Черные начала. Том 4 - Кирико Кири

— Хорошо, — кивнула она и начала одеваться.

Мы быстро собирались, хотя, по сути, я уже был собран и просто ждал Сянцзян. И всё это время у меня в голове крутились мысли по поводу того, стоит ли выкладывать все карты на стол или нет. Рассказать ей о том, что узнал, или пусть будет сюрпризом?

С одной стороны, по-хорошему, надо рассказать. Но с другой, то, что я услышал от того Стервятника, говорило лишь о том, что Сянцзян церемониться не станет, если вдруг память к ней вернётся, а вместе с ней и все её чувства.

А она была практически единственным ключом к тем, кто мог мне хоть что-то рассказать про этого Вьисендо, и потерять её — потерять почти все шансы найти ублюдка. Возможно, стоит сыграть на доверии и всё же ей всё поведать? А там, глядишь, и может как-нибудь поможет. Только стоило это риска? Я не был психологом, не знаю, как возвращается память, но с такой, как Сянцзян, проверять это совсем не хотелось…

В этот момент в дверь постучали.

Глава 113

Бао всегда придерживался мнения, что любую проблему можно решить.

Так он жил, с таким девизом он шёл по жизни и с таким девизом оказался заточён в своей тюрьме.

Любую проблему можно решить — вот что сказал он с усмешкой в лицо тем, кто хотел запечатать его глубоко в подземелье. Низвергнутый с вершины силы, даже тогда он не терял веры в себя, когда другие бы опустили руки.

И вот он снова на свободе.

Что по сравнению с безвыходной ситуацией, когда он был заперт в глубоком подземелье на краю мира, потерянный свиток? Да так, мелкая неприятность. Досадная, раздражающая, но всё же не такая уж и большая, какой могла быть.

Как найти того, кто ушёл непонятно куда? Остался ли он похоронен под камнями или же смог выбраться? Если смог выбраться, то куда направился?

Первым делом надо было определиться, что делать в первую очередь, и здесь Бао мог точно сказать: если этого Юнксу завалило в пещере, то это будет наименьшая из проблем. Но вот если он всё же смог выбраться…

Лучше было сосредоточиться на варианте, что мальчишка всё же смог сбежать, так как если он ошибся, и этот Юнксу погиб под завалами, то тогда и беспокоиться не о чем — тот всё равно никуда не денется, и тогда он его рано или поздно откопает. Но если мальчишка ушёл, а он будет откапывать несуществующий труп, эта хитрая блоха может и вовсе скрыться из виду…

Значит, надо сосредоточиться именно на поиске. Но куда мальчишка отправиться?

Из империи? Или что-то будет искать здесь?

Бао пораскинул мозгами и решил, что лучше всего сосредоточить поиски именно в империи. Так как если мальчишка покинул её, то тогда найти будет его ой как непросто, а так можно сразу перекрыть весь район поисков, причём не своими руками, а чужими.

Враг моего врага — мой друг. Это была неизменная истина, а количество врагов у мальчишки в его-то возрасте (если внешность соответствовала возрасту) вызывало у Бао уважение, ведь чем больше врагов у тебя, тем сильнее ты. И он собирался обратиться абсолютно ко всем, кого только мог поднять.

И первыми, естественно, кого Бао поднял на уши, была секта Великого Изумрудного Ока. Именно с ними у мальчишки был конфликт, и Бао мог точно рассказать, кого тот «убил» в приграничном городе.

Найти кого-нибудь и потребовать денег за информацию об их неизвестном убийце — это было небольшой проблемой. Стоило ему заикнуться об этом, как они сами пришли к нему и тут же предложили деньги за информацию.

Деньги Бао не интересовали, но отказываться он не стал, так как слишком уж подозрительно было то, если бы он их не взял. Он описал мальчишку, его выделяющуюся внешность, то, как тот пытается её спрятать и что будет обязательно носить.

После этого Бао отправился в клан розовых.

Найти их не составило проблем, стоило просто заикнуться о людях в розовых одеяниях. Клан Розового Знамения не был заинтересован в Юнксу, но Бао сам видел, что так или иначе мальчишка на свою голову невольно связался с ними, приведя с собой какую-то девку в одеянии клана.

Немного потраченных денег у информатора, а потом сопоставить имеющиеся сведения, и вот Бао уже стоял на пороге секты Розового Знамения.

Он умел убеждать.

Одного упоминания о Пань Сянцзян, которая исчезла в хранилище, было достаточно, чтобы заинтересовать весь клан в поимке мальчишки, который держит бедную женщину под контролем. Насколько это правда?

А кого интересует правда, если каждый хочет верить в ту, которая им нравится?

Почему женщина сразу не вернулась в клан, как только выбралась, а теперь шатается с чужаком? Ну конечно он как-то подавил её волю, как иначе? А ещё небольшой бонус, что мальчишка побывал в хранилище, и желание найти мальца у клана переливалось за край.

Последними, к кому он наведался, были те, кто контролировал обратную сторону столицы. С теми совсем всё было просто — он предложил те же деньги, что ему дали за информацию о мальчишке.

Знал бы Бао, что он разминулся с этим мальчишкой буквально на часы, он бы очень долго смеялся над хитросплетениями судьбы и тем, как всё иногда удачно для некоторых складывается. В тот момент, когда Юнксу общался с девушкой, Бао только-только договаривал всё, что ему известно о нём.

Задержись он до следующего дня, и, возможно, сам бы принял участие в охоте на мальчишку, но…

Бао уже был далеко, когда город загудел, как разворошённый улей.

Мы замерли.

«Стучат к нам», — подумал Штирлиц.

А если уж быть честным, я чёт как-то пересрал в этот момент.

— Уходим! — шепнул я и бросился к окну, распахнул его и глянул вниз.

Проулок внизу был пуст, но если так подумать, спускаться было самоубийством, так как его слишком легко запереть с обоих сторон. Если они догадаются, а я не вижу причин, чтобы они не догадались, то тот уже взят в окружение. А значит…

Я вытащил веер и мысленно приказал клинкам воткнуться в стену напротив, после чего схватил сумку с Зу-Зу.

— Давайте, — кивнул я Сянцзян, и та, кивнув, как по лестнице, запрыгала по торчавшим лезвиям на крышу. Следом за ней запрыгал и я, пока не добрался до черепичной крыши, где…

Удар, который сорвался с меча противника, полетел обратно, столкнувшись с щитом Люнь. Моя реакция была неплохой, но было не видно, чтобы они прямо-таки пытались меня убить.

Четыре фигуры стояли на крыше дома, в котором мы жили.

Обложили со всех сторон, молодцы, мои поздравления, куски говна…

Я напрягся, и клинки