Проданная зверю (СИ) - Владимирова Анна

— Да что не начинай — ты посмотри на себя? Ты сбежала из-за того, что он тебе не сказал вчера?

— Тебе не понять, — покачала головой. — Не тебе постоянно врут и требуют, чтобы сидела тихо, принимая судьбу с благодарностью!

— А почему не посидеть тихо, Теа? — сложил он руки на груди, опираясь на столешницу. И где только таких внушительных поз поднабрался? У братьев Хауэр? — Вчера у тебя хорошо получилось — я сам видел. Тебе нравилось.

— Я хочу, чтобы меня спросили, — сжала кулаки. — А не снова ставили перед фактом и требовали успокоиться, потому что великий и ужасный Аарон Хауэр так приказал! Я хочу… по-человечески!

— Я видел — ему не все равно. И не сказал он только потому, что все это понимает! Было бы ему плевать — поставил бы перед фактом, а он ждал! Наверняка ждал, пока вся эта срань с судом закончится! — Я растеклась по стулу, чувствуя адскую усталость. Банни подкрался осторожно ближе и, подтянув другой стул, сел рядом: — Послушай… ты же когда-то так хотела… А тот мудак тебя бросил.

— Я его не виню, — прошептала безжизненно. — Том тоже хотел… Но я бы никогда не осталась с мудаком, которому нужно от меня только что-то определенное… Не кажется тебе, что с Аароном так же? Он получил от меня, что хотел…

— Теа, — прокашлялся интригующе друг, — я тут поговорил с ними… Ну, ты меня знаешь. — Знала. Этот и камень разговорит. — В общем, знаешь, как они детей делают? — Я заставила себя поднять голову и изобразить интерес. — У них договоры на суррогатное материнство с людьми, вот и все… Все, как у людей.

Мда, а я представляла себе закрытые тюрьмы-лаборатории с бедными узницами.

— Ну, ты подумай только, что для Аарона было проще — психовать с тобой изо дня в день, рискуя каждый раз оказаться на электрическом стуле, или чем там у них казнят из-за срыва? Или просто получить суррогатного ребенка со своей Грейс?..

И такие голубые невинные глаза мне выкатил, что захотелось его треснуть промеж них от злости. На то, что все это звучало здраво.

— …А еще знаешь, почему Аарона оправдали? — друг торжествующе усмехнулся, будто светлая идея только-только пришла ему в голову. Так и оказалось: — Потому что ты беременна. Я теперь это понял. Слышал, как Клауд говорил по мобильнику в машине с отцом Аарона…

Да, я вспомнила, что Аарон просил Найфа позвонить Денверу.

— …Кажется, по их законам Аарон имел право тебя защищать так, как того требовала ситуация. А Шейн не имел права тебя вообще куда-то везти, будь у него хоть разрешение самого Господа Бога!

Так вот почему отец Аарона был сначала холодно настроен, а потом его будто подменили — Аарон рассказал ему! Не мне — ему! Я выпрямилась на стуле, округляя глаза — по всему выходило, что о моей беременности теперь знали все. А я узнала случайно последняя.

— Я устала… — поднялась со стула.

— Даже не думай спать, — обеспокоено схватил меня за руку Банни.

Я только сейчас обратила внимание, что у него без конца пиликают входящие на мобильном.

— Ты что, работу из-за меня прогуливаешь? — насторожилась.

— Да хрен с ней…

— Банни, а ну собирайся и дуй!

— Да не работа это, — он рывком вытащил из кармана аппарат, пробежался по входящим, — это я неудачно в баре с типом одним познакомился. Сейчас, погоди…

Пока он строчил ответы, я поднялась и прошла в комнату. Послонявшись из угла в угол, я лишь утвердилась в чувствах — не хочу тут быть. Хотелось куда-то нестись, желательно — к одному самоуверенному Зверю, залепить ему пощечину за то, что не научился меня спрашивать, прежде чем определять за меня мою жизнь. Но чем больше душа рвалась в бега, тем решительнее я думала о том, что нужно успокоиться и хладнокровно все взвесить. Хватит — добегалась. Это было слишком. Но, чтобы не надумать лишнего, предстояло выяснить детали. Не знаю, в состоянии ли был Зверь, но мне нужно было знать.

«Ты знал, что я могу забеременеть от тебя?»

Я вышла на балкон — воздуха стало не хватать. Но не успела я задохнуться от эмоций, раздался входящий:

— Да, знал.

— И не спросил…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Теа, твою мать, я — не человек! Я не могу спрашивать тебя об этом! Мы носим костюмы и говорим по мобильнику, но мы — не люди! Когда ты уже в это поверишь?! — Я всхлипнула, хватая ртом воздух. — Ты же знаешь, что у меня был выбор…

— Ты говорил, что не было….

— Потому что я его нам не оставил! Я хочу только тебя, иметь детей с тобой, а не делать их в пробирке! Ты же вчера едва не умирала от страха, когда спрашивала меня об этом, что изменилось сегодня?! — рычал Аарон в трубку. — Я бы хотел почувствовать себя виноватым, но не могу! Хочешь наказать меня за это?!

— Я… — тяжело сглотнула, — хочу разобраться… для себя…

— Не делай глупостей, — выдохнул он глухо. — Я… не знаю, чего ты еще хочешь. Просить тебя о прощении? За это?

Внутри что-то снова натянулось и дернуло с такой силой, что я пошатнулась.

— Теа! — вскричал Аарон, и я поняла — он меня видит. — Отойди от перил!

Я оттолкнулась рукой и впечаталась спиной в стенку, сползая до пола под звук его тяжелого дыхания:

— Я не могу больше выносить твоих эмоций! С тобой сложно…

— Я не обещал, что будет легко, помнишь?

По щекам покатились слезы. Он обещал ад. Не соврал.

— Теа… — слышала, как он тяжело сглатывает, — вернись. Ты — вся жизнь.

— Из-за ребенка? — выдавила я.

— Из-за тебя…

В трубке вдруг раздались гудки, но балконная дверь открылась, и ко мне шагнул Аарон собственной персоной. Вот же Банни! С типом он, значит, в баре познакомился! Ничего так «тип»… Зверь опустился на колени напротив и вгляделся в лицо. Пиджак расстегнут, как и верхние пуговицы рубашки, а я так и видела, как он мечется по этажу туда-сюда, глядя на меня в камеру. Отпустил? На два метра… Аарон продолжал сверлить меня таким непонятным взглядом, что в равной степени можно было подумать, что он либо задушить меня хочет, либо вернуть в свои руки и не выпускать.

— Ты же чувствуешь меня… — прозвучало укоризненно.

— Я не понимаю, что я чувствую! Меня не учили быть с таким, как ты, Аарон… — шмыгнула я носом. — Меня только пугают твои эмоции. Я — не зверь! Мне тоже за это извиниться?

Он помолчал некоторое время, рассматривая меня внимательно.

— Я хотел тебе сказать позже, когда все это кончится… Да, я боялся… потерять. — Он опустил взгляд, сдвигая брови. — Никогда бы не подумал, что ты можешь прибежать ко мне сегодня, — на его губах ожила призрачная улыбка. — …за мной. — Аарон снова поднял на меня взгляд: — Не верил в тебя… нас… Прости. Я тебя совсем не знаю. Но не хочу потерять.

Он не наденет на меня ошейник, не сможет перешагнуть эту черту — я была уверена. Аарон отпустил меня сегодня, несмотря на то, что его разрывало изнутри противоположными желаниями. Но готов ли он отпустить, как обещал?

И, будто чувствуя мои сомнения, он вдруг подался ближе:

— Выходи за меня.

Я вжалась в стенку, округляя глаза. Сейчас? Он спрашивает сейчас?

— Ты точно не хочешь меня потерять? — усмехнулась я, глядя в его глаза, но Зверь не разделял моего веселья.

Да, он мог дождаться, когда все успокоится, как уже собирался сегодня, но все пошло не по плану, и теперь мы сидим на моем балконе, решая, что делать со всей этой чертовой разницей между нами. Вероятно, больше он не делал ставку на время — ничего не изменится. Он останется Зверем, а теперь еще и отцом моего будущего ребенка, а я — человеком. Это никогда не изменится.

Спросить, отпустит ли? Сейчас, когда я беременна, это казалось невероятным. Только язык не поворачивался. Его чувства — не игрушка, отыграть назад не выйдет. Определенно, я была не готова…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

…сделать нас обоих абсолютно несчастными, не попытавшись побороться за счастье.

— Хорошо, — кивнула я. — Я выйду за тебя…

Удивила. Снова. Он пару секунд недоверчиво щурился, потом, кажется, хотел переспросить, но, подумав, не рискнул.

— Смелая девочка, — растянул губы в улыбке, вскинул руки и перетянул к себе на колени. — Ты не пожалеешь, — шепнул на ухо.