Приключения принца Иогана Мекленбургского. - Оченков Валерьевич

  Сначала я просто спросил, какого черта едем как на похоронах. Одолевавшие меня минорные мысли просто просили какого-то выхода. Люди не заставили себя просить и затянули какую-то заунывную хрень. В ответ я приказал им заткнуться, а то у окрестных коров молоко попропадает. Что же, музыка за прошедшие столетия сильно изменилась, и моей светлости такими песнопениями было не угодить. На вопрос "а какого рожна тогда герцогу-батюшке надо?" моя светлость запела самостоятельно. Будь у меня иное настроение, я бы осчастливил окружающих песнями из незабвенного "Ивана Васильевича", но поскольку на душе было грустно, я завел:

  Когда мы были на войне,

   Когда мы были на войне,

   Там каждый думал о своей

   Любимой или о жене.

   Там каждый думал о своей

   Любимой или о жене.

  И я, конечно, думать мог,

   И я, конечно, думать мог,

   Когда на трубочку глядел,

   На голубой ее дымок,

   Когда на трубочку глядел,

   На голубой ее дымок.

  Как ты когда-то мне лгала,

   Как ты когда-то мне лгала,

   Что сердце девичье свое

   Давно другому отдала.

   Что сердце девичье свое

   Давно другому отдала.

  Но я не думал ни о чем,

   Но я не думал ни о чем,

   Я только трубочку курил

   С турецким горьким табачком.

   Я только трубочку курил

   С турецким горьким табачком.

  Я только верной пули жду,

   Я только верной пули жду,

   Чтоб утолить печаль свою

   И чтоб пресечь нашу вражду.

   Чтоб утолить печаль свою

   И чтоб пресечь нашу вражду.

  Когда мы будем на войне,

   Когда мы будем на войне,

   Навстречу пулям полечу

   На вороном своем коне,

   Навстречу пулям полечу

   На вороном своем коне.

  Но, видно, смерть не для меня,

   Но, видно, смерть не для меня

   И снова конь мой вороной

   Меня выносит из огня,

   И снова конь мой вороной

   Меня выносит из огня...

   Песня моим орлам понравилась, особенно казакам, которые сопровождали каждый куплет совершенно разбойничьим свистом. Аникита хотя и кривился от упоминания табака, но все равно подпевал.

  Леденящие кровь слухи о "Кальмарской резне" обогнали мой отряд и, судя по всему, достигли ушей двора. Во всяком случае, когда я вошел в тронную залу в сопровождении верных Лёлика и Болека, все разговоры стихли, а глаза как по команде повернулись в нашу сторону. Никто, впрочем, не поспешил подойти, чтобы по обыкновению перекинуться парой фраз. Понятно, выжидают. О, Манфред! Мой верный секретарь, которого я не видел с тех пор, как послал с реляцией, нарисовался! Ты где был, паразит, кто мне должен придворные расклады докладывать?

  - Ваша светлость герцог Мекленбургский! Вас ожидает его королевское величество! - провозгласил камергер.

  Ну что ж, пойдем поздороваемся. Пока шли, Мэнни вкратце обрисовал картину. Карл IX откровенно плох, хотя разум его тверд. Власть потихоньку переходит к наследнику и Оксеншерне, но "старая гвардия" сопротивляется как может. Вот и сейчас старому королю господин Спарэ усердно капает на мозги на тему, что поторопись герцог (то бишь я) к армии, никакого разгрома и не случилось бы! Принц, кстати, верный дружескому долгу, меня защищает. Кстати, моя реляция сыграла в этом смысле злую шутку. Дескать, если я так славно бился в лесу, то под стенами Кальмара и вовсе всех бы одолел! Ну-ну.

  Его величество лежал на кровати с балдахином. Рядом суетились несколько человек в темных одеяниях, по ходу врачи. Чуть поодаль стояли придворные во главе с господином Спарэ. Ну, вот и познакомимся. В стороне, явно дистанцируясь, принц Густав Адольф и граф Оксеншерна. А где же... ах, вот в кресле с другой стороны кровати королева Кристина.

  Я обвожу диспозицию взглядом и отвешиваю его и ее величеству почтительный поклон. Чуть менее торжественно кланяюсь принцу, тот отвечает с улыбкой. Господа придворные получают просто кивок, а я начинаю докладывать. Дескать, прибыл и готов к новым свершениям.

  Его величество внимает мне... ну, скажем, так, почти благосклонно. Впрочем, стоящему поодаль господину Спарэ этого не видно и он начинает атаку.

  - Как случилось, что ваша светлость со своим полком опоздал к началу сражения?

  - Ну, вас там и вовсе не было! - Спокойно парирую я.

  - Однако...

  -Однако, я со своими людьми атаковал превосходящие силы датчан днем и ночью. Не давал им ни минуты передышки и заставил отступить! У меня не было времени сформировать настоящий полк, и я повел в бой каторжников, вооруженных дрекольем. А теперь они вооружены датским оружием и одеты в датские же доспехи. Каждый из моих людей убил минимум пятерых датчан (ой, что это я так скромно-то!), и никто не смеет упрекнуть меня в том, что я плохо выполнил свой долг!

  - Мы довольны вами, герцог. - Слабым голосом подводит итог нашей перепалке король. - Я устал сейчас, но у меня еще есть к вам дело. Однако, его мы обсудим позже, а теперь ступайте.

  Выйдя от короля, мы прямиком отправились к принцу.

  -Дружище, ты все больше и больше меня поражаешь! - Восторженно воскликнул наследник. - Ты задержал железную лавину датской кавалерии (молодец Мэнни). Ты отверг щедрые посулы короля Кристиана. (какие, какие посулы?) Право, ты просто герой из античных времен.

  - Полно Густав, ты заставляешь меня краснеть. Я просто оказался в нужное время в нужном месте.

  - О нет, друг мой, там была чертова прорва народу, но ни один не сделал и половины...

  - Умоляю, хватит восторгов. Давайте лучше поговорим о делах. Кто сейчас командует армией?

  - Экгхм... сейчас, - прокашлялся Аксель, - сейчас никто.

  - Это плохо. Нам нужно взять на себя командование и выигрывать эту войну.

  - Выигрывать? Ваша светлость знает как?

  - Я знаю, как ее не проиграть. Сиречь выиграть. Итак, господа, слушайте! И не говорите, потом что вы не слышали. Ваше высочество для войны необходимы три вещи. Вы знаете какие?

  - Э... я полагаю армия, пушки, припасы...

  - Н да, ваши учителя, как я и говорил ранее, учили вас всякому вздору. Не хмурьтесь Аксель. Итак, первая вещь необходимая для ведения войны это деньги! Вторая вещь это тоже деньги. И третья как бы вам это не показалось странным это тоже деньги. Потому что если у вас есть деньги, вы можете нанять войска, купить пушки и все необходимые припасы. А если денег нет, то ваши солдаты разбегутся, припасы, не будучи пополняемыми, кончатся, а пушки достанутся противнику.

  - Интересный взгляд на войну, хотя, пожалуй, верный. - Улыбнулся Оксеншерна. - Беда в том, что у нас нет ни первого, ни второго, ни третьего.

  - Тогда нужно лишить средств ведения войны короля Кристиана.

  - Но, черт возьми! Как?

  - Давайте рассуждать логически. У датчан есть армия, и есть необходимые припасы. Армия понесла значительные потери, но они смогут их восполнить потратив еще какое-то количество денег. А вот если их лишить еще и припасов, то денег им, пожалуй, уже не хватит. Значит нужно ударить по их магазинам.

  - Что же план неплох, осталось только узнать где они.

  - Тоже мне бином Ньютона!

  - Что простите?

  - Я говорю элементарно! (блин да когда же я за языком следить научусь!) Помните я, при атаке брандерами датского флота захватил пинас?

  - Это тот, который стоит у причала под вашим флагом, и на который не пускают королевских чиновников. - С невинным видом уточнил Аксель.

  - Ну, да, так о чем это я, ах, вот оный пинас занимался доставкой всяческих припасов в один интересный городок под названием Кристианополь. Где, собственно и находятся магазины армии короля Кристиана.

  - Это вам капитан захваченного пинаса рассказал? Ну, тот которого вы в отличии от рядовых матросов не сдали в крепость.

  Голос графа Оксеншерны можно было мазать на хлеб вместо меда. Если он хотел своими намеками возбудить любопытство наследника престола, то ему это вполне удалось.

  - О чем вы граф?

  Так, надо срочно пресечь этого любителя подначек. Так сказать, во избежание.

  - Любезного графа Акселя мучает совесть, ваше высочество! Он внезапно вспомнил о том, что я на свои деньги организовал атаку брандерами датского флота, и шведская казна мне до сих пор не возместила эти траты. Господин Оксеншерна крайне сожалеет о том что я несу на плечах значительную часть затрат королевства Швеция на войну с Данией. И, скорее всего, пытается плавно подвести вас к мысли, что не худо было бы эти траты возместить. Не так ли любезный граф?

  Любезный граф поперхнулся, очевидно, у него все-таки была несколько иная цель. Но Густаву Адольфу высказанное мной показалось не лишенным оснований, и он вопросительно взглянул на своего друга.

  - Вне всякого сомнения, ваша светлость вам в самом скором времени возместят ваши потери. - Торжественно провозгласил Оксеншерна. - Вам надо будет только представить смету ваших затрат...