Я злодейка в дораме - Екатерина Вострова

ты в своем праве. Мне все равно, — произнесла я нарочито пренебрежительным тоном.

Да, я блефовала. Мне было не все равно, пусть вчера и хотелось залепить пощечину этому невозможно упертому полудемону, который не ценит ни хорошего отношения, ни каких-либо чувств вообще. Но сколько можно меня им шантажировать?

Даже если официант, который может дать показания против нас у нее, и она решит пустить его слова в ход… Наплевать! Скажу, что мне стало плохо и Вей Лун отнес меня отдохнуть. А если мне не поверят…

Я не настоящая Лю Луань, в случае гнева императора и приказа привести доктора, чтобы тот проверил девственница я или нет — плакать и убиваться не буду.

Осмотр у старого грубого гинеколога, на который отправили всех девочек в старших классах школы в районную поликлинику, пережила, и тут переживу.

— Ну ничего себе какие откровения, — криво усмехнулась сестра, — передам их Вей Луну, как только увижу его.

Я скрипнула зубами. Вот стерва! Привыкла добиваться своего любой ценой?

— Рассказывай. Мне плевать. Или ты думаешь, что меня тронет, если он расстроится? Я принцесса, с чего меня должно волновать, что чувствуют слуги? — я скрестила руки на груди.

Ифей прикрыла глаза и облизнула губы.

— Ладно, ты выиграла, — ответила она сдавленным тоном спустя время. — Что ты хочешь, чтобы я для тебя сделала? Извинилась перед этой служанкой… как ее… Мейлин? Если надо, я перед ней на колени встану и перед тобой. — Она одернула платье, как будто действительно собиралась встать на колени. В ее глазах блеснули слезы.

— Стой, не надо… — Я едва успела схватить ее за руку, пока она не плюхнулась.

— А-Лу, мне не сделать этого самой, понимаешь? Я буду с Цин Фаном в комнатах, Ян Ми принесет чай. Спрятать афродизиак заранее тоже не выйдет. Евнухи тщательно осматривают помещение утром и вечером и пробуют всю еду и жидкости. А если тебя спросят, зачем ты пришла на кухню, то есть отличное объяснение: ты переживаешь из-за того, что отец запер тебя на неделю, и просишь отправить ему чая. Таким образом выказываешь почтение и просишь у него прощения за поведение.

Я внимательно смотрела на Ифей, пытаясь прочитать её истинные намерения. Все это звучало логично. Слёзы в её глазах могли быть искренними, но она, в отличие от меня, была мастером манипуляций и интриг. А вот я в людях разбиралась не слишком хорошо.

Я сжала в руках бутылек.

Хорошо, что это просто тоник. Если она захочет подставить меня — ничего этим не добьется…

— А- Лу… — жалобно потянула наследная принцесса.

«Она только что в открытую шантажировала и угрожала! Нет и все! — мысленно приказала я себе, — Не ведись на ее слезы».

— Может быть вместо того, чтобы продумывать все эти хитроумные планы, стоило вчера просить проводить тебя бессмертного мастера, а ней моего бывшего стража? Глядишь, уже и без всяких снадобий к нему бы в доверие втёрлась. — сухо произнесла я. Ее разговоры про мои извинения перед отцом заставляли напрячься.

— Так он тебе все-таки нравится? — моментально навострила уши Ифей. — Тогда ты тем более должна меня понять! А-Лу, пожалуйста, первый министр не должен стать моим первым мужчиной. Ты не знаешь, какой он. Дело даже не в его внешности или возрасте. Я была на совещаниях и слышала советы, которые он нашептывает отцу. Этот мужчина ужасен, и даже если мне придется связать с ним судьбу… Подари мне эту сказку хотя бы на одну ночь, позволь хотя бы с помощью зелья почувствовать себя желанной и свободной.

Чисто по-женски я ее понимала и, возможно, если бы она начала с этого, а не с угроз, то…

«…Первый министр не должен стать моим первым мужчиной», — фраза вдруг эхом повторилась в моей голове. Все, что происходило в дораме, повторяется здесь. В фильме наследная принцесса после этой фразы лишилась невинности с Вей Луном. Чья это судьба? Принцессы или Вей Луна? Может, все же стоит помочь Ифей, чтобы обезопасить себя от того, чтобы оказаться на ее месте? А то мало ли сюжету все равно какая именно из принцесс лишится невинности.

Лун получил сто ударов палкой, даже несмотря на то, что его никто в этот раз не подставил, а если бы он не взял наказание на себя — то оно могло достаться мне или Мейлин.

По спине поползли неприятные мурашки.

Желание помочь Ифей не появилось, но за собственную невинность вдруг стало страшно.

Несмотря на то, что в родном мире у меня не было особенного опыта взаимоотношения с противоположным полом (ну разве, что в школе с мальчиком за одной партой сидела, но ведь это не в счет, да?) я не придавала какого-то сакрального значения девственности.

Вот только сейчас я не в родном мире. В этой дораме опорочившая себя девушка вполне может и головы лишиться.

У меня сейчас не настолько близкие отношения со стражем, да и замуж после смерти генерала Хуа меня пока вроде ни за кого не сватают. Но все же будет лучше, если сестрица сама с кем-нибудь переспит и на этом сюжетная арка будет исполнена.

Кроме того, оригинале Вей Лун после ночи с наследной-принцессой избавился от ее отца, таким образом решив проблему Ифей с навязанным браком. Потом он помог ей усмирить министров и взять власть в руки, а после, женившись на ней, забрал эту власть себе.

Если здесь на месте Вей Луна окажется Цин Фан, то история пойдет совсем по другому пути. Император будет жив, Ифей все равно добьется своего — но с меньшими жертвами.

— А-Лу, я знаю, что ты хочешь свободы. Пожалуйста, если все удастся, то, клянусь, я лично устрою все так, чтобы тебе больше не было нужды оставаться во дворце, — дрожащим от слез голосом пообещала сестра.

Я опустила глаза, покрутила бутылочку в руках. Это просто тоник. И все равно. Идти у нее на поводу — нельзя.

А от Вей Луна — как-нибудь отобьюсь.

— Твой план мне не нравится. — честно призналась я, добавляя в голос стали. — Придумай другой.

Ифей сжала губы в тонкую нить, смотря на меня полным отчаяния взглядом. Но видимо что-то в моем лице заставило ее понять — вопрос закрыт, и на подобное я точно не пойду, потому что настаивать дальше она не стала.

— Мы ведь все еще сёстры, ведь так? — спросила она жалобно.

— Конечно, сёстры. — холодно подтвердила я. Все-таки какая она двуличная! Сначала шантажирует, а через минуту называет сестрой. — Но я уже жалею, что согласилась изначально в этом