Сильнее времени (СИ) - Добрынина Елена

Обычно Алёша не слушал зазывал, но тут встал как вкопанный, отчего-то его взяла оторопь. Откуда бы мог старик знать, что Наталья любит такие украшения?

- Покажи, - попросил Терепов.

Старик раскрыл ладони, и Алексей увидел монисто, которое было на юной Нати под Плевной много лет назад. Наверное, то было не оно, конечно, а очень похожее украшение, но Алексею показалось, что оно именно то самое.

- Беру, - загорелся граф. - Сколько хочешь за него?

Старик усмехнулся.

- Для любимой не пожалеешь? Это хорошо, Алёша, это правильно. Бери, всего рубль серебром.

Баснословные деньги за ожерелье, но Алексей как под гипнозом достал монету из кошелька.

- Хм... И то дело, не поскупился! Да только больно деньга большая, а мне лишнего не надо. - Старик покопался на прилавке, где вперемешку лежала всякая мелочь - пуговицы, табакерки, латунные подсвечники, ложечки, игрушки-свистульки. - А возьми-ка, ты, мил человек, вот что в придачу.

С этими словами старец выудил из-под горы барахла два кругляшка и Алёша признал в них пару часов на цепочке. Они были абсолютно одинаковые, с до блеска начищенными металлическими крышками, украшенные как под копирку растительным узором.

- Зачем мне часы? Да ещё и двое? - Удивился граф.

Что-то странное с ним происходило. На шумной ярмарке разом стихли все звуки. Не слышно было людских голосов, словно время застыло. Только теплый ветерок трепал ласково волосы Алексею, да седую бороду продавца.

- А вот, помяни мое слово, пригодятся еще. То не простые часы, а особенные. Прокрутишь колесико вверх и переместишься в будущее, а коли вниз, так вернешься обратно.

Алексей с недоверием посмотрел на старика. Что за чушь? Ему казалось, что все вокруг поплыло, сознание путалось.

- Бери, бери! Мало ли, где укрыться придется? Найдет он вас везде, а там, в другом времени, авось удастся схорониться.

С этими словами старец завернул часы и монисто в сверток и сунул Алексею в руки. Терепов попятился, словно не желая взять упаковку, но вот она уже в руках, а он стоит и смотрит на газетный сверток в своих ладонях.

- С дааа-роги! – Закричал кто-то прямо у уха Алеши.

Он встрепенулся, оглядываясь. Мужичок в красной рубахе-косоворотке, цветастой стеганой жилетке, подпоясанной витым пояском, и с залихватской кепкой на русой, кучерявой башке восседал на козлах брички, выезжая с ярмарки. Алексей со своим жеребцом стояли посреди ряда и не давали проехать другим посетителям ярмарки. Алеша двинулся в сторону, пропуская обоз. А когда тот проехал, на месте барахольщика было пусто.

Не веря своим глазам, офицер оглядывался по сторонам. Как такое могло быть, чтобы только что был человек с товаром, разложенным на прилавке, а потом за пару секунд исчез? Невообразимо, невозможно. Зато в руках его лежал сверток, самый что ни на есть настоящий. Край газеты задирался, трепыхаясь на ветру. Алеша убрал покупки в сумку, вскочил на коня и поспешил в штаб полка.

А вечером слова старца стали пророческими.

После ужина, посидев немного в гостиной, молодые Тереповы решили идти почивать. Анечка спала за стеной, в соседней комнатке. Весь вечер она играла с новым ожерелье, так оно ей пришлось по душе, что Натали пришлось отдать подарок.

- Вот так еще и двух лет нет, а уже мои побрякушки отнимает. – Рассмеялась молодая женщина.

Часы ей Алеша не показал. Бросил в ящик небольшого столика в спальне.

Ночью Алеше снилось, что он вновь участвует в штурме Плевны. Кричат его раненые товарищи, грохочет пушка. Он даже запах гари почувствовал, пока вдруг не понял, что это вовсе не сон, а в самом деле что-то горит. Подскочил, оглядываясь, искал глазами жену. В соседней комнате истошно кричала испуганная Аннушка, а из-под дверей, видел Алексей, из коридора лезло в их покои пламя.

Оранжевые языки лизали дубовые двери, перекидываясь на гардины, обрамляющие вход, лезли по обоям. Дым застилал глаза.

В одних кальсонах Алексей помчался в детскую. В голове билась одна мысль: «Поджог». Горела именно их сторона особняка. Интуитивно понял, чья это месть. Говорил же Цыган, что они еще пожалеют. Наталья была в детской вместе с дочкой. Выход из Аннушкиной комнаты тоже горел.

- Как нам выбраться? – В ужасе шептала Наталья.

В голову ничего стоящего не приходило. Мысли метались, путались. Он должен защитить жену, спасти ее и дочь. Но как? Словно видение какое в голове вдруг возник образ старца с ярмарки – «Найдет он вас везде, а там, в другом времени, авось, удастся схорониться». Алеша, не веря, что он делает сейчас, ринулся в спальню к комоду. Достал часы, вернулся к Натали.

- Это часы, которые перебросят нас с Аннушкой в будущее. Крутишь вверх – перемещаешься вперед, а вниз – возвращаешься назад, сюда. Поняла, Наташа?

Натали стеклянными глазами смотрела на него. Еще чуть и она начнет паниковать. А огонь уже лижет персидский ковер, подбираясь к кровати.

- Бери вещи, давай, - подтолкнул Терепов жену, выводя ее из оцепенения.

Наталья, на удивление, послушалась. Она металась по детской, хватая кое-какие вещи для Аннушки. Всё было словно во сне. Алексей накинул на плечи жене тёплое покрывало, сунул в руку узел с детским исподним, усадил Аннушку ей на руки.

- Держись за меня, - открыл часы и покрутил колесико вверх, заводя брегет.

Ничего не произошло. Только сильнее чувствовался жар от огня, который уже во всю хозяйничал в супружеской спальне.

- Надо выбираться, Алеша. – С мольбой в глазах смотрела на него Наталья.

- Он не оставит нас, ты же понимаешь. – В голову вдруг пришла шальная мысль – отправить жену и дочь в будущее одних, а самому перенестись через вторые часы. - Смотри, повернешь вверх, переместишься в будущее. Мне так сказывали, должно получиться.

- А как же ты, Алёша? - В глазах Натали застыл ужас.

- У меня есть такие же часы, я найду тебя в будущем, слышишь?

Он сам не верил в то, что говорил. Но ведь, всегда стоит пробовать, даже если кажется, что шанс ничтожен. Пламя уже во всю бушевало в их спальне. Наталья покрепче прижала к себе Анечку, кивнула поспешно и взяла из рук Алексея часы. Он отстранился, преодолевая страстное желание не отпускать. Нати выдохнула и завела часы.

Что-то неуловимо изменилось, а потом балка с потолка обвалилась и ударила Алексея Георгиевича по голове, от чего он упал без сознания так и не поняв, спаслись ли его девочки.

Глава 37. Все расставания заканчиваются встречами

Орловская губернія, Россійская Имперія, 1912г. отъ Р.Х.

В кабинете воцарилась тишина. Среди обширной старинной библиотеки, которая занимала большую часть кабинета, на креслах и диванах расселись гости и хозяин, сам граф Алексей Георгиевич Терепов.

После шумной встречи в родной усадьбе дочери и брата в сопровождении сыщика Петербургской полиции, Алексей Георгиевич спешно попросил слуг накрывать к обеду. В доме воцарилась суета и гомон, как всегда и бывает, когда внезапно приезжают дорогие гости. Прошло не меньше часа, пока всех разместили.

Ася и Порфирий Георгиевич, перебивая друг друга, расспрашивали старшего графа обо всех новостях. Неприятным сюрпризом для Аси стало то, что маменька с отцом не жила. Съехала в соседнее имение, которое когда-то принадлежало деду. Ася чувствовала, что их разлад давний и глубокий, но совершенно не знала, как теперь об этом думать. С одной стороны, ей было жаль, что они настолько несчастливы, что даже разъехались. С другой же, Ася всегда знала, жизнь родителей вряд ли можно назвать образцом для подражания. Мать была холодна что с ней, что с папенькой, не интересовалась их делами, а забавы, которые они устраивали, считала глупостями. Поэтому пока раскладывала в своей маленькой комнатке вещи, девушка успела прийти к мысли, что все к лучшему. Если им легче жить отдельно, то это - их дело.

Позвали к обеду, и понемногу все собрались в столовой. Застолье было праздничным, в честь Нового года.