Серия "Афган. Чечня, Локальные войны-2". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Пиков Николай Ильич

Первое. Пропагандистское обеспечение. Публично обвинить Пакистан в развязывании агрессивных действий против афганской революции.

Для придания убедительности этим обвинениям систематизировать факты, свидетельствующие о подготовке вооруженных партизанских групп на территории Пакистана. Представить их в Совет Безопасности ООН.

Обратиться к лидеру Ирана Хомейни с письмом о поддержке иранской революции, с выражением надежды на укрепление традиционной дружественной связи.

Мятежников в регионе квалифицировать как наемников империализма США, сионизма, остатка свергнутой в Иране монархии, жаждущих реванша в Афганистане и его расчленения.

Через сторонников правительства среди духовенства обратиться с воззванием к народу, обвинив сионизм, империализм в попытках расколоть мусульман…

Выделить 2–3 ударные части, наиболее верные правительству, вооружить их самой современной техникой и оружием для использования их в боевых действиях.

Осуществить рейды в тылы повстанцев с целью уничтожения их радиостанций, баз и складов вооружений.

Развернуть несколько мобильных радиостанций на территории страны, особенно в тех районах, где активизируются контрреволюционные силы, для проведения интенсивной радиопропаганды в пользу Тараки и одновременно создания помех для работы враждебных радиопередатчиков.

Существенно усилить объем и мощность радиовещания с территории СССР от имени правительства Тараки.

Второе. Военная поддержка. Привести в боевую готовность советские воинские подразделения на границе с Афганистаном с целью их возможного десантирования в те районы страны, где поставлены под угрозу безопасность советских граждан и необходима их физическая защита или эвакуация. Это чисто по американской технологии — защита собственных граждан, а там и войска — дальше будет видно.

Предусмотреть участие этих подразделений в действиях по охране объектов и учреждений афганского правительства. То есть начинается фактически защита режима от возможных действий оппозиции.

Далее осуществление разведывательных полетов. Направление советников военно-боевых операций: направить наших советников в районы боевых операций для оказания помощи командованию афганской армии и т. д.

Что касается уничтожения Амина, то мы сегодня знаем из различных, зачастую противоречивых показаний, что речь шла о попытке захвата дворца с помощью специальной группы КГБ, боевиков. Они провели эту операцию довольно неудачно. Неудачно потому, что многие из специалистов по Афганистану рассказывали, что Амин всегда любил общаться с советскими представителями. Любил ходить на приемы в посольство. И его устранение можно было организовать совершенно иначе, бескровно, в результате захода его в советское учреждение, посольство, где задержать его. Потом сказать, что у человека был приступ. Он направлен на лечение в Москву. Самый простой способ.

История же, которая произошла, выглядит нелепо. Все это усложнило ситуацию. Это насторожило. Массовое отравление людей, естественно, вызвало чувство какой-то назревающей беды.

То, что это сделал КГБ, не вызывает сомнений, потому что это единственная организация, которая обладала индивидуальными средствами выведения из строя массовых групп… Имеются в виду снадобья, которые добавляются в пищу и в напитки, растворимые… Они как раз производят соответствующий эффект. Все происшедшее было каким-то нагромождением. В это время я уже готовился к поездке в Ленинград и во всем этом не участвовал.

2 января в 16:00 меня принимал Андропов, и мы обсуждали мою предстоящую работу в северной столице.

Во время встречи позвонил представитель КГБ в Кабуле Борис Семенович Иванов. Он доложил обстановку после ввода войск и положение дел в афганском правительстве. Андропов очень возбужденно сказал ему: «Слушай, Борис, передай Кармалю, чтобы он немедленно выступил по телевидению. Прошло уже три дня, как прошел переворот, а выступления нет. Он же должен понимать, что люди требуют объяснений. Скажи ему, немедленно подготовьте необходимые тезисы, сделайте все, чтобы это произошло как можно быстрее».

В Кабуле действовали четыре главных представительства: посол, советник по линии партии — представитель ЦК КПСС, представитель КГБ, представитель ГРУ, которые имели независимые линии связи и информировали Москву о ходе событий в стране. Когда обстановка в стране начала накаляться, когда афганская оппозиция все более успешно развертывала свои боевые операции на территории Афганистана, в Москву стали поступать противоречивые сведения о том, что же на самом деле творится.

И вот тогда Владимир Александрович Крючков, начальник разведки, выступил с инициативой, которая была одобрена. На мой взгляд, она и затянула на многие годы афганскую войну. Инициатива же заключалась в том, чтобы объединить все потоки информации в один. К тому же Брежнев очень тяжело воспринимал происходящие события. Чтобы не расстраивать, решили не создавать чересполосицы в информационном потоке, а создать единую и приглаженную…

Хотя сам Андропов, насколько мне известно, был противником приукрашивания информации. Не следует сбрасывать со счетов роль Крючкова. Это человек, поднаторевший в дворцовых интригах, старый функционер партийного аппарата, международного отдела, знавший повадки наших руководителей, их потребности. С его приходом в разведку, кстати, началась шлифовка материалов. Шлифовка сглаживала острые углы. Крючков, как типичный представитель партийного аппарата той лживой школы, лицемерной школы, приглаживал информацию по многим позициям, по многим аспектам.

Афганистан — это просто трагедия затянувшаяся, и, конечно же, здесь не Крючкова вина, но во многом он содействовал тому, что наши руководители не имели правильного представления о том, что происходит в этой стране.

Андропов же в последние годы доверял Крючкову полностью, и тот злоупотреблял его доверием. Информация звучала в бравурных и успокаивающих тонах. К сожалению, мы от этой практики не избавились и сегодня.

В целом КГБ играл очень существенную роль в Афганистане. В большинстве случаев соответствующая информация поступала в Москву от Иванова. До ввода войск и после КГБ был главным поставщиком информации в Москву. КГБ играл роль номер один. Остальная информация имела скорее дополняющий характер, чем основной.

К тому же во главе страны были ставленники КГБ Кармаль, а затем Наджибулла, мнения и просьбы принимались к исполнению этим ведомством.

Думаю, что эта убаюкивающая информация и многочисленные при этом пожелания дать больше средств, вооружений, больше, значит, инвестиций и т. д. изматывали нашу страну. Война длилась многие годы в результате глупости, безответственности органов информации, в частности разведки, которые были обязаны обеспечивать руководство правдивой и объективной информацией о происходящем в стране. Этого не произошло. Считаю, что война продолжалась намного дольше, в частности, по этой причине.

Стереотип мышления, вот эта вера в преимущество советского социалистического строя, этот исторический оптимизм, вера в грядущие поражения всяких сил, которые не смогут устоять перед историческим прогрессом, они, наверное, сыграли свою роль и в Афганистане. Исходили из посылок непогрешимости нашей системы, непогрешимости нашей теории.

Мы ухлопали колоссальное количество денег в этой стране. И, насколько мне известно, это происходило даже после вывода советских войск из Афганистана.

Вооруженные силы также оказались неподготовленными к ведению такой широкомасштабной войны в специфических условиях афганского ландшафта, сложнейшего рельефа местности.

Самонадеянность, чувство победоносной и несокрушимой силы втянуло наших военных в войну, которая, по-моему, закончилась поражением. Мы ушли оттуда вроде с почетом, красиво, но мы бросили на произвол судьбы тех, кто помогал нам, кто хотел вместе с нами строить светлое будущее для Афганистана, поверил нам…

Кармаль и Наджибулла были связаны с КГБ, естественно. Кармаль не оправдал надежд советского руководства, в том числе КГБ, в силу особых свойств характера, неумения управлять слабостями, на смену ему пришел Наджибулла, тоже воспитанник КГБ.