала объясните, о чем вообще идет речь? Что за потоковый барьер?

— Потоковый барьер, — моментально подхватил Кирилл. — Одна из самых сильных магических защит, преодолеть которую не в силах почти никто. А даже если кому-нибудь это вдруг удастся, незамеченным он не останется.

— И в чем подвох? — уточнила я.

— В том, что такой барьер черпает силу из создателей, — опередил Кирилла Герман. — Чем больше магов участвует при его создании, тем меньший поток энергии требуется от каждого.

Не сказать, что мне стало все ясно, но суть я уловила.

— Но я ведь не маг, — перевела взгляд с Германа на Кирилла. — И к тому же понятия не имею, как все это делается.

Госпожа Санли, до этого момента хранящая подозрительное молчание, громко фыркнула. Я бросила на нее беглый взгляд, но она его демонстративно проигнорировала и обратилась к Кириллу:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты же понимаешь, что это в любом случае рискованно? Я, разумеется, костьми лягу, а защищу этот Дом, но все-таки дополнительная помощь для нас лишней не будет. Духи для такого не годятся, а вот наши лоботрясы вполне подойдут. Их потоки минимизируем, но какую-никакую пользу они все ж таки принесут. Дарам у нас медиумы да захудалая ведьма работают?

— Нет, — маг отрицательно покачал головой. — Каждый лишний участник равен возможной бреши в барьере. Действовать будем вчетвером.

Говоря «вчетвером», он снова смотрел прямо на меня, отчего я уже начинала чувствовать себя немного неуютно. Да что там немного… очень неуютно!

Юля-Юля… и во что ты опять ввязываешься?

— Вы так и не ответили на мой вопрос, — невольно поежившись, напомнила я. — Что мне придется делать, учитывая, что я ни разу не маг?

— Кирилл, — с угрозой в голосе произнес Тэйрон.

Но маг остался к угрозе безучастен и с неизменным спокойствием ответил:

— Будешь находиться рядом с Германом, и все поймешь. На самом деле, в установке барьера не будет ничего сложного. По крайней мере, для тебя.

Я была убеждена… нет, даже уверена, что сейчас заклинатель духов взорвется, и прямо в опочивальне ныне беззащитной девушки-кошки завяжется нешуточная потасовка. Но ошиблась. Недовольство Тэйрона было ощутимо буквально на физическом уровне, но он все-таки сумел оставить его при себе.

Глава восемнадцатая

Чем занимаются все порядочные девушки глубоким вечером, стремительно перетекающим в ночь? Правильно, ходят вокруг гостиниц, вооруженные большой кистью и ведром белой краски!

Я очертила уже добрую треть территории вдоль изгороди и начинала думать, что присоединиться меня попросили не потому, что я обладаю какими-то там необычными задатками, а чтобы повесить самую скучную работу. В самом деле, кому еще доверить ответственную миссию — помечать границу Большого Дома краской, как не начинающему иллюстратору?

— Уи-уи! — пропищал семенящий за мной цыпленок.

— А ты вообще предатель, — согнувшись в три погибели, обронила я. — Как гулять, так это к Юле, а как что серьезное, так сразу к господам заклинателю и безликоборцу!

— Уи-Уи, — прозвучало с неподдельной досадой.

Я вздохнула:

— Ладно, ты не виноват. Это просто я не гожусь ни на что кроме уборки и разрисовывания травы.

На этот раз в писке отражалось категоричное несогласие и воинственное желание приободрить. Воинственность заключалась еще и в том, что цыпленок начал выписывать вокруг меня круги и умудрился вляпаться в краску, став при этом частично белым.

Я улыбнулась:

— Дух, называется. Стал бы неосязаемым, и все дела.

Обидеть цыпленка совершенно не хотела, да и он, в общем-то, обижаться даже не думал. В его компании мне стало веселей, и дело теперь продвигалось значительно быстрее. Когда с поставленной задачей было покончено, я вернулась в гостиницу, где сразу же отправилась в излюбленную подсобку. Вошла в нее, по привычке не включая свет, опустила на пол ведро с краской и сняла перчатки.

Наблюдательница не показывалась мне уже давно, и увидеть ее сегодня я никак не ожидала. Поэтому фигурка, скукожившаяся у старого шкафа, буквально застала меня врасплох, и я едва не вскрикнула.

Спустя мгновение устыдилась своего порыва и приветливо ей улыбнулась.

Конечно, после случившегося с Джеей нервы шалят, но это вовсе не повод портить дружеские отношения с одиноким духом. Уж не знаю, считала ли Наблюдательница меня своим другом, но, по крайней мере, искренне на это надеялась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ее внезапный порыв со мной заговорить, удивил не меньше, чем само появление этого замкнутого духа. По правде сказать, я не была уверена, что она пытается мне что-то сказать, но иной трактовки протянутым вперед рукам и беззвучно открывающимся губам придумать не могла.