Ола и Отто 1 - Александра Руда

За что люблю Иргу — за скорость реакций и последовательность действий.

Раз — меня отшвырнули в стене дома.

Два — накрыло тяжелым пологом заклинания укрытия.

Три — вылетевшие из-за угла грабители (ловушку уже вдвоем тащат, чай не легенькая — позлорадствовала я) натыкаются на воздушную стену.

— Это ее дружок некромант, пособник! — проревел гражданин с арбалетом, пытаясь прицелиться.

Знакомый голос! Это он критиковал мое пение!

Четыре, пять, шесть — нападающих, как пушинок разметало в разные стороны.

Семь — ловушка захлопывается.

Восемь — пошатывающийся от потери Силы Ирга идет ко мне, снимая заклинание укрытия.

Присев на корточки передо мной, он спросил:

— Сильно они тебя ранили?

После этого вопроса меня наконец догнал шок. Меня трясло от рыданий, зубы лязгали, я что-то выкрикивала, руки колотили по мостовой…

Понаблюдав за этим действом какое-то время Ирга размахнулся и влепил мне еще парочку пощечин.

— И не надо меня бить, — трезво сказала я и просто тихо заплакала. Мне было страшно.

Ирга посмотрел на лежащих бандитов, на меня, пожал плечами, достал из сумки пузырек и протянул мне. «Что бы это ни было, хуже мне уже не будет» — решила я и пробовала глотнуть. Это оказался порошок, который надо было вдыхать, так и я заснула, отчаянно кашляя.

Просыпалось тяжело, что-то давило в бок, мешая вольготно расположиться. Кровать была непривычно жесткая. Глаза окрываться упорно не желали. Наплывали и исчезали знакомые голоса.

— …Откуда я знаю, кому она разболтала…

— …Язык без костей…

— …Моя вина не уследил…

Попробовала привычно потянуться и вскрикнула от боли — плечо пронзила острая боль.

— Открой глаза, лапочка, — ласково, как младенцу, сказал Отто у меня над головой.

Сразу оба не открылись, но левым я внимательно посмотрела на серебряные заколки на бороде Отто.

— Умница! — обрадовался он. — Ты лежи не волнуйся, тут тебя никто не тронет. Ранена ты не опасно, только ноги завтра болеть будут.

Я с кряхтеньем приподнялась, осматриваясь уже двумя глазами.

— Где я? — голос получился каркающим и хриплым.

— У меня дома, а где же еще? — Ирга.

Жилище некроманта! Вот так удача. Я завертела головой.

Квартирка меня разочаровала — маленькая, тесная, стандартная комната, какую выдают всем бедным госслужащим как служебное жилье.

— Ничего так, — выдавила я.

— Торжественно клянусь, — сказал Ирга, закатив глаза к потолку. — Только обзаведусь собственным домом, обвешу все стены черным и повешу черепа и скелеты для украшения. И заведу черного кота.

Я покраснела — именно так я представляла место, где должен обитать некромант.

— Ну, расскажи, из-за кого я сегодня прогулял работу?

— Из-за Стефана, — неожиданно для самой себя сказала я.

Реакция моих друзей была разная. Ирга иронично поднял бровь, а Отто в смятении начал чесать бороду.

— А кто такой Стефан? — осведомился некромант.

— Воздыхатель ее. Ола, я тоже его не люблю, но что тебе в голову взбрело?

— Стоп, стоп, сначала вы мне все расскажите.

— Что тут рассказывать, — вздохнул Ирга. — Иду я себе на работу, тут вылетаешь из-за угла ты, дальше ты знаешь. Потом я отволок тебя к себе домой — ближе всего было, послал весточку Отто, Отто сообщил о происшедшем твоему Наставнику и примчался сюда. Сидим ждем, когда ты оклемаешься.

Интересно, как некроманский вестник — маленький магический летун с сообщением — проник на территорию общежития гномов? Наверно, переполошив все охранные заклинания. Ох и переполох там, наверно. Приятно быть опять героем дня.

Я уселась поудобнее и изложила свои доводы:

— Во-первых, Стефан с самого начала нашего знакомства интересовался артефактами. Во-вторых, он предложил мне отдать их ему на хранение, в-третьих, только он, Отто и Лира знали, что сережки вплавлены в шпильку, для которой нужна магическая ловушка. В-пятых, он мне сам назначил свидание, на которое не явился — наверняка чтобы подготовить засаду.

— Когда ты ему успела разболтать о ловушке? — нахмурился Отто.

— В кабачке, когда ты глазки Лире строил, — огрызнулась я.

— Я-а-а? Человеческой женщине? Глазки?? Да мы план по твоему спасению разрабатывали.

— Ага, это сейчас так называется?

— Да как у тебя язык…

Разгореться ссоре не дал Ирга, который на правах хозяина дома предложил нам обоим остудиться в холодной воде.

— А почему сережки не могла попытаться стянуть Лира?

— Она могла их десять раз украсть еще когда они валялись у меня в комнате, попросить у меня шпильку — я бы ее дала — шпилька Лиру нормально воспринимает, и вообще мне тяжело ее представить в окружении головорезов. Кстати, у меня вопрос к щедрому дарителю — что это за сережки такие?

— Хорошие сережки, — попробовал увильнуть Ирга.

— Ирга! — повысила я голос.

Ирга вздохнул.

— Не убивай меня, хорошо? — из уст практикующего некроманта на государственной службе это звучало дико, но я решила лица не терять:

— Я подумаю над этим.

— Это довольно мощный артефакт, защищающий от нежити. От всей. Он реагирует на энергию телесной оболочки.

— Как это он защищает? — Отто перестал дуться и заинтересовался темой.

— Предупреждает, о том, что она близко.

— Так таких артефактов пруд пруди. У каждого боевого мага по горсти.

Ирга поморщился.

— Ола, активированный артефакт может оглушить до пяти голов нежити. И не требует перезарядки у Мастера артефактов — он сам перезаряжается Силой владельца, причем тянет ее не сразу всю, а потихоньку.

Отто присвистнул. Я заметила, что рот у меня открыт и захлопнула его, клацнув зубами по языку.

Когда-то, лет сто назад, самоперезаряжающие артефакты стали непопулярны. Их производство требовало огромной магической энергии, сложнейших заклинаний. Тем более, активированные на одного человека, они весьма неохотно переходили к другому владельцу. Намного проще было серийным способом нашлепать артефактов, которые после использования разряжались и требовали похода в лавку Мастеров Артефактов, где сидели два мага — теоретик и ремесленник. Теоретик транслировал энергию, а ремесленник направлял ее в нужное русло. Вот почему мне было так важно ходить на занятия по ремесленной магии — это бы позволило в будущем самой заряжать артефакты и ни с кем не делиться прибылью.

И только когда в неприятной ситуации у тебя на шее болтается гроздь пустых артефактов, понимаешь как приятно было бы иметь один, даже самый маленький самозаряжающийся артефакт.