Голиаф - Вестерфельд Скотт

— Нет, но вы несколько на виду, потому что везде его сопровождаете.

— Это вы болтаетесь у него на хвосте, а не я.

Дэрин оттащила репортершу чуть дальше по коридору:

— Это моя, черт возьми, обязанность его сопровождать! А вы таскаетесь за ним, как какая-нибудь влюбленная деревенская простушка!

Мисс Роджерс рассмеялась:

— Право, молодой человек, я сомневаюсь, что признаки этого состояния вам знакомы. И таскаюсь я, кстати сказать, не за мистером Фрэнсисом. А за вами.

— Как вас понимать, мисс?

— А очень просто. У вас на лбу написано, что здесь на корабле всеми перезвонами заправляете вы.

— Что вы такое несете? — моргнув, спросила Дэрин.

Молодая особа отступила на шаг, оглядывая Дэрин с головы до ног, как портной на примерке:

— Чтобы вы знали, я выросла при отеле. Папаша мой в делах был полный профан, матери было не до нас. Поэтому это было нашей единственной надеждой на более-менее приличную жизнь. И я уже в нежном возрасте поняла, что важнее всех в отеле не хозяин, и не управляющий, и даже не домашний детектив. А тот, кто заведует звонарями — коридорными и швейцарами, у которых колокольчики. Вот он действительно знает, где собака зарыта. И получает за это неплохие чаевые, если вы понимаете, о чем я.

— Нет, мисс, не понимаю, — ответила Дэрин. — Я мичман, а не швейцар.

— Рассказывайте. Я вчера видела вас в действии — белые перчатки, бойкий говорок под разлив бренди. А сами знаете все секреты — всех и каждого, разве не так? И все, если что не так, тут же на вас оглядываются. Доктор Барлоу, принц Александр, даже тот сухарь-граф — все они хотят знать, что думает заведующий перезвонами.

Дэрин нервно отступила. Эта особа или конченая сумасшедшая, или опасная умница. Вчера вечером она с искусной ловкостью поддела Алека, что было весьма забавно. Но теперь она была чересчур… проницательна.

— Я не вполне понимаю, мисс Роджерс, что вы имеете в виду.

— Единственное путное наставление моей матери — это то, что ключи всегда находятся у слуг.

— Я не слуга. Я офицер, да к тому же приставленный к награде!

— А как же. В точности как заведующий звонарями при любом хорошем отеле. Обратите внимание на слово «заведующий». Я же не путаю вас с мальчиком-колокольчиком. Ни в коем разе.

Дэрин отступила на шаг. В самом деле, что она хочет этим сказать?

— Только потому, что я «корреспондент без членства», не думайте, что вы можете…

Слова мисс Роджерс прервал сигнал тревоги — короткие частые гудки. Дэрин нахмурилась:

— Это сигнал «обнаружен неприятель».

— Какой еще неприятель? Мы над нейтральной территорией.

— В самом деле, мисс. Прошу меня извинить.

Дэрин повернулась и пошла быстрым шагом, втайне радуясь поводу отделаться от назойливой репортерши. На подходе к центральной лестнице было уже оживленно: экипаж спешил по боевым постам.

— Ничего, если я с вами? — спросила мисс Роджерс, кстати, уже и без того успевшая увязаться следом.

— Нет-нет, мисс. Мой боевой пост на хребте, а пассажиры должны оставаться в гондоле. Вам следует вернуться к себе в каюту.

Не дожидаясь ответа, Дэрин кинулась прочь через оживленные коридоры. Корабль шел на высокой скорости, поэтому по тросам было не взобраться, и она пошла напрямую внутренними переходами. Между прочим, из-за ветра наверху было не видно вестовых ящериц. Поэтому Дэрин схватила одну по пути и сунула себе в куртку на случай, если потребуется экстренно связаться с мостиком. А то по кораблю всюду разгуливают германские шпионы, шляются репортеры, а теперь еще и противник в воздухе. Вот уж действительно нейтральная территория.

Пустыня скользила внизу, в пятнах кактусов и краснобоких расселин, с вкраплениями фермерских лачуг на зеленых прямоугольниках возделанных участков. На трех четвертях хода пейзаж мелькал со скоростью около ста километров в час, и наверху дежурили лишь старший такелажник мистер Роланд и несколько человек из его бригады. Дэрин подобралась к ним ползком, готовая в любую секунду, если дунет ветер, ухватиться за тросы:

— Мичман Шарп прибыл, сэр!

Мистер Роланд, козырнув в ответ, указал:

— Вон, обнаружен двадцать минут назад. Воздушный борт типа «манта». Цвета местные. Движки жестянщиков.

На западном небосклоне виднелся приплюснутый ширококрылый силуэт с понтонными газовыми мешками под крыльями в красно-зеленую полосу. За силуэтом стлался дымный шлейф, хотя Мексика считалась дарвинистской страной.

— Может, сэр, это просто моторы германского производства?

— С этой дистанции не определить, — ответил мистер Роланд. — Но они держатся с нами вровень.

Тень от мексиканского воздушного судна гладко скользила по пустыне. Размах крыльев у манты был метров тридцать, не больше.

— Для нас он мелковат, сэр. Может, просто проявляет любопытство.

— Пусть себе проявляет на здоровье, — хмуро сказал мистер Роланд, — только бы к нам не приближался. — Он поднес к глазам бинокль. — А это что, еще один?

Солнце выхватило еще один крылатый силуэт, непосредственно за первым. Дэрин из-под ладони оглядела горизонт и вскоре по правому борту заметила еще и третий быстрокрыл.

— Да нет, сэр, это уже вряд ли любопытство, — сказала она, указывая на него.

— Может быть, — согласился мистер Роланд. — Но даже если втроем на одного, удача им не светит.

Дэрин кивнула. Воздушное преследование со стороны кормы для преследователя достаточно чревато. Пущенные вслед фабрикаты или ракеты вынуждены преодолевать бешеный встречный ветер, в то время как сам «Левиафан» может в любую минуту выпустить на них стаю боевых ястребов.

Не прошло и нескольких секунд, как двигатели «Левиафана» взревели на полных оборотах.

— Похоже, капитан их невзлюбил! — выкрикнул мистер Роланд, пытаясь превозмочь громовой рев.

Под набравшимся ярости ветром они пригнулись, схватившись за выбленочные тросы. Между тем мексиканские корабли особо не отставали: дымные шлейфы сделались плотнее, расползаясь по горизонту тучами. Сзади окликнул один из такелажников, и мистер Роланд повернулся к ветру лицом.

— Это еще что за черт?

Обернувшись, Дэрин увидела фигуру, которая пробиралась к ним по хребту. Одной рукой она придерживала шляпу, а юбки вокруг одетых в чулки ног вздулись воланом.

— Ешкин кот! Это за мной увязалась та леди-репортер. Прошу прощения, сэр, я за ней пригляжу.

— Смотрите, аккуратнее, Шарп.

Ветер дул мисс Роджерс в спину, и передвигалась она достаточно уверенно. Но когда попыталась выпрямиться Дэрин, встречный ветер ее чуть не опрокинул. Она, выругавшись, пристегнула страховочный конец к антенне мистера Теслы — так проще, чем каждые несколько метров по новой перестегивать карабин. Так она карабкалась вперед, пока не добралась до барышни-репортерши:

— Какого черта вы здесь делаете?

— Я бы хотела взять у вас интервью! — прокричала та и вынула блокнот. Неистово затрепетали страницы, а оставленную на произвол красавицу-шляпу мгновенно сорвал и унес ветер.

— О, боже!

— Не время сейчас, черт подери! — выкрикнула Дэрин. — Вы же видите, у нас тут не все гладко!

Мисс Роджерс впилась взглядом вдаль:

— Этот ваш неприятель, похоже, мексиканского происхождения. Вы думаете, он настроен к нам враждебно?

Дэрин схватила репортершу за руку, но утянуть ее обратно к люку оказалось невозможно: ее юбки ловили встречный ветер как фрегат под всеми парусами. Удивительно, как она вообще умудрялась стоять.

— Вы от меня так легко не отделаетесь, мистер Шарп, — строго предупредила мисс Роджерс. — У вас там в куртке что-то шевелится?

— Да так, вестовая ящерица.

— А. Как странно. А теперь расскажите, пожалуйста, о тех вон крылатых кораблях.

Дэрин с досадливым вздохом оглянулась на преследователей «Левиафана»:

— Если я вам дам пару ответов, вы, наконец, проявите благоразумие и спуститесь вниз?