Разыскивается живым или мертвым. Том 2 - Геннадий Борчанинов

Я достал из седельной сумки мешок с золотым песком, развязал тесёмки, заглянул внутрь. Добытый китайцами в Аризоне песок проделал вместе со мной долгий путь. Теперь, значит, он послужит доброму делу моего обогащения. Я сунул руку внутрь, зачерпнул небольшую горсточку. Словно бы это было зерно, а не золото. И, точно как пахарь, начал раскидывать золотой песок возле ручья, так, чтобы попадало на оба берега сразу. И в воду тоже.

Шёл я вверх по течению, засевая таким образом ручей и его окрестности. Старался сыпать не слишком часто. Моей задачей было создать иллюзию присутствия золота, а не просто раскидать его по участку. Ручей Индюшки всё равно растащит это всё по течению.

Несмотря на его название, ни одной индейки я здесь так и не встретил.

А когда мешок с золотым песком опустел, я отправился дальше на север, в Колорадо-Спрингс. Здесь, ближе к Скалистым горам, пейзаж уже не выглядел унылым ровным бильярдным столом, со всех сторон теперь меня окружали горы с их обычной иллюзией, когда ты идёшь по склону и он кажется тебе ровной поверхностью, а на самом деле это пологий подъём или спуск.

Там я намеревался объявить, что обнаружил новый золотоносный район на своём новом участке, и готов его выгодно продать. Я более чем уверен, что все окрестные ручьи и реки давным-давно прошли геологи, золотая лихорадка в Колорадо закончилась ещё до войны, но у меня будут железобетонные доказательства. Золотой песок в ручье, который поможет мне продать эту землю в разы дороже.

Я специально заехал сюда заранее, чтобы поток мог немного растащить всё это золото. Отсюда оно никуда не денется.

Возникла идея поставить на моей земле небольшую хижину, но я эту идею отбросил. Незачем тратить на это время и силы, раз уж я всё равно собрался этот участок продавать целиком. Я сразу хотел поставить вопрос ребром, мол, продаю только весь участок, чтобы ничего не делить и не межевать. Золотоискатели, которых в Колорадо хватало с лихвой, должны купиться. В надежде, что золота удастся намыть больше, чем этот участок стоит. Зачастую именно так оно и бывало.

Отправился я отсюда прямо на север, в Колорадо-Спрингс, ещё один бурно развивающийся город территории Колорадо. К моему участку он лежал ближе всего, если не считать Пуэбло, но в Пуэбло я возвращаться не хотел. Это казалось мне лишней тратой времени.

Пока что подъём в горы не вызывал никаких затруднений, все они были пологими и ровными, да и двигался я по нахоженным дорогам, предпочитая не топтать целину. Очень скоро путешествовать вот так по Скалистым горам станет невозможно, выпавший снег закроет большинство дорог и перевалов. Уже начало заметно холодать, ещё месяц-другой, и наступит зима, которую я предпочёл бы провести в каких-нибудь других штатах, потеплее, в Техасе или Флориде.

Колорадо-Спрингс встретил меня стрельбой на улицах, какие-то пьяные ковбои стреляли из револьверов по взошедшей над горами Луне. В город я въехал как раз под вечер, когда все успели напиться, а полная жёлтая Луна как раз поднялась над горными склонами.

На всякий случай я объехал пьяную компанию стороной. В город я приехал исключительно по делам, искать покупателя на золотоносный участок, и, возможно, поискать ещё зацепки на мексиканцев. Колорадо-Спрингс находился ровно посередине пути из Пуэбло в Денвер, и если они отправились на север, то совершенно точно проходили и здесь. Город попросту был слишком большим, чтобы объезжать его стороной.

Из-за нехватки наличности пришлось ночевать на тесном неотапливаемом чердаке в компании таких же нищих, как я, и сон получился очень и очень беспокойным, я хватался за пушку при каждом шорохе. Несмотря на отсутствие денег, у меня ещё было, что взять, а местный контингент готов был позариться даже на драную шляпу.

Так что утром я вышел из этой ночлежки злым, невыспавшимся и покусанным клопами. Отвык я от подобных мест. Надо поскорее продавать землю или же забирать положенную мне пятисотку у железнодорожников в Денвере. Известия о том, что я доставил Билли Хейза, грабителя поездов, в руки закона, наверняка до железнодорожных властей уже дошли, а значит, награду мне выплатят без лишних вопросов.

Я даже начал жалеть, что не обобрал банду Хейза до нитки, не продал их мустангов и не приехал в Додж-Сити с целым караваном трофеев. Глядишь, на пару десятков долларов был бы богаче, и не пришлось бы ночевать среди городской бедноты.

Утренняя прохлада забиралась под рубашку, заставляя немного поёжиться, с отрогов Скалистых гор спускался ледяной промозглый ветер, от которого я даже успел отвыкнуть за время пребывания в южных штатах. Здесь, в горах, климат совсем иной, и приближение осени чувствовалось особенно ясно. Я даже поднял воротник, спасаясь от зябкого ветра.

Надо было найти покупателя на землю, но я даже примерно не представлял, где найти человека, способного выложить несколько тысяч долларов за полторы тысячи акров земли. Возможно, в банке, но это мне должно сильно повезти. Не кричать же мне на каждом углу, как базарный торговец.

Или, возможно, нужные люди найдутся в одном из салунов, где собираются местные золотоискатели. Не те, которые разбогатели на прошлой золотой лихорадке, а те, которые только планируют разбогатеть.

Золотая лихорадка здесь давно кончилась, но золотодобытчики остались, и новые прииски то и дело открывались каким-нибудь удачливым искателем богатства, неизведанных мест тут, в Скалистых горах, оставалось полным-полно. Вот я и хотел теперь нажиться на чьём-нибудь стремлении разбогатеть.

Угрызений совести я не испытывал, хоть и понимал, что это мошенничество, самое натуральное. Очень маловероятно, что мне попадётся честный работяга, всю жизнь откладывавший копейки с зарплаты на то, чтобы приобрести себе личный золотой прииск. Скорее всего, это будет какой-нибудь толстосум, скупающий землю налево и направо. А у таких нуворишей оттяпать часть их состояния — дело даже хорошее, благое. Можно сказать, восстановление социальной справедливости.

В банк я приехал практически к открытию, сонные несчастные клерки в белых воротничках тянулись к месту службы, один за другим проходя в здание банка с чёрного хода.

А мне пришлось немного подождать на улице, прогуляться по деловому центру Колорадо-Спрингс. Меня даже окликнул охранник.

— Эй, мистер! — сурово насупив брови, воскликнул он, когда я в третий или четвёртый раз проходил мимо банка.

Очевидно, он принял меня за грабителя, планирующего своё преступление. В этом квартале чаще можно было встретить уважаемого джентльмена в хорошем костюме, нежели пыльного ковбоя, увешанного оружием с головы до ног.

— Да? — отозвался я, поворачиваясь к